Волчонок на псарне (СИ) - Анна Чарова

Если мне придется уйти, надо попросить Дария или Бажена научить меня хоть чему-то. Наблюдавший за мной белобрысый маг протяжно вздохнул и сказал:

— Талиша, понимаешь… Я — маг воздуха, Дарий — сын огня, наши знания будут для тебя бесполезны, а советы ты смогла бы применить эээ… Когда освоила бы первые шаги. Тебе нужен учитель такой же стихии, как ты, но кое-что я все-таки смогу для тебя сделать. Так, самую малость.

Он распахнул шкаф, зазвенел склянками, зашуршал бумагой, ненадолго замер, я тоже замерла, чувствуя, что сейчас его нельзя отвлекать, мне даже привиделось пурпурное мерцание над его головой.

— Вот, — он обернулся и протянул руку.

На ладони лежал самоцвет — зеленоватый, с прожилками, похожий на глаз кошки, я коснулась его, но взять не решилась.

— Это твоя маскировка. Как я понял, за Хребтом больше всего для тебя опасны другие маги, которые попытаются поработить… Так вот, пока эта безделица у тебя, они не будут тебя замечать, но и ты не сможешь колдовать. Его можно включить и выключить, сейчас он включен.

— А как выключить? — я взяла камешек двумя пальцами.

— Представь, что прячешь его в мешок. Закрой глаза. Представь мешочек. Такой, чтоб запомнился. Ну?

Я сделала, как он сказал. Мешочек получился кожаным, с красной тесьмой, воображаемый талисман сам нырнул туда, я мысленно затянула тесьму и спросила:

— Получилось?

— Да, теперь для большинства магов ты простой человек. Только очень сильный маг способен распознать обман, но их не так уж много, и по улицам они не шастают, в замках сидят.

Не спрашивая разрешения, я представила, как вынимаю камешек из мешка.

— Молодец, — похвалил Бажен. — Все правильно. Ты способная.

— Научи меня прятать мысли, — попросила я и села на одеяло, скрестив ноги.

— Достаточно спрятать камень, — сказал Бажен. — Если не скрывать способности, то сложнее. Вообрази их листьями. Или птицами, или стаей рыбок.

— Ага. Эш советовал соткать кокон.

— Тоже неплохой метод.

Желтые листья лежали на дороге, мощеной камнем.

— Они должны подняться в воздух и кружиться вокруг тебя. Что бы ты ни думала, что бы ни делала, они скроют намерения. Если захочешь показать что-то, вообрази это за водоворотом.

Листья превратились в смерч, я стояла в середине, и казалось, что от его дыхания колышутся волосы. "Спасибо", — подумала я, отделила мысль, она сделалась мыльным пузырем, и толкнула ее за смерч.

— Отлично. Хватит пока, а то устанешь.

Я распахнула глаза, не сдержав улыбки, и листья упали к моим ногам. Вот оно какое, ощущение силы!

— Научи еще чему-нибудь!

— Пока нет. Единственное, амулет, который я тебе дал, теряет свойства, его нужно все время подпитывать. Ночь через ночь, засыпая, сжимай его в руке.

— Ты говоришь, будто меня уже выгнали.

— Правильнее быть готовым к худшему…

Не успел он договорить, как дверь распахнулась, и на пороге появился темный силуэт Дария, я вскочила, готовая бежать навстречу, но почему-то оцепенела, представив, как стою на паутинке над пропастью, и ветер хлещет по щекам. Дарий протягивает руку, но успею ли я ухватить ее?

— Что? — спросил Бажен взволнованно, надо же, он обо мне волнуется, а Дарий?

Молчит пока, стоит против света, лица не видно. Хватаю его за руку, и он говорит:

— Идем.

— Куда? От… отправишь меня за Драконий Хребет?

Я запрокинула голову, посмотрела ему в глаза, он выдержал взгляд, сжал мою ладонь.

— Нет. Магистр уверен, что твою судьбу должны решать люди. Горожане. Жители Дааля.

Или мне почудилось, или он доволен?

— Что надо сделать? — прохрипела я, облизнула враз пересохшие губы.

— Надо, чтобы они тебя приняли.

— Это как? — округлила глаза я.

— Сейчас на площади прощаются с погибшими, пришли те, кого ты освободила, и их родители, братья и сестры. После прощания будет казнь, перед ней надо представить тебя людям и все рассказать… Не дрожи ты так, это я сделаю. Раян не против, чтобы ты осталась, но не смеет принять такое решение, хочет заручиться поддержкой горожан.

Непонятно, радоваться или печалиться. Держась за руки, мы вышли на улицу и зашагали по булыжной улице. Дома тут были высокие, белокаменные, с красными крышами. Люди пропускали нас, коты шарахались в стороны, только один раз мы прижались к стене, давая проехать повозке.

Прохожих нам попадалось все больше, все они расступались перед Дарием, наверное, тому виной черно-белый плащ, все здешние маги носят такие. Навстречу выехала черно-белая повозка, сбавила ход, мы запрыгнули внутрь, где сидел уже знакомый лысый, похожий на лиса, маг, от которого я не ждала ничего хорошего, ведь совсем недавно он не хотел меня оживлять.

Вспомнив, что некоторые маги могут читать мысли, я закружила вокруг себя воображаемые листья, как учил Бажен. Лысый вскинул бровь и усмехнулся:

— Если останешься, из тебя получится толковая ученица. Ты ведь хочешь остаться, да?

— Было бы здорово, — шепнула я, вжимаясь в мягкую спинку кресла, жутко хотелось нащупать руку Дария, но я не стала этого делать.

— Тебе придется отречься от огромной части себя, — все так же улыбаясь, продолжил лысый. — И много, очень много работать над собой, а я буду твоим куратором.

— Я не боюсь работы, — ответила я, хотя ощущала себя маленьким зверьком, загнанным в угол. Только что рука Дария связывала меня с этим пока еще чужим миром, сейчас пришлось держаться за воздух.

Лысый маг мне не нравился, я не знала, что такое "куратор", меня настораживало, что этот куратор — мой, то есть лысый будет… Не знаю, следить за мной? Воспитывать?

— Почему я тебя пугаю?

— Ты не хотел меня оживлять… Я видела, да. И хотел выгнать.

— Хм… Бывает, да. Попробую объяснить. Наш магистр решил обучать девочек магии, а этого делать нельзя. Я не против тебя или любой другой девочки, я против того, что может случиться с нашим миром.

— А может и не случиться, — вступил в разговор Дарий. — Изменения могут и на пользу пойти.

Негодование переполнило меня, и я прошептала:

— Клянусь служить и отдать жизнь за магов! Если что-то будет не так, я уеду… Туда. Сама уйду, и везти не надо будет…

— У тебя пылкое сердце, — оценил лысый, протянул руку — белую, с крошечными прямоугольными ноготками, я уставилась на нее, не зная, что делать дальше; маг усмехнулся и отвернулся к окну. — Мое имя — брат Йергос.

— Ее зовут Талиша, я уже говорил, — пришел на помощь Дарий и объяснил: — Когда старший служитель ордена представляется и протягивает руку, следует коснуться ее лбом. Если представляется простой человек, надо приложить руку к груди, назвать свое имя и склонить голову.