Екатерина II. Как пополнялись и тратились личные средства. Кошелек императрицы - Игорь Викторович Зимин

В счетах за этот период к этому шедевру, вероятно, имеет отношение счет на крупную сумму, датированный февралем 1777 г.: «Рещику Дудину за костяные вещи 1493 руб.» (февраль 1777 г.). Поэтому есть основания предполагать, что эта вещь изготовлена несколько позже общепринятых датировок – в 1775-1776 гг.

Кабинет-бюро. Россия. 1750-1770-е гг. Кость, дерево, металл, фольга

В Эрмитаже хранятся два «кабинета-бюро», созданные в 1750-1770-е гг. и атрибутированные как работа неизвестных русских мастеров. При этом в счетах императрицы имеется следующий документ: «Купцу Дудину за костяной кабинет для Его Императорского Высочества великого князя Александра Павловича – 1000 руб.» (февраль 1780 г.). Вполне вероятно, что и эти работы (или одна из них) принадлежит О.Х. Дудину. О том, что эти кабинет-бюро создавались впрок для ребенка, которому шел третий год, косвенно подтверждают искусно вырезанные забавные фигурки людей и сказочных животных.

Кабинет-бюро. Россия. 1750-1770-е гг. Кость, дерево, фольга

Последняя крупная вещь, дошедшая до наших дней, именуется на сайте Государственного Эрмитажа «Альбомом с изображениями русских князей и царей». Вероятно, счетом на сумму в 1000 руб. и оплачена эта работа: «Купцу Дудину за костяные портреты 1000 руб.» (февраль 1782 г.). Это последний счет, которым были оплачены работы выдающегося мастера.

Формирование коллекции живописи

Начиная со времен правления Петра I в Россию приезжали европейские художники разного уровня, положившие начало развитию светской живописи. О личных пристрастиях монархов в живописи нам известно мало[477], поскольку чаще они воспринимали этот жанр искусства по большей части сугубо утилитарно, рассматривая живопись как элемент украшения интерьера (шпалерная развеска картин в резиденциях) или способ решения представительских задач.

Екатерина II, унаследовав многие работы живописцев со времени правления Елизаветы Петровны, совершенно не отказывалась от такого утилитарного подхода, но со временем у нее вырабатывается личностное восприятие живописи. Конечно, понимание необходимости создания и наращивания собственной коллекции сохранялось с начала и до конца правления императрицы, но при этом она не только способствует, в том числе комнатными деньгами, развитию Императорской Академии художеств, но и начинает собирать собственную художественную коллекцию. Поэтому Екатерину II, создавшую, блистающий многими гранями Эрмитаж, безусловно, можно назвать одной из первых коллекционером-монархом Империи.

Художники иностранцы

Граф Пьетро Антонио Ротари (1707-1762) — известный итальянский живописец и гравер, выдающийся портретист, с 1756 г., по рекомендации И.И. Шувалова, начал карьеру придворного художника при дворе Елизаветы Петровны. Среди его учеников – Ф.С. Рокотов и А.П. Антропов. В 1762 г. его командировали в Курляндию для восстановления росписей в замках Митау и Рухенталь. Буквально через два месяца после переворота 1762 г. П.А. Ротари умер в Петербурге.

В это время императрица активно готовилась к коронационным торжествам в Москве. В суете ей было не до творческого наследия мастера, но позже Екатерина II приняла решение о выкупе у вдовы художника всех картин, остававшихся в его мастерской: «Господин Олсуфьев, не забудьте поговорить со мною об уплате за картины графа Ротари, завтра утром, когда Вы придете ко мне. 7 февраля 1764 г.»1; «О заплате по разным срок умершего графа Ротария душеприказчику Папанелопуло за портреты 17 000 руб.» (март 1764 г.). В результате «головами девушек» Ротари императрица украсила один из залов Большого дворца в Петергофе (приобретено около 600, в развеске 368 портретов). В 1764 г. по проекту Ж.-Б. Валлен-Деламота закончена «шпалерная» развеска картин в зале, получившего название «Кабинет мод и граций».

Немецкие живописцы братья: Иоганн Фридрих Гроот (1717-1801) — анималист «зверописец» и Георг Кристоф Гроот (1716-1749) — портретист, прибыли в Россию в начале правления Елизаветы Петровны. При Екатерине II работал уже только Иоганн Фридрих, получивший звание академика (1765 г.) и всю жизнь занимавшийся анималистикой, которую и преподавал в Императорской Академии художеств.

Периодически императрица оплачивала из комнатной суммы картины его работы. Первый такой счет датируется августом 1766 г.: «Живописцу Грооту за две картины 2500 руб.» (август 1766 г.); последний – январем 1787 г.: «Живописцу Грооту за поднесенную картину 500 руб.», иногда по счетам проходили весьма крупные суммы: «Живописцу Грооту 5000 руб.» (октябрь 1774 г.).

Императрица неоднократно продлевала контракты Гроота И.Ф.[478] [479]. Из комнатной суммы оплачивались его ученики: «Находящемуся при живописном мастере Грооте живописному ученику Алексею Шерстневу… 33 руб.» (май 1763 г.)[480].

Вигилиус Эриксен (1722-1782) датский художник оставил множество портретов как Екатерины II, так и ее ближайшего окружения[481]. Прибыл в Россию в 1757 г., успев написать комплиментарный портрет Елизаветы Петровны, успешно сгладив возрастные изменения, на которые столь болезненно реагировала императрица. В 1762 г. Эриксен получил звание придворного портретиста. Отметим, что он провел в России почти пятнадцать лет из своих шестидесяти.

1762-й – год восшествия императрицы на престол и пышных коронационных торжеств. Поэтому способности Эриксена как добросовестного портретиста были востребованы. Он фактически положил начало «императорской» иконографии Екатерины II, написав около 30 ее портретов. При этом современники единодушно отмечали достоверность изображений императрицы.

Из комнатной суммы императрицы оплачивались работы, проживание и переезды художника: «Датскому живописцу Эриксену за разные его для Комнаты Нашей работы и на проезд Его из Санкт-Петербурга в Москву 1125 руб.» (декабрь 1762 г.)[482].

Часть портретов императрицы, написанных Эриксеном, использовалась для дипломатических подарков иностранных дворам. Он не менее четырех раз повторил портрет Екатерины II в коронационном платье, в большом формате – для датского, английского и прусского дворов, а также для Императорской Академии художеств.

Императрица, как правило, оплачивала сразу несколько живописных работ художника на весьма крупные суммы: «О заплате живописцу Эриксену за написание им Ея Императорского Величества портретов 6300 руб.» (март 1766 г.); «Иван Федорович… заплатить живописцу Эриксону семь тысяч двести рублев» (февраль 1767 г.); «Живописцу Эриксену за разные живописные работы 10 000 руб.» (июнь 1771 г.); «Живописцу Эриксену за написанные им картины 2100 руб. “за Наш стоячий портрет 1500 руб., да за картину царскосельской крестьянки с ея семейством 600 руб.”» (март 1772 г.).

Примечательно, что Эриксену удавались не только монументальные полотна. Так, он дважды писал Екатерину II верхом в дни переворота[483], но и, как следует из счетов, миниатюры: «Живописцу Эриксену за два миниатюрных портрета наши 300 руб.» (март 1771г.); «Живописцу Эриксену за два миниатюрные портрета 300 руб.» (октябрь 1771 г.).

В. Эриксен покинул Россию в 1772 г. Однако отношения с Российским императорским двором,