Живой Журнал. Публикации 2001-2006 - Владимир Сергеевич Березин

киоске, и гвозди номера там перечисляются в следующем порядке… <…>

— В Питере вообще свой мир (Кто бы подумал?). Вот по поводу Мариинского балета, то по причине желания созерцать хоть какое-нибудь море или на крайний случай — залив, по причине плохого настроения и полного непонимания в какую еще цивилизованную местность можно съездить без особого организационного изнурения….

Клетчатый пиджак на Питерцах (Санкт-Петербуржцах — говорить сильно долго и неохота) — это стилистический абсурд. Невозможно представить ни одного нормального костюма, который бы ни выглядел на Питерце не как карнавальный или не взятый на прокат в театральной костюмерной. Нет костюма-с. Нет его. Дома и дворцы понастроили (отремонтировать всё забывают)… а никаких таких костюмов специальных не завели. Вот в Венеции… всяк сразу отличит венецианца от москвича. А в Питере — только нос специфически распухший от постоянного насморка… вот и весь костюм

— По сравнению с Москвой Питер это воплощение стиля. Во всем. В Питере стильны бомжи, панки и обоссанные парадные. Москва свой стиль благополучно утратила с получением столичного статуса большевистской страны. Остались некие островки и одинокие хранители. Сейчас правда рождается новый московский стиль — принципиальное бесстилье.

— Я — третья сила! Мало стиля в обоих столицах. Насчет солянки — в Питере её тоже делать умеют. Во времена перестройки была знаменитая "Сосисочная" на Невском, в ста метрах от Московского вокзала, с сохранившимися официантками и непременной очередью, с проходом своих через кухню. Так вот там солянку делали так…эх!

Так что, что в Москве что в Питере — кто хочет, тот закусывает. Единственно, что погода в Питере чаще предлагает забыться у чаши с вином. Это да.

Извините, если кого обидел.

10 августа 2006

История про разговоры СDVII

— Некоторым, к примеру, в один день хочется вакуум клинера, а в другой — воздушного и неощутимого чего-то. Таких, конечно, проще сразу застрелить.

— Это, конечно, лучше. Кто бы спорил. Но, к сожалению, это запрещено законом, правда, вот я тоже из таких. Но с другой формулировкой. Мне и так хорошо, и этак неплохо. Я в присяге говорил — клянусь, говорил, стойко переносить всякие тяготы жизни, исполнять приказы начальников точно и в срок. И проч. И проч.

Я оттого неприхотлив. Мне устрицу покажи — я её во всяком виде съем.

-. А я, уклонист и враг военкоматов, переборчив и привередлив. Потому и отвратителен.

— Тут главное — не стесняться посоветоваться. Вот что я скажу. Потому как через силу всё равно ничего не выйдет. А выйдет, так лучше б не выходило.

И верно, что нет стандарта типа «пробежать стометровку за тринадцать секунд».

Одним нравится покусывать, другим поглаживать, третьим упереть язык в уздечку. Кому люб стремительный вакуумный высос, а другим от него ужас один.

Зато ты звезда порноиндустрии. Все девки с обоих полушарий (или с обоими полушариями) только о тебе и думают. Про клуб олигархов я уж молчу.

— Полушарий должно быть шесть, Владимир. А что с олигархами?

— О! Я не могу выдавать эту тайну. Но мы будем ещё хвастаться перед внуками, что знали этого человека.

— Кстати о леденцах: девушки, что работают у меня рядом с домом имеют чудесное слово в своём арго. Старшая наряда время от времени кричит: «Надя, на чупа-чупс»!

— Бедная Надя. Как на чупа-чупс — так её… На эскимо наверняка зовут Кристину, а на "Холодок" — и вовсе Лидию.

— Ужас, ночной ужас пал на Иершалаим, говорю я. Давно я, впрочем, не видел свежей юной плоти.

— А я вот часа три всего как. Сейчас допишу маляву, и пойду рядом с ней спать.

— Только занавеску ещё задёрни. Чего мне расстраиваться.

Извините, если кого обидел.

11 августа 2006

История про разговоры СDVIII

— Гости — непредсказуемые люди. Могут лошадь привести. Или там в весь вечер в сёдлах качаться. Я знаю, их хлебом не корми — дай покачаться. Дети малые.

— У моей приятельницы есть кресло-качалка. Она называет его «кончалка» или «залеталка», потому что всякий, кто там посидит, обязательно залетает. То есть всякая: чуваки постоянно специально сидят, но у них ничего не получается. Видать, тоже гусары.

— Не понимаю. То есть барышни залетают — это ясно. А мужчины —? Вообще говоря, в Советской Армии было понятие «залётчик». Это офицер, которого поймали на пьянке или прочем распиздяйстве. Впрочем, теперь всё может быть.

Но кресло я бы помыл. На всякий случай.

— Вот я и говорю — не получается у них. Это всё гусарские замашки: свободолюбие и всякое такое.

— Не получается — что? Качалку помыть ото всего этого безобразия?

— Какой скучный мжуик пошёл…

— Хочется поговорить об этом?

— Уже нет.

— Ну и слава Б-гу. Что об этом говорить.

— Глаза бояться, а руки делают.

— Да залететь всякий горазд. Это ведь совсем не скучно. Да.

— Тока мужики как раз не интересуюцца таким вопросом.

— Вам просто не везло.

— То есть, сейчас, я знаю, у вас всё замечательно. Но статистика оптимистическая. Да.

— Не-не-не! У меня пока никаких детей!

— И вовсе не надо так кричать, все всё прекрасно слышат.

— Хорошо, а то я начала в последнее время в этом как-то сомневаться.

Извините, если кого обидел.

11 августа 2006

История про разговоры СDIX

— Я задумался совсем о другом. Меня отчего-то никогда не останавливают лохотронщики. Видимо, я произвожу впечатление человека, у которого в кармане, конечно, есть сорок три рубля, но если подвезти меня домой там обнаружится ещё семнадцать, что совершенно не окупает транспорт.

— Или невиктимны просто. У лохотронщиков, думаю, есть вполне разработанные правила насчет клиентов. Не имею в виду тех, которые у обменников на Ленинградском вокзале — эти хуже нищих и пристают ко всем. Чисто как в квесте. Хорошо, что до аркады не доходит.

Причем после пяти кавказцев, которых ты обходишь, к тебе подходит русский старичок.

— Ага. И с ним-то как раз приходится играть в утомительную стратегическую игру «Цивилизация».

— Самое печальное, что потом опять подскакивают кавказцы.

— Ну, могли бы негритянские денежные мешки ещё подскакивать.

— Маша?

— Почему Маша? Это у избранных Маша. А у меня был Рональд.

— Рональд Кабила? Оригинально.

Извините, если кого обидел.

11 августа 2006

История про разговоры СDXI

— Знаешь, мне вчера позвонили и спросили, возмущён ли я тем, что не еду в Китай.

— Не знаю. А в чём дело, надо ехать? Что ответил?

— Ну там писателей за государственный счёт везут на