Ханская дочь. Любовь в неволе - Ине Лоренс

Некоторые из присутствующих побледнели. Но Сергея все эти разговоры не занимали, он молча стоял, ожидая приказа губернатора.

Апраксин мрачно уставился на карту Ингерманландии и Карелии. Наконец выдохнул, поднял голову и пронзительно посмотрел на Сергея:

— Пускай у меня нет войска — я не допущу, чтобы Любекер с триумфом вступил в Петербург. Мне сообщили, что азиатские конники, над которыми вам поручено командование, стоят у Крапивно. Сегодня же отправляйтесь туда и выдвигайтесь в Карелию. Солдатам Любекера противостоять насколько это возможно: уничтожайте патрули, не пропускайте подкрепление, перехватывайте обозы, делайте ночные вылазки — короче, сделайте все, чтобы их задержать. Нам нужно продержаться до прихода Горовцева.

Сергей едва удерживался, чтобы не сказать губернатору, что горсточка степняков — это не то войско, которое способно противостоять шведам, но промолчал. Апраксин как будто постарел на несколько лет, под глазами залегли тени — он отлично понимал всю безнадежность положения. Поэтому Сергей только отдал честь и сказал с уверенностью в голосе:

— Я сделаю все, что в моих силах, ваша милость!

Апраксин знал, что шайка степных разбойников, привычных разве что к грабежам и набегам, вряд ли способна защитить город, но считал своим долгом сделать все возможное. Резким движением руки, словно прогонял муху, он отослал Сергея и тотчас же подозвал одного из адъютантов:

— Послать вестового к Горовцеву, срочно! Он должен выступить как можно скорее!

Сергей вышел, охваченный противоречивыми чувствами. Он был рад наконец-то получить отряд в свое полное подчинение, но приказ Апраксина не оставлял надежды на успех. С какой стороны ни взгляни, это выглядело чистым самоубийством. Полный мрачных мыслей, он направился прочь из дворца, как вдруг кто-то схватил его за плечо. Тарлов обернулся — перед ним стоял Степа Раскин, непривычно трезвый, глаза его горели воодушевлением:

— Господи, Тарлов, если бы ты знал, как я тебе завидую! Ты, по крайней мере, сможешь хоть что-то сделать, а мы будем сидеть в городе, как мыши в ожидании кошки. Бахадуру передай поклон — пусть бережет себя, и ты тоже, разумеется. Да хранит тебя Матерь Божья! — С этими словами он отвернулся и быстро пошел прочь, но Сергей все же заметил, как в глазах у приятеля блеснули слезы.

Сергей посмотрел ему вслед, расправил плечи и двинулся дальше. Паром перевез его через Неву, дальше он пошел пешком и через несколько минут был уже дома. Привычный запах конюшни, в которой они жили последние несколько месяцев, разбудил в нем странное болезненное чувство. Неустроенный быт часто раздражал его, и он мечтал о лучшем, и все же теперь, когда пришлось так спешно и неожиданно срываться с места, Сергею показалось, что он прожил здесь лучшую часть своей жизни.

Он сжал зубы и хотел уже приказать вахмистру собирать вещи, но вдруг заметил, что Ваня и Бахадур уже все упаковали. Они сидели за столом и с тревогой глядели на него, ожидая новостей. Сергей, чувствуя свою вину, вспомнил, что так и не позаботился о денщике. После попойки в салоне мадам Ревей у него не осталось ни копейки, а жалованья до сих пор не выдали.

— Война, ребята! Сегодня мы должны быть в Крапивно и встретить там этих степных чертей. — Едва сказав это, он пожалел о неловком выражении.

На лице Бахадура удивленное выражение сменилось оскорбленным. Сергей хотел уже извиниться, но татарин молча поднялся и вышел из-за стола, не удостоив его ни словом, ни взглядом. Направившись к своей вьючной лошади, Бахадур стал возиться, увязывая седельные сумки. Сергей хотел было помочь, но натолкнулся на колючий взгляд и вернулся обратно к столу.

Ваня еще подсыпал соли ему на раны:

— Надо, Сергей Васильевич, найти хоть пару пистолетов для нашего татарского приятеля.

Сергей кивнул. Он совсем забыл об этом, а сейчас времени искать оружие для Бахадура уже не оставалось — одна надежда, что что-нибудь подходящее найдется в Крапивно. Сергей собрал личные вещи, запахнул шинель и оседлал Мошку.

— Нам пора! — сказал он скорее себе, чем своим спутникам, и вскочил в седло. Был конец февраля, холода стояли нешуточные. В такую погоду идти походом на Русь мог либо дурак, либо гений. Сергей задавал себе вопрос: кем был Карл XII? До сих пор о нем было известно, что он не проиграл ни одной битвы. Сергей надеялся только, что генерал Любекер окажется не столь удачлив, как его король.

10

Небольшая крепость в селе Крапивно могла вместить в обычное время едва ли полсотни человек. Русских там и сейчас было две-три дюжины, но вокруг стояли лагерем еще несколько сотен вооруженных людей. Потертые кафтаны, меховые шапки на головах, широкие лица с приплюснутыми носами, узкие глаза — все выдавало в них уроженцев степи. Они группками восседали на расстеленных шкурах или вязанках хвороста, брошенных прямо на снег, пили дымящийся чай из роговых чашек и передавали по кругу бутылки с водкой, жарили мясо на общем костре и ели его еще полусырым.

Деревянные дубины, копья, кинжалы, длинные ножи… Саблю имели далеко не все, но почти у каждого на седле висел лук и колчан стрел — вот и все их вооружение, ни пистолетов, ни тем более ружей видно не было.

Степняков было не больше пяти сотен, и, кажется, единственным их преимуществом были лошади. Вдобавок к верховым всадники привели с собой более сотни сменных лошадей, используя их в пути как вьючных. Тарлов задавался вопросом: что будет, если с этим отрядом ему придется выступить против шведов? Думается, что добрая половина этих воинственных сынов степей сбежит при первом же вражеском залпе.

Сирин тем временем тоже разглядывала азиатов — она различила среди них калмыков, башкир и нескольких татар. На нее воины произвели лучшее впечатление, чем на капитана. Эти всадники сражались, сохраняя холодную голову. И даже если они старались не допустить чрезмерных потерь, трусами они не были никогда. Манера русских вести войну была им глубоко чужда — организованному наступлению они предпочитали действие небольшими группами.

На вновь прибывших азиаты почти не обращали внимания. Солдаты в крепости реагировали куда живее — едва Сергей въехал за ограду, из ближайшей избы выскочил офицер и подбежал к нему:

— Надеюсь, вы прибыли избавить нас от этих разбойников?

Сергей в знак приветствия отдал честь:

— Сергей Васильевич Тарлов. Прибыл по поручению князя Апраксина принять командование вспомогательным отрядом.

— Слава богу, наконец-то вы их отсюда уведете! Их прислали сюда, не поставив меня в известность, и никакого снабжения, представьте себе! Это было ужасно! Эти разбойники увели всех коз у местных крестьян, а бабам пришлось укрываться от них по лесам — это теперь-то, посреди зимы. Я уже всерьез стал подумывать, не пустить ли в ход оружие, чтобы их утихомирить, но их вдесятеро больше!