Черные крылья - Николай Иванович Леонов

паспорт. Нас проверяли по спискам персонала… Потом отпустили, но он все равно молчал. Я тоже боялась спросить… Мы доехали на такси до метро. Арман сказал, что все в порядке, но он ничего не объяснял. Вообще мало разговаривал, в машине я пыталась с ним поговорить! Было так страшно и непонятно, почему полиция и что вообще происходит. Но он отказывался говорить при таксисте… И возле метро ничего мне объяснять не стал, очень торопился. Только сказал: малыш, все в порядке. Я приеду за тобой через три часа, и мы рванем в нашу новую жизнь. Хотя я просила, умоляла его сказать, что он ни при чем! Что он не имеет никакого отношения к смерти хозяина вечеринки! А он просто ушел… ушел, и все… Мне ничего не оставалось, только ждать. Но за три часа он не позвонил мне… телефон у него выключен… я сижу и жду, я не знаю, что делать, как дальше жить. Да и не уверена, что… что… вообще хочу… Потому что я… ужасно виновата. Ведь он забрал бриллианты. Может, он не просто украл, может… сделал что-то страшное, и получается, я… я тоже. Я тоже, как он…

Свой рассказ Калинкина заканчивала уже без слез. Пока девушка говорила, она как будто вдруг сама поняла, что произошло, в какую историю она попала. И застыла на полуслове с широко распахнутыми глазами, окаменевшая, будто в полусне.

Гуров достал телефон:

– Его фамилия, сколько лет, адрес, фотографии, место работы, номер телефона. Мне нужно все, что есть.

Он уже прикидывал, что разошлет фото по всем постам на вокзалах, аэропортах. Конечно, у парня была фора большая, уехал он далеко. Зато не знает наверняка, ищут ли его органы или нет. Он не в курсе, что его подельница дала показания, так что, может, и не осторожничает особо.

Калинкина вдруг как-то странно хихикнула:

– Ничего нет.

– В смысле… – Лев смотрел на девушку с удивлением. – Ты же встречалась с ним. У вас отношения, пожениться собирались. Про маму, папу знаешь, рядом работает.

Катя снова так же истерично и глупо хихикнула:

– Так это он говорил, говорил, а я слушала, слушала. Только я ничего не знаю, правда. Сама сейчас поняла. Я же полная дура! Точка по продажам телефонов вроде где-то рядом… только ни разу там не была, у него на квартире не была. Он сам за мной приходил по вечерам, и мы гуляли. А фоткаться не любил. Не любил, не любил, не любил, – девушка вдруг перешла на отрывистые выкрики, она одновременно смеялась и захлебывалась от слез.

Скрипнула дверь, и показалась физиономия Юрченко:

– Эта…

Гуров рявкнул ему:

– Воды принеси и валерьянки, ну или что там есть. У соседей спроси успокоительное.

Сам же взял без разрешения владелицы телефон, который Катя выронила на пол из ослабевших рук.

Девушка, казалось, этого даже не заметила. Она хохотала, кричала и повторяла на все лады одно слово:

– Не любил! Не любил! Не любил!

Гуров открыл историю звонков, проверил сообщения, фотографии. Калинкина не врала: сотни сообщений от Армана с признаниями в любви, комплиментами, обещаниями и… никакой конкретики. Ни имен родителей или друзей, ни адреса, про работу какие-то общие фразы «у меня тяжко», «сегодня аврал», «выходной». Вообще ни-че-го! Гуров набрал номер, механический голос забубнил: «Этот абонент…»

Он осторожно убрал телефон к найденному в тайнике Терехина камешку – сегодня же надо отнести все спецам, пускай разбираются. На несколько секунд задумался, а потом позвонил генералу Орлову, своему непосредственному начальнику, под чьим началом работал уже много лет.

Опер вышел в коридор, чтобы разговору не мешали выкрики Калинкиной. Коротко обрисовал ситуацию. Генерал запыхтел, крякнул с небольшой досадой, но не отказал. Привык за много лет работы с Гуровым: если тот что-то просит сделать, значит, это важно. Лев редко просит, лишь если дело действительно того требует, тем более когда нет никакого официального расследования. Все дело держится на собственной инициативе опытного опера.

Петр Николаевич пообещал:

– Хорошо, поговорю со смежниками, через пару часов можешь заехать в УВД на метрополитене, будет тебе видео с камер. – Он помолчал несколько секунд. – Слышал про Васю… Рой дальше, Лев, не верю я, чтобы он мог так поступить. Что еще нужно, чем помочь?

– Экспертиза, – выдохнул Гуров. – Хорошего спеца, опытного, чтобы собаку съел на асфиксии.

– Найдем, – решительно заявил генерал.

– С камер метро получим внешность предполагаемого преступника. Его надо будет объявить в перехват, надеюсь, не успел далеко убежать.

– Жду информации, Лев. Все сделаем для своих, я же всю семью их знаю, – Орлов вдруг сбился с ровного тона. Его голос дрогнул от того, что эта смерть оказалась не только частью ежедневной криминальной сводки, а и личной болью.

– Пока все, позже отчитаюсь. – Лев редко кому подробно объяснял ход своих мыслей. Тем более сейчас, когда время работало против него – с каждым часом преступника догнать и задержать было все сложнее. Он только напал на его след, выяснил, что в коттедже был чужак. Узнал его мотив – кража. И теперь нужно как можно быстрее разворачивать поиски преступника, искать этого Армана. У него есть мотив – кража! Если Василий застукал его возле сейфа, то парень от неожиданности оказал сопротивление. Не рассчитал силы и… убил. Но это все доказывать можно потом. Как, почему… сейчас главное – схватить сбежавшего Армана по свежему следу.

Вдруг что-то грохнуло в комнате Калинкиной! Гуров ринулся туда – в лицо ударил свежий воздух с улицы.

За спиной у входной двери Юрченко выкрикнул радостно:

– Принес, валерьянки дали!

Он вдруг замер так же, как и Гуров, протянул удивленно:

– А Катька где?

Лев ничего не ответил ему. В несколько шагов он дошел до створок, которые качал ветер, наклонился вниз с высоты десятого этажа.

На асфальте выгнулась в странной позе Катя Калинкина: ноги и руки изогнулись странно и нелепо, голова смялась, а вокруг тела уже расплывалось темное пятно.

Глава 3

В управлении УВД при метрополитене невысокий паренек сосредоточенно и сноровисто стучал по клавиатуре. Лев едва успевал тыкать в черно-белые квадраты кадров:

– Вот этот и вот этот тоже, так, давай еще поищем. Вечернее время ищи, крупный кадр лица.

Программист снова принялся колдовать с записями камер, которые фиксировали все в коридорах метрополитена. Именно по ним Гуров и смог наконец раздобыть фотографию Катиного ухажера и подельника с необычным именем Арман.

Еще в квартире Калинкиной он подумал об этой возможности. Но все его планы застопорились, когда случилось страшное! Калинкина в отчаянии выбросилась из