В эпицентре бури - Патрик Кордингли

и эскадроном "С" Джона Байрона на севере. Позади них шла рота "Стаффордов", под командованием Саймона Кнаппера.

Сразу после половины восьмого, в кромешной темноте и под проливным дождем, Джон Шарплз вышел в эфир с тепловым контактом. Узел связи.

Прорыв — 25 февраля

Его боевая группа была хорошо развернута. Эскадрон Джеко Пейджа первым обнаружил замаскированный автомобиль и несколько солдат в окопах.

— Вам от нас что-нибудь нужно? — спросил я Джона Шарплза, когда он доложил о своих успехах.

— Просто дайте мне немного артиллерии. Нам понадобится фугасы и осветительные снаряды.

Я немедленно обсудил это с Рори.

— Мы можем это сделать, бригадир, но я не думаю, что нам следует это делать, — сказал он.

- Почему бы и нет? Это наша первая атака.

— Он не такой уж большой, и мы действительно хотим демаскировать орудия ради подсветки? Это нежелательно. Мы все еще не знаем, каковы их контрбатарейные возможности.

Я вызвал Джона.

— К сожалению, вынужден сообщить, что вы предоставлены сами себе. И вам придется использовать собственную подсветку.

Разведывательный взвод Джона был оснащен "Скорпионами" с 76-миллиметровой пушкой. У него был очень хороший осветительный снаряд, во многих отношениях лучше, чем у артиллерийского снаряда, и, безусловно, им было легче управлять.

Тем временем Джеко Пейдж атаковал. У него было мало времени, и он перебросил танковый взвод под командованием недавно поступившего на службу младшего лейтенанта Ричарда Телфера на позиции, чтобы повести пехоту в самое сердце вражеских траншей.

Под проливным дождем танки и "Уорриоры" выдвинулись на позиции. Взвод Телфера из трех танков находился в центре, а все "Уорриоры" выстроились позади него. С обеих сторон, но на некотором расстоянии, стояли по взводу танков, а на севере, наготове, чтобы прикрыть огнем четвертый взвод эскадрона. К несчастью для Телфера, один из его танков вышел из строя. Еще более неудачным было то, что как раз перед началом атаки возникло опасение, что на юге скрывается противник, и второму танку было приказано следить за возможной контратакой, оставив Тельфера одного.

Тем не менее, он повел пехоту вперед, зная, что его тепловизионные прицелы значительно превосходят все, что есть у "Уорриоров". В течение сорока пяти минут он был без прикрытия посреди иракских окопов, и пули со стуком отскакивали от брони, пока он руководил пехотой и обстреливал окопы из пулемета.

В десантных отсеках "Уорриоров" сидели бойцы роты "А", нервничая в ожидании дальнейших действий. По внутренней связи было слышно, как бушует битва. А затем, как и много раз до этого на тренировках, начался обратный отсчет.

- Триста метров… Двести метров… Сто метров… спешиваемся, спешиваемся, спешиваемся.

"Уорриоры" резко затормозили и развернулись. Кормовые двери распахнулись, и людей поглотила темнота. Они побежали вперед и бросились на землю, быстро осматриваясь в поисках цели. Пулеметная очередь одного из "Уорриоров" указала им правильное направление, и они скрылись.

Саймон Кнэппер приказал одному взводу очистить территорию вокруг мачт. Другому взводу было приказано занять траншеи слева от мачты рядом с горящими машинами, уничтоженными убийственно точным огнем "Челленджеров". Третий взвод был отправлен зачищать бункеры справа.

Когда они продолжили атаку, была обнаружена еще одна позиция, ранее незамеченная. Одному из взводов было приказано собрать свои "Уорриоры", двинуться вперед и уничтожить ее. Они так и сделали. Внезапно поступило сообщение о еще одной позиции в глубине. Снова начались бои.

И так продолжалось полтора часа. Невероятно, но у них было всего пять раненых, и никто не погиб. Во время нашей первой атаки, ночью, под дождем, все сработало. Наши кропотливые репетиции и учения дали результат, и весть об этом облетела всю бригаду.

Тем временем эскадроны "А" и "С" обследовали позиции примерно в четырех милях к востоку. Они обогнули поле боя на север, чтобы подойти к месту, которое, как предполагалось, было пунктом снабжения, с северо-запада. Джон Байрон первым установил контакт. Уловив слабый и непонятный тепловой контакт, он остановил свой эскадрон. То, что он обнаружил, было кучкой сбитых с толку иракских солдат. Они сдались. Наступление продолжалось. В четырнадцать минут двенадцатого раздался первый значительный контакт. Один из командиров танков Марка Равнкильде, капрал 1-го взвода, заметил окопавшуюся пехоту и несколько машин. В результате эффектного выстрела один из бронетранспортеров был уничтожен огненным шаром, который заставил пехоту бежать в укрытие. Но это также послужило руководством для иракской контратаки. Десять минут спустя, когда эскадрон Джона Байрона преодолел небольшой гребень, они столкнулись с линией танков и бронетранспортеров.

Недолго думая, Джон крикнул по рации: "Огонь!" Все четырнадцать танков одновременно открыли огонь по врагу, находившемуся примерно в восьмистах ярдах от них. Контратака иракцев была пресечена одним залпом.

— Подтверждено уничтожение по меньшей мере пяти Т-55 и шести бронетранспортеров. Я не могу сказать, сколько грузовиков мы уничтожили. Около пятидесяти пленных и примерно столько же убитых противников. У нас потерь нет, — сказал Джон Шарплз в эфире. — Я не хочу продолжать штурм, так как, по-моему, в пункте снабжения, который мы осматриваем, находится иракский госпиталь. Это может подождать до утра? Мы оцепим район, разберемся с пленными и ранеными и продолжим с первыми лучами солнца или когда сможем лучше видеть.

- Отличная работа, — ответил я. — Отложите штурм до рассвета. Я направляю к вам нашу американскую команду по психологической борьбе. Скажите им, чтобы они заставили оставшихся иракцев сдаться, используя громкоговорители.

Пока гвардейские шотландские драгуны сражались вокруг пункта снабжения, я изменил приказ "Стаффордов" и оттеснил их чуть севернее ирландских гусар, приказав обоим остановиться и наблюдать за противником в "Цинке". Но я сделал это и согласился на паузу, предложенную Джоном, не оценив в полной мере последствия для дивизии и 4-й бригады. Теперь я понял, что замедление может повлиять на способность 4-й бригады маневрировать позади нас. Но если бы я не дождался рассвета и возвращения шотландских гвардейских драгун, у меня было бы только две боевые группы для атаки на "Цинк". Мои знания о том, что нас там ожидало, были далеко не полными. Возможно, это были позиции иракской бригады, насчитывающей до сотни танков. К тому же погода была отвратительной. Казалось разумным тянуть время, но я знал, что должен придумать что-то еще.

Я поговорил по сети связи с Артуром и Чарльзом. Я объяснил проблему.

— Что вы думаете? Мой план состоит в том, чтобы разделить позиции на север и юг и направить ирландских гусар на север, а "Стаффордов" на юг, продвигаясь с запада на восток.

— А у нас будет артиллерия? — спросил Чарльз.

— У вас будет все оружие,