Ратибор. Возмездие - Александр Фомичев

бы заранее ведал, что против нас так быстро русы соберут сию могучую рать, хрен бы я согласился на участие в данном походе…

— Помнится, эти слабаки с Запада пару с гаком лет назад захватили Мирград, не так ли? — ударил по больному Крылатый.

— Ты не хуже меня ведаешь, седовласец, что ослямов и их союзников было в десять раз больше. Плюс огромные вифирийские катапульты, подлое колдовство и измена! — лицо Ратибора потемнело. Словесный укол Вальгарда попал точно в цель. — Ай, да что я, стану тут оправдываться и заодно убеждать вас не сдохнуть⁈ Хотите зажмуриться на этой поляне? Да без проблем! Сварог свидетель, мои витязи, что за спиной маячат, тоже не против такого развития событий! Рвутся горячие ребятишки в бой, истосковались по доброй сече! Кто я такой, чтобы их сдерживать и лишать удовольствия насадить черепок варяга на пику? Посему будь по-вашему: ща зарубимся! До встречи на поле боя!

С этими словами хмурый Ратибор поднял свои меч с ножом, развернулся и собрался уж было потопать к объединённому войску Мирграда и Орёлграда, когда хриплый рык Вальгарда остановил его.

— Погодь, друже! Не серчай, сорвалась злючая бяка с языка; нечаянно надавил тебе на больную мозольку! — правитель Птичьего острова переглянулся с Торстейном, тяжело вздохнул и снова воззрился на замершего «рыжего медведя». — Что ты предлагаешь? Ибо бессмысленно помирать без надежды на победу нам бы сегодня очень не хотелось. В этом ты прав.

Ратибор неспешно повернулся лицом к двум варягам и медленно их осмотрел, так, словно увидел в первый раз. Бушующее синее пламя в его очах слегка пошло на убыль. Немного остыв, государь Мирградского княжества вперился твёрдым взором в глаза Вальгарда и степенно произнёс, отчеканивая при этом каждое слово:

— Вы сами загнали себя в западню! Пожгли несколько наших деревень, людей сгубили почём зря; из-за ентого у меня страсть как лапы чешутся, так хочется прикопать вас всех на Алом полюшке! И это первый вариант дальнейшего развития событий; мы сейчас вас в землицу дружно втаптываем и далее до дому, до хаты с песнями топаем праздновать победу.

— Хотелось бы заслушать второй вариант… — негромко промычал Торстейн.

— Второй вариант ещё проще: вы признаёте поражение без сечи, складываете оружие, возвращаете нам всё награбленное, платите двойную виру за убитых, опосля садитесь в свои лоханки и валите назад, на Север. Вернётесь с позором, зато живыми, — сумрачно прошелестел Ратибор, исподлобья разглядывая погрустневших данов. Очевидно было, что второй вариант им понравился ненамного больше, чем первый.

— Но есть ещё и последний, третий вариант развития событий, — властитель Мирграда из-под кустистых бровей снова обозрел ярла и конунга, живо навостривших уши. В их глазах мелькнули лучики надежды.

— Третий вариант: с сегодняшнего дня вы работаете на меня.

Торстейн удивлённо крякнул. У Вальгарда же и вовсе челюсть отпала от изумления. Норманны ошеломлённо переглянулись, не зная, как им реагировать на столь странное и неожиданное предложение. Но третий вариант, определённо, сильно заинтриговал их обоих.

— Что ты имеешь в виду? — наконец, осторожно поинтересовался конунг Хеддинберга.

— То же, что и сказал! — зычно пророкотал Ратибор. — Считайте, что я нанимаю ваше воинство на службу.

— Хм!.. — главу лисьего клана «озарило». — Мы тебе нужны для вашей сечи с шалмахами? Слыхивали, будто флот аскеров уже совсем близко от северного побережья Тёмного моря. Ну а там уже до Мирграда рукой подать…

— Нет! — Ратибор рыкнул как отрезал. — Предстоящая битва русичей с Ослямбской ордой вас не касается, мы справимся сами. Но вы мне понадобитесь в это же времечко как раз недалече от печенежских угодий!.. Вы ведь сможете на своих драккарах по Галуйке, притоку Сигливы, нащупать выход к Тёмному морю?

— Хм… Почему нет? — задумчиво протянул Вальгард. — Галуйка вполне себе широкая и глубокая река. Несколько раз наши мореходы уже так хаживали… Но что от нас треба, я никак не пойму?

— Ничего необычного, — с ехидцей хмыкнул Ратибор. — Лишь то, что вы и так прекрасно умеете: то бишь захватывать, грабить и убивать.

— Ты хоть представляешь, сколько стоит нанять наше войско? — без обиняков спросил Вальгард.

— Полагаю, не дороже смерти аль позора, — бросил в ответ Ратибор. — Но вообще, я из Мирградской казны платить не собираюсь; обойдётесь и одной десятой от планируемого барыша.

— А чего так мало? — Вальгард скорчил кислую мину.

— Хватит вам с лишком, ибо добыча будет сказочная.

— Насколько сказочная? — не преминул поинтересоваться ярл Торстейн.

— Настолько, что здоровенный сундук злата, который Олаф Чернобровый приволок с собой на Север после нападения на Великий караван шалмахов, покажется вам детскими побрякушками в сравнении с тем, что вы получите, ежели согласитесь работать на меня.

— О как! — конунг Хеддинберга внимательно вперился в глаза Ратибору и, убедившись, что тот не шутит, вопросительно посмотрел на Торстейна. Тот в ответ лишь развёл руками и согласно кивнул, показывая, что есть предложения, от которых не отказываются. Тогда Вальгард задумчиво прошёлся взад-вперёд, а после встал перед Ратибором и торжественно произнёс:

— Чую я, такой шанс озолотиться раз в жизни бывает! И то не в каждой. Кумекаю, глупо упускать несметные богатства, кои нам прежде даже в самых сладких снах не снились! Я верю тебе, богатырь! — Вальгард протянул государю Мирграда крепкую длань для рукопожатия. — Считай, княже, что мы с тобой!