Последние первые планетяне - Павел Третьяков

Леонова права, – поддержал Николай. – Пускай, в отличие от нее, я убежден в виновности так называемых Призраков Охоты.

Старик меж тем с негодованием поглядел на молодого коллегу, позволившего девчонке вклиниться в беседу двух старших офицеров.

– Вот как? – фыркнул он недовольно. – Догадка, значится? Я-то думал, дело решенное. Похоже, есть, о чем потолковать…

Папа Нестер выдержал пронзительную паузу, а затем, так и не договорив, вставил пару пальцев в рот и на всю станцию гулко засвистел – удивительно, что в его старой прокуренной груди набралось достаточно воздуха. Немедля вдалеке, у небольшой станционной постройки, привиделось чье-то шевеление. Оказалось, он так сигналил оставшемуся на парковке первому помощнику. Молодой парень, напоминающий Минина статью, да и энергичностью, стремглав прилетел на зов старшины. Как предсказал Давыдов, этот нехитрый маневр был способом для Папы Нестера удалить из беседы, по его мнению, необязательных лиц.

– Мой зам. Майло, – представил он подбежавшего мальчишку. – Он не откажется пока показать барышне станцию. Майло лучше меня расскажет за округу, и как мы сумеем помочь. Чего терять время? – ехидно улыбнулся Папа Нестер. – Возражения?

Осознавая, что у него нет выбора, Давыдов в знак согласия кивнул. Он тотчас встретил не просто недовольный, но почти взбешенный взгляд Камиллы, и все же молодые коллеги без слов поняли друг друга, что перечить будущему помощнику, какой бы он ни оказался кретин, веет глупейшей затеей. Николай, кроме того, попросил девушку присмотреть за Лектором. На синта Папа Нестер также бросал недоверчивые взгляды.

Едва офицеры остались вдвоем, старик перевел дыхание и довольно проговорил:

– Так лучше, парень. – Его кривая ухмылка говорила сама за себя. – Люблю вести дела тет-а-тет, сечешь? Как в старые добрые. Без лишних ушей и своевольных языков…

Раздраженный, Николай только пожал плечами.

– Однако не будем тянуть кота за вымя, – через паузу продолжил Папа Нестер. – Время поджимает. Нам обратно до города дорога неблизкая. Я скажу тебе то же, мало́й, что сказанул недалече Борису. Затея ваша дерьмовая, и ничем хорошим она, ей-богу, не кончится! – Старик злобно посмеялся, словно ему было в радость прогнозировать неудачу коллег, но затем все же оговорился: – Знаю, парень, – сказал. – Не этого вы с подружкой и бродячей соковыжималкой хотели услышать, когда перлись в такую даль. Что поделаешь – я человек прямой.

– Действительно? – натужено улыбнулся Давыдов.

– Спроси у Хоева, раз не веришь, ха-ха! Я из лучших побуждений говорю. Авантюра, в которую вы влезаете, искупает вас в дерьме с головы до ног!

Давыдов прищурился и, наблюдая за тем, как Камилла и синтетик удаляются в сторону станционных построек в сопровождении бурно жестикулирующего Майло, спросил:

– Зачем тогда встреча? Хотели предостеречь? Сказали бы Борису, что не поможете…

– Погоди-погоди, – внезапно перебил Папа Нестер. – Разве я хоть словцом обмолвился, будто собираюсь слиться, как последняя на Западе тварь? Ты давай не оскорбляй!

– Я запутался.

Смачно сплюнув на пути, вдоль которых ковыляли офицеры, старик развел руками:

– Запутался?! – усмехнулся он. – Вас в Большом Кольце совсем жизням не учат? Жопу как вытирать, хоть показали?! – Папа Нестер все произносил таким тоном, что совершенно не догадаться было, оскорбляет он или попросту издевается. – Да-да, слыхал про твою ситуацию, Давыдов. Назначен в Борей-Сити прямиком из центра центров. Небось, настоящей жизни и не знал, пока не приехал на Запад? Небось, и мужиков настоящих не видал, пока не повстречался с фронтирцами? Так вот я скажу: наш человек – он, пускай даже дерьма хлебнет, все равно не отступит!

Обескураженный тирадой своенравного собеседника, Давыдов неуверенно закивал.

– А барышня говорливая, – тогда показал Папа Нестер в сторону Камиллы, – она, ясно, не в свое офицерское дело лезет, но, в общем, права. Стоя́т ли Призраки за убийством или нет, поймаете – окажете местным нехилую услугу. Эти сукины дети многим начальникам в наших краях плешь пожрали. Не прибьете двух птиц разом, так хоть одну кончите, – звонко хлопнул он кулачищем в ладонь.

Этот воинственный настрой почти разваливающегося на ходу старика почему-то не на шутку воодушевил Давыдова.

– Я так вам скажу, господин Нестеров… дерьмо план или нет, а мы пойдем до конца, – вымолвил молодой офицер, подумав. – Положение отчаянное. Пути назад нет. Приготовления сделаны. Равно как ставки влиятельных людей на исход дела. – Николай с горечью посмеялся, вспомнив про градоначальника Леонова. – Помощью мы не побрезгуем, – заключил он.

– Все правильно, – немедля отозвался Папа Нестер. Он как-то чудаковато покосился на собеседника, как будто приценивался к его решимости, однако прежней хмурости не изменил. – Я от своих слов не отказываюсь, – покачал он головой. – Затея ваша, увы, безумна и опасна. Не знай я Бориса лично или не говори с ним не так давно, заключил бы, что это план старика-маразматика, возомнившего себя снова молодым… В былые годы бандиты в этих краях какие были: безбашенные, но тупые, как «шутки про твою мамашу». Их помани тут и сям запашком легкой наживы, так они, как мухи на дерьмо, слетались. – Старик, закатив глаза, рассмеялся – по всей видимости, за аналогией скрывалась какая-то реальная история удалого фронтирского прошлого. – Нынче времена изменились, мало́й, – вскоре договорил он. – Самый отъявленный биомусор корпы оттеснили к границе. В наших краях остались либо самые смекалистые, либо самые скрытные. Эти Призраки… они, похоже, из тех и из других. Почуют неладное – и затея ваша пойдет по херне.

– Затем и встречаемся на нейтральной территории. Не дать людям повода судачить…

Папа Нестер, кряхтя, пожал плечами:

– Да кто его разберет в наши дни, откуда придет беда? По этой причине, – сказал он, – советую провернуть дельце по-тихому. Задействовать минимум людей. В том числе – с нашей стороны. – Старик, в очередной раз выругавшись на полупарализованную ногу, замолк и стал загибать пальцы, словно проводя мудреные расчеты. – Я выделяю троих, – наконец пробурчал он. – Троих достаточно. Майло поведет их. – Он показал на первого помощника, который в ту секунду с увлечением рассказывал Камилле, как взволнован предстоящей операцией. – Когда состав будет подъезжать к Печорину, мои ребята остановят его и проверят. Я уже договорился с начальником станции, как просил Борис. Все схвачено. Дальше – дело за вами…

– Да, как и было спланировано, мы подсадим несколько человек на поезд, –