Полная история регги: от истоков до наших дней - Дэвид Кац

Spanish Amigo (в альтернативном варианте Old Fashioned Way) позже придумали фальстарт, после которого идет речитатив Алькапоне. «Это была идея Хадсона. Он еще попросил Эррола Томпсона, инженера-звуковика, сделать повторы».

Алькапоне копирует пронзительный крик Ю-Роя: «Йе, йе, йе!», но он, как правило, использует больше рифм и не прочь напеть что-то. Продолжая выступать в El Paso, он становится все более популярным. Но истинная популярность невозможна без записей. «Ю-Рой был у Дюка Рейда, а я решил пойти к Коксону, у которого было несколько отличных ритмов. На Studio One я сделал Nanny Version [в оригинале Nanny Goat от Larry & Alvin]. Для Кита Хадсона я записывался под своим настоящим именем – Дэннис Смит, но чтобы имя звучало поинтереснее, я предложил Коксону: “А давай я буду Дэннис Алькапоне”. После хита Nanny Version, я сделал Home Version на песню Home Кена Бута. Однажды Дюк Рейд послал за мной и сказал: “Это ты сделал версию Nanny Goat? Разве Ю-Рой не помогал тебе с мелодией?” Я сказал: “Нет, я сам все сделал”. Затем Байрон Смит попросил меня записать Mosquito One, и я не отказался». В результате появилась целая серия хитов. «Я думаю, Дюк был впечатлен всем этим. Однажды он позвонил мне и сказал: “Приходи”. Я пришел и сделал у него Teach The Children — получился большой хит, хотя я и минуты не думал, что это выстрелит. Потом мы записали Wake Up Jamaica и Number One Station, а затем я привел Лиззи для Big Beat».

Кроме Big Beat, Алькапоне и Лиззи создали немало хитов, в том числе веселую Ba Ba Ri Ba Skank. Этот дуэт ввел в строй новую формулу, которая предшествовала всемирно известным ямайским дуэтам диджеев 1980-х и 1990-х годов, таким как Michigan & Smiley и Chaka Demus & Pliers, а также американским суперзвездным рэп-комбо конца 1970-х, таким как Run DMC, Dr Jeckyll & Mr Hyde и Double Trouble.

Лиззи в то время работал при саунд-системе Prince Jammy, созданной в Уотерхаусе Ллойдом Джеймсом в 1962 году; в 1969-м эта система выбыла из строя, потому что Джеймс уехал жить в Канаду. Хотя Лиззи и стал известен благодаря записям с Алькапоне, он так и не смог удержаться на гребне, а эмигрировав в Канаду, отошел от музыки. Но Алькапоне продолжал выпускать хиты, которые отличались необычным вокалом и включением таких элементов, как, например, имитация крика петуха на Wake Up Jamaica, Power Version и Rasta Dub (версия Keep On Moving Боба Марли, записанная для Ли Перри).

«На Ямайке, когда ты просыпаешься утром, везде кукарекают петухи, – объясняет Дэннис. – А иногда и ночью их слышишь, когда мальчишки сбрасывают птиц с крыши. Петушиный крик – это то, с чем мы живем изо дня в день, а когда ты создаешь мелодию, ты пытаешься произвести впечатление, и поэтому думаешь обо всем, что может привлечь внимание».

Алькапоне стал первым диджеем, получившим награду, – Кубок диджея за 1971-72 годы ему вручал журнал Record Retailer Рупи Эдвардса.

* * *

В то время как диджеи продолжали подниматься по иерархической музыкальной лестнице, Ямайка была настроена на серьезные политические перемены. На всеобщих выборах 1972 года Майкл Мэнли обошел действующего премьера от Лейбористской партии Хью Ширера. Упор в своей предвыборной компании Мэнли сделал на повышение статуса бедных, и в немалой степени к победе его привела музыка регги с сопутствующей ей раста-риторикой. В 1971 году чарты возглавил Делрой Уилсон с Better Must Come, песней, призывающей к изменениям; Мэнли сделал эту песню фоном своей предвыборной кампании. Более того, он сказал, что выбор песни якобы одобрил сам Хайле Селассие I, император Эфиопии, и что «главные растаманы» называют его, Мэнли, «Жезлом Исправления, а Ширера – «фараоном». Как бы там ни было, Клэнси Экклз организовал выступления с участием The Wailers и других артистов со всего острова в поддержку лидера Национальной партии.

«Я верил и верю в социализм, – объясняет Экклз, – потому что при капитализме одни люди богатеют, а другие люди беднеют. Если все разделить поровну, то половина будет богатой, а половина бедной. Тоже, конечно, не фонтан, но мы у себя видим другую картину. У нас два процента богатых, а девяносто процентов живут за чертой бедности, еще восемь процентов, можно сказать, живут за счет богатых. Я чувствую, что это неправильно. Я считаю, что богатства всего мира должны быть распределены согласно объему работы каждого».

Экклз не был членом партии, но он говорит, что ему и его сверстникам дали шанс выразить свои чувства только один раз, когда Мэнли вступил в должность. «Мы, по сути, были неоплачиваемыми советниками Мэнли. Мы могли позвонить ему в любое время и сказать: “Эй, мы чувствуем, что это неправильно”».

Банни Ли говорит: «Ямайка явно нуждалась в изменении политического курса. У нас была нехватка продовольствия и другие трудностей, от которых больше всего страдали бедные слои населения. Мэнли обещал провести реформы, направленные на улучшение условий жизни бедного большинства, но многое так и осталось невыполненным, и музыканты, которые поддержали его, вскоре выразили несогласие с его политикой».

Джуниор Байлс записал в 1972 году с симпатией к Мэнли Pharaoh Hiding[43], но уже через год появилась едкая When Will Better Come, парафраз предвыборной Better Must Come. Байлса записывал Ли Перри, который сделал с ним один из самых крупных хитов 1972 года, вызывающую Beat Down Babylon. «Знаешь, почему большинство людей не умеют записывать Байлса? – подмигивает мне Перри. – Он путаный артист, если ты не знаешь, как с этим справляться. У него очень приятный голос, но его нелегко контролировать. У него есть очень хорошие идеи, но нужно иметь терпение. Джуниор Байлс – это нечто особенное».

Восходящие сессионные звезды, группа The Now Generation, обеспечила хиту музыкальную поддержку, и Вэл Дуглас говорит, что важным звеном тут был Ллойд Адамс с его барабанами.

The Now Generation сделали большой хит в 1971-м с Питером Тошем – тягучую Maga Dog, спродюсированную Джо Гиббсом и намного превосходящую изначальную ска-версию The Wailers, записанную для Коксона. В 1972-м NG работали на 16-канальной студии у Харри Джи (Harry J., он же Гарри Зефания Джонсон, 1945–2013) на Рузвельт-авеню, возле Национального стадиона. Именно там бэнд сыграл свой самый крупный международный хит: Breakfast In Bed – версию известной песенки Бейби Вашингтон в исполнении Лорны Беннетт, построенную на подпрыгивающих басовых нотах Дугласа. Сам Дуглас говорит: «Breakfast In Bed, вероятно, моя лучшая басовая партия, и я никогда не забуду, что произошло после того, как я сыграл эту партию. Мы уже сделали ремейк Кэта Стивенса Morning Has