Осколок Нави - Дарья Старцева

не наступить на безжизненно раскинутые руки, обездвиженные ноги и сильно отстала от своего спутника. У входа в башню он остановился, обернулся на меня с недоумением, будто пол был чист, а я просто тянула время, еле переставляя ноги. Я добрела до него, задыхаясь от запаха смерти и потока слез.

Чем дальше мы уходили от башни, тем отчетливее я ощущала нарастающее волнение. Оно принадлежало не мне. Тревога стекала от множества людских сердец и оседала в моей груди. Разгулявшийся ветер приносил издалека запах железа. Я ступала по городским тропам и слышала лязг множества мечей вдали, в стороне Брезгородского княжества. Весь народ словно вымер. Избы своими настежь открытыми, хлопающими дверями звали хозяев. Я остановилась, растерявшись, заозиралась по сторонам. Озар не замечал моего замешательства. Он упрямо шел вперед, и даже не поворачивал головы. Все вокруг казалось безумным, ложным: безжизненные улицы, жестокая отчужденность Озара. Меня тянуло на звуки битвы – единственный признак людского присутствия. На пустующей рыночной площади я молча отделилась от князя, повернув на дорогу к Брезгороду, куда Озар недавно отослал своих дружинников. Не помню, как далеко мне удалось уйти, скорее всего, не дальше двух торговых навесов: рука князя вдруг потянула меня назад.

– Куда ты меня ведешь?! – прокричала я, стараясь заглушить отчаянный вопль, что прозвучал с поля сражения.

В глазах Озара полыхнул нетерпеливый, азартный огонь. Светлые, кудрявые волоски налипли на его вспотевший лоб. Я невольно дернулась, когда он поднял руку и сердито откинул их рукавом. Однако князь не заметил моего страха, а может, ему это было безразлично.

– В укрытие, – буркнул он, едва разжимая губы. – Там тебя ждет батюшка.

Озар потянул меня за собой, не дожидаясь согласия. Больше я не решалась задавать вопросов. Взгляд отчаянно цеплялся за каждую промелькнувшую тень, но напрасно. Даже животные, казалось, навсегда покинули Воронецк. С любого скотного двора, который мы миновали, не доносилось мычание или хотя бы кудахтанье. Распахнутые настежь ворота наводили на мысль о спешном побеге людей. Мы шли все дальше, приближаясь к окраине града.

Запертой оказалась лишь одна дверь – ведущая в избу Ярославы. Озар настороженно нахмурился, когда мы подошли вплотную к покосившимся бревенчатым стенам. Крепкая дверь не поддалась под нажимом его ладони. Меня не покидало стойкое чувство, что в избе кто-то есть. Я часто старалась забыть тот день, когда пришла с Заряной в дом ее бабки, но не могла. Теперь это воспоминание пригодилось. В полной уверенности я сдвинула неприметный камень и достала из под него заветный ключик. Озар отворил дверь. Он приложил палец к губам, резким кивком головы повелел мне оставаться позади, достал из ножен меч и вошел. Я тихо шагнула следом, отринув его немое предупреждение. Меня окружил смутно знакомый из детства приятный запах сушеных трав. Он внушал спокойствие и умиротворение. Ежели б я закрыла глаза, то легко смогла бы представить себя на душистом лугу после сенокоса. Мои ноги бесшумно ступали вслед за настороженным Озаром, а его напряжение казалось странным и чуждым. Раньше я всегда остерегалась этой избы, а теперь, оказавшись внутри, почувствовала себя дома, в укрытии, как нарек его Мрежский князь.

Но не успела я повернуть голову назад, на выросшую за мной тень, как горла коснулось что-то острое и холодное. Я осознала: одно шевеление или слишком глубокий вздох – и лезвие расчертит алую полосу на тонкой коже. Под ногами Озара натужно скрипнула половица. Он обернулся назад. Глаза его расширились от удивления или страха, и в этот миг из темного угла вышел Мстислав. Лезвие слишком тесно прижалось к горлу, и я ощутила жгучее пощипывание. Я замычала, предупреждая об опасности, одними глазами указывая на врага позади. Озар развернулся, расправляя плечи, занося для удара меч. Лезвия встретились в громком лязге. Теперь я догадалась, что за моей спиной стояла Заряна. Я совсем не двигалась и не делала резких вдохов, но нож продолжал царапать кожу. Два князя бились в ожесточенной схватке, не замечая больше ничего вокруг.

– Где око?! – прорычал Озар, делая шаг вперед.

Ему, однако, пришлось отступить, когда Мстислав сильным ударом едва не выбил меч из его рук. Даже смертельное напряжение поединка не смахнуло выражение непоколебимой уверенности с лица Брезгородского князя.

– Попробуй отыскать его, – лезвие устремилось к самому уху Озара, – ежели я не снесу твою голову с плеч раньше.

Руки Озара так крепко вцепились в рукоять, что под кожей выступили вены. Отбив удар, он пошатнулся, но устоял на ногах. Он злился. Бледное лицо зарделось, а движения потеряли свою осознанность, но обрели беспорядочность. Мстислав же оставался спокоен и сосредоточен. С завораживающей ловкостью он уворачивался от ударов и с отточенной силой наносил ответные. Сражение двух князей слишком захватило мое внимание, а царапина на шее, продолжая раздражать скребущей болью, не позволила заметить, как Заряна улизнула. Я оглянулась по сторонам и нашла ее у маленького столика возле окна. С зажатым в руке мешочком Заряна подкралась ближе к Озару. Я бросилась к ней со всех ног, оттолкнула в сторону, однако облако темного порошка уже повисло в воздухе. Невесомые крупицы полетели прямо в глаза Мстиславу. Он часто заморгал, втянул воздух сквозь крепко сжатые зубы и оступился. Губы Озара растянулись в широкой, торжествующей улыбке. Он приготовился выступить вперед, но Заряна сдула с открытой ладони остатки колдовской пыли. Он опустил меч и пошатнулся, подобно своему врагу.

– Дрянь! – прорычал он, потирая болезненные веки.

Заряна шустро, воровато оглядела их обоих, а затем со всех ног кинулась вглубь горницы. Я перескочила через ноги Озара и побежала за ней. В темном закутке, куда устремилась Заряна, на полу, обвив руками большой сундук, лицом вниз лежала старая ведьма. Но сестрицу не беспокоило ни это, ни бронзовый сундук с тремя замками. У меня перехватило дыхание. Пальцы нащупали ключ, что весел на шее. От близости замка он нагрелся, обдав жаром грудь. В голове поселилась безумная мысль.

Я тихонько зашагала прочь от Заряны, туда, где уже лежали без чувств два князя. Пнув ногой в сторону поочередно оба меча, я склонилась над Озаром. Ровное дыхание коснулось моих рук, когда я распахнула ворот его рубахи и сняла с шеи серебряную пташку. От прикосновения к ней пальцы обожгло, словно огнем. Оберег полетел вниз, и я подцепила его за веревку, прежде чем он успел коснуться пола. Оставался всего один ключ. Я присела рядом с Мстиславом, коснулась ладонью его груди, и на губах его проступила слабая, еле уловимая улыбка. В страхе я одернула руку, ожидая,