Рубеж отхода - Марко Клоос

«Прекратите огонь», — приказывает кто-то. «Они стягивают оружие».

«Первое разумное решение, которое они приняли сегодня», — отвечает Изгой-один. Он уводит свой корабль прочь от укрытия, в котором прятался от Шрайков, и направляется к горящим «Осам», направив носовую турель на сдающихся солдат. «Знаешь, эти новые эскадрильи неплохи. Пожалуй, эту я оставлю себе».

«Потери на аэродроме, — говорю я сержанту Фэллону. — Их, а не наши».

«Срочно отправьте туда медиков», — говорит она командирам взводов. «И ради всего святого, сначала разоружите этих мушкетов. Я не хочу, чтобы они передумали насчёт своих шансов на победу».

«Мы найдем для них где-нибудь тихий уголок», — отвечает командир аэродромной роты.

«Эндрю, где другой рейс?»

Я проверяю тактический дисплей.

«Обратно с востока. Их всё ещё пять тысяч. Трудно сказать, что они задумали, но они, определённо, упустили свой шанс на внезапную атаку».

«Я отслеживаю их оптически», — говорит Разбойник-четыре.

«Держите активные датчики холодными», — говорю я ему и подключаюсь к трансляции с его камеры.

«Да, понял. Мне сегодня неинтересно, чтобы кто-то навредил мне».

«Им действительно нужно либо пописать, либо слезть с этого чертового горшка», — говорит Изгой-один.

Когда они оказываются прямо над центром города, всё ещё высоко и вне досягаемости переносных зенитных ракетных комплексов нашей пехоты, «Рейд-2» наконец нарушает строй. «Шрайки» занимают позиции для непосредственной авиационной поддержки, а «Осы» начинают боевое снижение, стремительно приближаясь к земле, словно горсть слишком рьяных осенних листьев, срывающихся с ветки. Мой тактический компьютер показывает их предполагаемую траекторию, а пунктирная красная линия предполагаемого маршрута полёта заканчивается прямо над тем местом, где стоим мы с сержантом Фэллоном.

«Второй рейд на административный центр», — объявляю я гораздо спокойнее, чем себя чувствую.

«Осы» налетают со всех сторон света. Они занимают позиции на всех четырёх перекрёстках вокруг административного центра, каждый всего в двух кварталах от меня. Они зависают над перекрёстками и выставляют штурмовые линии из открытых хвостовых аппарелей. Мгновение спустя пехота СИ начинает спускаться вниз по линиям с высоты в пятьдесят футов. На этот раз нет никаких сюрпризов: «Стрекозы» разбивают развёртывание огнём прямой наводкой, а солдаты HD на земле придержат свои ракеты, опасаясь, что «Оса» обрушится на плотно населённые гражданские дома. Затем все четыре их взвода оказываются на земле, и «Осы» снова взмывают в небо с ревущими двигателями, выбрасывая по пути облака контрмер.

«У нас в административном центре замечена рота», — объявляю я, хотя мой тактический компьютер уже передал данные всем боевым единицам бронетехники и транспортным средствам в нашей сети TacLink.

«Взвод административного центра, внимание!» — говорит сержант Фэллон. «Мы возьмём их за нос и надерём им задницы».

Взводы СИ разделяются на отделения и начинают наступление к административному центру. Я выбегаю за угол и присоединяюсь к сержанту Фэллону и отделению, окопавшемуся у угла здания. На вечной мерзлоте окопов не ведут, поэтому боевые позиции устроены из переплетающихся элементов модульных железобетонных заграждений.

«Давно пора», — говорит сержант Фэллон, когда я перепрыгиваю через невысокий барьер и приземляюсь рядом с ней. «Я вот думаю, не собираешься ли ты в одиночку расправиться с этими морпехами».

«Ладно», — говорю я. «И снова два в селезёнку».

Схема развертывания нашего взвода HD полностью предвосхищала классическую четырёхстороннюю воздушную атаку именно с этих перекрёстков. Когда бойцы SI обогнули углы последнего квартала через перекрёсток, они столкнулись с взаимно поддерживающими огневыми позициями и автопушками, укрытыми бетоном. На всех четырёх углах начинают стрекотать винтовки со стреловидными стрелами, когда бойцы SI начинают чехарду. На всех четырёх углах на огонь винтовок мгновенно отвечают гораздо более авторитетные доклады автопушек. Штурмовые подразделения SI прекращают свой безумный рывок к административному зданию и ищут укрытия в дверных проёмах и за мусорными контейнерами. Дым клубится по улице, когда бойцы SI запускают дымовые гранаты, хотя им приходится помнить, что наши собственные сенсоры на шлемах видят большую часть этого насквозь.

«Переулок, одиннадцать часов, пятьдесят», — кричит сержант Фэллон, перекрывая шум. Я прицелился и вижу, как четверо бойцов СИ занимают огневые позиции в узком переулке между двумя жилыми домами. Ведущий боец ​​готовит гранатомёт своей винтовки. Невозможно понять, готовит ли он дымовую гранату или осколочную гранату с дистанционным взрывателем. Сержант Фэллон скрежещет очередью из своей винтовки. Стрелы вырывают оружие из рук бойца СИ, и он падает назад. Его товарищи оттаскивают его из виду, одновременно стреляя по нам.

«Следите за этими десантными кораблями», — кричит сержант Фэллон.

Мой тактический план — это мешанина синих и красных значков: пять взводов бойцов сражаются на территории в четыре квартала вокруг административного центра. Флотские «Осы» кружат высоко над полем боя, вне досягаемости ракет, ожидая вызова непосредственной авиационной поддержки от своих подопечных на земле. Вокруг меня слышен грохот винтовочных выстрелов и бьющее в грудь низкое отрывистое стрекотание автопушек, выпускающих спорадические очереди.

На карте появляется всё больше синих значков, когда одна из наших рот HD выдвигается и атакует войска СИ с тыла. Теперь атакующие зажаты между двумя группами защитников, словно между молотом и наковальней. Мне достаточно взглянуть на свою карту, чтобы понять, что войска СИ в одиночку не смогут отобрать у нас административный центр, тем более, что им приходится оборонять его на 360 градусов всего через несколько минут после начала атаки. Без наших автопушек это было бы опасно. Поскольку каждый угол здания обороняют по паре таких пушек, войска СИ находятся в очень плохом положении.

«Быстрый стрелок, направляется с курса два-восемь-ноль», — предупреждает Разбойник-четыре. «Он пытается вырваться из ловушки, псих».

Вдалеке я слышу знакомый вопль «Шрайка» на полном газу. Затем первые снаряды высокоскоростной пушки обрушиваются на территорию вокруг укрепления отделения слева от нас. Огонь из стрелкового оружия вокруг нас тонет в громовых раскатах разрывов снарядов двойного назначения. Всего за секунду-другую позиция отделения в юго-западном углу административного центра скрывается за облаком мерзлой земли и бетонной пыли. Затем «Шрайк» с грохотом проносится над головой, достаточно низко, чтобы я мог разглядеть маркировку на бронированном фюзеляже. На мгновение стрельба на земле затихает. Когда дым рассеивается, половина бетонных заграждений на этом углу здания исчезает, и в толстом бетоне стены административного центра остается дюжина воронок размером с колесо мула.

«Эти чёртовы твари — просто убийство», — говорит сержант Фэллон. «Ещё одна такая вылазка, и мы можем сдаться».

Солдаты СИ с того конца здания пускают дымовую завесу перед разрушенной позицией и бросаются в