Сады Дьявола - Павел Юрьевич Гагарин

— Вы уже поужинали? — спросил Пульхр.

— Да, приносили что-то, не помню. Слушайте, а разве мне не положен алкоголь? Эта ваша чарка? Нет?

— Во-первых, вы не член команды. Во-вторых, вы в карантине. Вы — единственный человек, который заразился грибком. А больным чарка не полагается.

— Картье говорит, что они вылечили у меня грибок, и теперь я совершенно здорова.

— Ну, мало ли какие могут быть неожиданности. Побудете пока здесь. Картье с Бенуа за вами понаблюдают.

— Понятно. Огромное спасибо за беспокойство. Слушайте, а что вообще происходит?

— В каком смысле?

— Почему мы остановились? Разве вам не говорили, что на обратном пути должно быть три прыжка подряд?

— Ну, говорили…

— А я насчитала только один!

— Да, мы успели совершить один прыжок, и произошла авария — выбило кингстон лемурианского двигателя. Ничего, скоро его отремонтируют, и мы продолжим путь.

— А сейчас мы, стало быть, болтаемся непонятно где. Рядом, по-крайней мере, есть какие-то крупные небесные тела?

— Не беспокойтесь. Мы вышли в полной пустоте. А что?

— Да как вы не понимаете! Я же рассказывала вам про титанид!

— А, эти ваши байки про космических кальмаров. Не беспокойтесь. Рядом ничего нет, только какой-то астероид, в десяти астрономических милях.

— Крупный астероид? — живо спросила Стерн.

— Около четырех километров в самой широкой части.

— Мало, мало, — простонала Стерн.

— Чего вам мало?

— Единственное, чего боятся титаниды — гравитация. Будь рядом какое-нибудь крупное тело, на его орбите мы были бы в безопасности. Послушайте, нам надо как можно быстрее уходить отсюда!

— Как только закончим ремонт…

— Тогда хотя бы велите дать мне алкоголя! Или отдайте мне мои вещи!

— Чего вы больше боитесь, этих ваших титанидов или остаться трезвой?

— Вы что, наказываете меня за что-то? Вы не имеете права меня держать взаперти! Я здорова…

Пульхр встал и прошелся вдоль стены.

— А если вы здоровы, значит отдаете отчет в своих действиях?

— Разумеется!..

— Это хорошо. Космос — жестокое место, доктор Стерн. Поэтому и людям, чтобы выжить в космосе, приходится иногда быть жестокими. В космосе не действуют земные законы. За пределами орбит планет и приравненных к ним, действуют только устав, Космическое право и обычаи войны. Например, если на космическом корабле произойдет авария, и начнется голод, то космонавтам разрешается людоедство. Тянут соломинку, кого первого будут кушать. И ни один суд не признает это преступлением. А знаете, что делают с теми, кто применяет огнестрельное оружие внутри космического корабля?

— Наслышана, — дернула плечом Стерн.

— Это хорошо. А какое наказание полагается за попытку применения биологического оружия тоже знаете? Нет? Ваши друзья пираты вам о таком не рассказывали? Их выбрасывают за борт. В открытый космос. Без скафандра, разумеется. Хотите, я вам покажу, что происходит с человеком в открытом космосе? «Джо», выведи на экран ролик с казнью тех террористов…

— Не надо, — быстро сказала Стерн.

— Не хотите? Тогда я вам в общих чертах расскажу. Если выкинуть кого-нибудь за борт, ну, например, вас, смерть не наступит мгновенно. Где-то с минуту вы будете совершать активные беспорядочные телодвижения и кричать. Слышно вас не будет, звуковым волнам негде распространяться в безвоздушном пространстве. Потом вы умрете. Жуткая смерть, по сути дела это несколько казней в одной. В условиях открытого космоса трупное окоченение будет развиваться очень быстро и неравномерно, и ваше тело еще какое-то время будет крючиться, как будто в агонии, при этом из него будет выходить вода в виде пара. Вы правда не хотите посмотреть ролик? Нет? Раньше я считал такую казнь неоправданно жестокой, пока однажды я не увидал, как люди умирают от ветряного менингита. После этого я поменял свою точку зрения. Я тогда был командиром абордажной команды. В то время ветряной менингит только вывели, и пошла мода заряжать его в дымовые гранаты. Взяли мы какой-то корабль на абордаж, взошли на борт. Предложили сдачу. Вместо этого охрана применила по нам гранаты с патогеном. Нам-то что, мы были в абордажных скафандрах, а вот их экипаж никакой защиты надеть не успел. Кричать они начали через десять минут, а бредить через полчаса. А потом у них потек мозг через уши, и начала сползать кожа. Я уже не помню, с кем мы тогда воевали, чей это был корабль, но до сих пор иногда слышу их крики. Охрана сразу сдалась. Они говорили, что не знали, что в этих гранатах. Они всегда так говорят. Я приказал выкинуть их за борт, одного за другим. Так поступают все абордажники на кораблях Альянса. И после нескольких подобных случаев даже самые отмороженные пираты перестали брать на борт биологическое оружие. Так что жестокость иногда бывает полезна и оправдана.

Стерн сидела бледная и необычно молчаливая. Пульхр вернулся на свое место за столом.

— К чему это я? Ах да, мы нашли ваш тайник со спорами грибка в вещах Бенуа. Я даже не знаю, что тут хуже: то, что вы вопреки моим неоднократным предупреждениям все-таки попытались пронести патоген на борт моего корабля или то, что вы попытались подкинуть его моему офицеру. Теперь я хочу задать два вопроса, на которые надеюсь получить правдивые ответы, учитывая, что от безвоздушного пространства вас отделяет только вот эта стена и мое к вам пока еще хорошее отношение. Это была ваша единственная закладка или имеются еще?

— Есть еще одна, — ответила Стерн, глядя в стол. — В ваших вещах. Я засунула ампулу со спорами в ваше мыло. Думала, ваши вещи обыскивать не будут.

— Понятно, — кивнул Пульхр. Он знал про обе закладки, но рассказал только про одну, чтобы проверить искренность Стерн. — А что насчет руды, которую мы грузили? Тоже взяли образец?

Стерн подняла глаза и покачала головой.

— Не было такого.

— Хорошо, верю. Ну и зачем это надо было? Кому вы собирались продать вашу плесень?

Стерн поглядела на него с легким, но отчетливым презрением.

— Ой, вам все лишь бы деньги!

— Что тогда?

Стерн помолчала немного:

— Где-то в двух прыжках от Солнечной системы есть планетка, населенная людьми. Туда часто летают лемурианские каперы. Примитивное, но довольно самобытное общество. Я там была несколько раз. На этой планете есть остров, напоминающий остров Пасхи. Горы, пещеры, пляжи, джунгли. Крупных хищников нет. На нем живет несколько тысяч человек — вполне достаточно. Остров изолирован, попасть на него с материка довольно сложно. Я провела там около года. Идеальное место для эксперимента. Так что ни Земле, ни вашему драгоценному кораблю ничего не угрожало.

Пульхр глядел на Стерн. Удивить его было трудно, но она сумела. Он попытался представить себе