Волчонок на псарне (СИ) - Анна Чарова

— Тебе так хочется остаться? — прошептал Дарий, сел на кровать — это отразилось в стекле.

— Да, — я обернулась. — Очень. Если тут все такие как ты, то здесь хорошо.

Он криво усмехнулся.

— Ладно, поговорю о тебе с магистром Раяном. Вообще-то женщинам запрещено быть магами, но Раян нарушил правило и отобрал одаренных девочек-волшебниц, чтобы обучить их. Может, и для тебя найдется место.

От радости я аж подпрыгнула:

— Было бы здорово!

Дарий мою радость не разделил, качнул головой и сказал:

— Вряд ли получится, так что не надейся понапрасну. И еще совет: если у меня не выйдет уговорить магистра, не пытайся сбегать и прятаться, тебя сразу же найдут, это будет нетрудно, ведь здесь, в городе Дааль, правят маги. Когда тебя поймают, казнят, как и твоих земляков. И заслуги не вспомнят, уж поверь.

Ничего, пока надежда есть, рано расстраиваться, но почему-то на душе делалось все гаже и гаже. Казалось бы, радуйся: ты жива и свободна, колдун мертв, но нет! Мне так хотелось остаться, что я уже представляла свое будущее, оно было светлым и наполненным радостью. А если вернусь, буду прятаться, пока не повзрослею, так и не научусь колдовать, мне придется идти в Пустошь к заргам… Вряд ли они меня примут, ведь за время в плену я превратилась в мягкотелую: веду себя вежливо, умею есть ложкой и вилкой, могу сдерживать злость. Все-таки колдуну удалось меня переделать, еще немного, и я перестала бы быть собой.

— Когда ты поговоришь обо мне? — спросила я, притопывая, и сразу же задала следующий вопрос: — А другие люди с галеры… Ну, там… Гребцы, кухарка, капитан… Это колдун гад, а капитан Кош — хороший, и еще один был хороший. Поговори о них тоже, чтоб их не казнили. Ну, хотя бы некоторых.

Дарий покосился на спящего друга и сказал:

— Не буду тебе врать, но ничего не получится. Они прибыли на нашу землю, хотя их сюда никто не звал, погубили наших людей и сотни угнали в рабство, а что такое рабство, тебе объяснять не надо. Да, они своими руками никого не убили, но есть такое понятие как соучастие в преступлении. Это когда один убивает, а второй смотрит и ничего не делает, у нас таких тоже судят.

Я прикусила губу. Нашла что просить, у него ведь девушка погибла из-за колдуна и остальных, но Коша было очень жаль, и парня, который мечтал увидеться с девушкой. Так жаль, что хотелось найти их и помочь им бежать. Делать этого я, конечно же, не буду, Эш научил меня выбирать правильно.

Ночь сходила на нет, и в темноте проступил силуэт дома, что напротив, он был каменный, двухэтажный. Неподалеку истошно заорал кот, у которого началась пора любви.

Дарий замер, скрестив руки на груди, лег поперек кровати и вперился в потолок. В меня медленно перетекало его отчаянье, которое я заполняла своими мыслями: ничего не получится, меня выгонят за Драконий Хребет, и я, возможно, найду Мыша, но никогда не верну долг Дарию. Почему это для меня так важно? Ну, спас меня Дарий, но ведь он никто мне, он даже не ради меня это сделал, а потому что так у них принято. Он, наверное, спит и видит, как от меня избавиться.

Когда рассвело, проснулся белобрысый колдун, посмотрел на меня осоловелыми глазами, улыбнулся:

— Очнулась!

— Угу, — буркнула я и только теперь заметила, что Дарий спит.

Этот колдун был еще добрее Дария, никогда бы не подумала, что колдуны бывают добрыми. Наверное, у нас такие погибали молодыми или попадали в рабство, как я. А ведь я не добрая, достаточно посмотреть на меня, чтобы понять это.

— Ордену Справедливости не нужны добрые, — снова улыбнулся он, потянулся, хрустнув сцепленными в замок пальцами. — Ему нужны сильные и преданные.

— Ты что, мысли мои читаешь? — вспыхнула я. — Перестань!

— Пффф! Ты думаешь сильно громко, и я вижу, что ты не простая девочка, а по духу скорее мальчик, — он уперся пальцем в лоб. — Ты пришла издалека по дороге, залитой кровью. Люди, которых ты считала семьей, мертвы, а ты попала в западню…

Как он видит все это? Мысли плавают в воздухе или как? Или он обозревает прошлое, будто находится там? Вдруг он может увидеть будущее?

— А мальчик… Со мной был мальчик, Мышка, он живой? — забормотала я, села за стол напротив белобрысого.

Никогда не видела таких белых волос, и ведь они не седые! А глаза у него водянисто-зеленые, еще более светлые, чем у меня. Колдун дернул плечом и ответил:

— Не вижу, трудно сказать. Кстати, меня зовут Бажен.

— Талиша.

— Странное имя, что оно значит?

— Скала… Нет, осколок скалы, каменный зуб.

— Необычное имя для девочки. Присаживайся, — он вытащил из-под стола табурет. — Расскажи про свой народ, я никогда не был за Хребтом.

— Я лучше внизу посижу, можно?

Бажен взял с кровати, где спал Дарий, скомканное одеяло, расстелил на полу, как ковер, и я с удовольствием уселась, скрестив ноги. Сделалось хорошо и спокойно, словно я снова очутилась дома, в стойбище, слова полились сами, хотелось говорить, говорить, говорить. О едком дыме костра и жареном мясе, о воркующих дипродах, о шатрах, расставленных так, чтобы они повторяли рисунок паутины, об отважных воинах и женщинах-зудай, о шамане, который читал заклинания на изначальном языке.

— Интересно, — перебил меня Бажен. — На изначальном языке говорили только боги.

— Люди тоже, но потом забыли его, а наши шаманы помнят.

— Какие молодцы! Побеседовать бы хотя бы с одним.

— Не расскажет, — мотнула головой я. — Потому что это тайна.

Мы говорили долго, в основном я — о заргах. Удивительно, но многое начало забываться, а то, что помнилось, словно происходило не со мной, а с другой, слабо знакомой мне девчонкой, и очень давно.

Проснулся Дарий, похлопал меня по плечу, как братишку, и от этого почему-то стало неприятно.

— Молись, Талиша, — проговорил он. — После того как умоюсь, я пойду просить у магистра Раяна, чтобы ты осталась по эту сторону Драконьего Хребта.

От неожиданности я вскочила, заметалась по комнате, затем села, сложила руки на груди. Сердце заходилось, я прислушивалась к себе и не могла понять, что со мной происходит.

— Мне бы хотелось, чтоб ты осталась, — поддержал меня Бажен.

Когда ушел Дарий, говорить расхотелось, я слонялась по его жилищу, ела, пыталась спать, снова ела, не могла найти себе места, зная, что сейчас решается моя судьба. Представлялось множество бородатых дядек с глазами-угольями и косматыми бровями, Дарий среди них был один молодой. Все они кричали, потрясали кулаками и желали изгнать меня.

Если мне придется уйти, надо попросить Дария или Бажена научить меня хоть чему-то. Наблюдавший за мной белобрысый маг протяжно вздохнул и сказал: