Хозяин оков - Павел Матисов

путешествие через земли баронства Никс. На этот раз все шло достаточно гладко, а ведь баронство славилось своими бандитами, кровожадным зверьем и прочей нелюдью. Оценка собственности прошла успешно. Думаю, за одаренную Высокую эльфийку с такими навыками фехтования можно было бы выручить в районе полтинника желтых кругляшков. Да, характер у нее отвратный, да еще и магия ошейника работает скверно, но об этом потенциальному покупателю знать не обязательно. И девственница, конечно. Других рабынь в природе не существовало.

Все время сидеть в фургоне мне не нравилось. Заняться банально нечем. Ни книг, ни интернета, ни игр. Во время поездок я как никогда страдал от информационного голодания. Человеку из современного мира, наполненного новостями, рекламой, передачами, роликами и лентами обновлений сложно вот так просто перестроиться на новый лад.

Так что я частенько отправлялся на козлы и составлял компанию молчаливой Лиетарис, которая правила Мякоткой. В срединной части Никса все еще было холодновато, но после посещения Фентларда мы привыкли к морозам. Лысину мою покрывала вязаная шапка, да и удлинившаяся щетина защищала от холода. Скоро ее можно будет называть бородкой. Жаль, что триммеров в этом мире не придумали. Длинную бороду я отращивать не собирался. Придется тратить время на подравнивание. Впрочем, у меня ведь теперь рабы есть для любых муторных задач. Главное, чтобы они шею не отчекрыжили во время бритья.

Лия была крайне неразговорчивой, так что я в основном разглядывал местный пейзаж: любовался экзотической растительностью, следил за необычными животными и птицами. Тут тоже водилось нечто вроде зайцев и сов, только странной окраски и с некими магическими выкрутасами. Зайцы, например, могли бешено скакать короткое время, если завидели врага. Совы же плевались ледяными сосульками. За ними следовало следить пристально, не то проткнут насквозь. Смерть от сосульки — совсем не круто.

На обед мы останавливаться не стали. Только дали гурдам напиться чистой водицы и поехали дальше. Следовало спешить, тем более вопрос пропитания вскоре мог встать достаточно остро. Степняки ели за двоих. Большинство отдыхало в повозках, лишь иногда выходя размяться. Они экономили силы, а значит, требовали меньше пищи. Гурды, к слову, обладали поразительной выносливостью и мощью. Они могли толкать фургоны даже по разбитым дорогам, ухабам и тянуть повозки в гору. Порой, правда, приходилось прибегать к помощи рабов. На особо крутых склонах степняки толкали повозки сзади, чтобы помочь конелосяшкам.

Во второй половине дня я скучающе наблюдал за проплывающими мимо зарослями, когда вдруг уши сидящей рядом Лиетарис задергались. Эльфийка остановила Мякотку и скомандовала:

— Стоять.

Остальные две повозки остановились. Лия повернулась назад и как следует прислушалась, растопырив свои величественные уши.

— Кто-то быстро скачет тем же путем. Большой конный отряд, — объявила Лиетарис.

— Думаешь, за нами? — уточнила Ниуру. — Вы чего-то натворили в Фентларде, пока меня не было?

— Ничего особенного, разве что аболиционистам рожи набили… Общая тревога! — объявил я. — Сворачиваем на обочину, уводим гурдов и готовимся к обороне. Береженого Боги берегут, как говорится. Лия, вызывай свой ком зарослей, вдруг пригодится.

Степные эльфы в целом знали, что им надо делать, так что мы быстро организовались полукругом на ближайшей полянке. Если всадники не по наши души, а ездило тут много разных компаний, то просто проедут мимо. Судя по тому, на каком расстоянии их услышала Лия, скакали всадники по весь опор, создавая много шума. Неизвестные явно торопились.

Я нацепил стеганку и забрался на козлы. При необходимости легко заберусь на крышу фургона, где меня будет достать сложнее.

Наконец, из-за деревьев показались спешащие всадники. Гурды с аккуратно подпиленными рогами неслись по тракту, словно опаздывали на раздачу сладкого нектара.

— Фентлардцы, — объявила глазастая Лиетарис, опознав стяги и знамена всадников.

По мере приближения я узнал одного из наездников — мужчину со свисающими черными усами в неглубоком шлеме. Тот самый тип, чей отряд проверял нас разок при проезде по территории Фентларда. Как я и опасался, отряд затормозил и остановился на некотором удалении. Стало понятно, что ехали они точно за нами. И что им от нас понадобилось?

— Наконец-то мы вас нагнали! Имя мне — Бранш Лондижьен, десница его светлости барона Ганишеда! Я представляю законные интересы Фентларда! Хоран Мрадиш, верно?

— Вы обознались.

— Не время для шуток. Описание вас и ваших рабов мы получили подробное.

— И что вам понадобилось от бедного, безобидного, благородного работорговца?

— Вы посмели ввести в заблуждение третьего сына его светлости — баронета Тукара Ганишеда! Воспользовались его неопытностью, солгали про выдающиеся навыки рабов и обокрали на большое количество золота!

В моей душе вскипел праведный гнев. Я ведь следовал местным законам, ничего не нарушал и даже почти не привирал. Мне следовало гордиться совершенной сделкой, а никак не стыдиться! Да Бог торговли, если таковой существует, обязан отметить меня как настоящего аса!

— Обокрал? Побойтесь Богов! Сделка была совершена по всем правилам. Никто никого не обманывал. Лесные стрелки действительно хороши — при правильном командовании и экипировке, разумеется.

— Барон требует от вас компенсацию в размере двухсот золотых!

Две сотни? Да я на продаже Лесных столько и не заработал.

— Я на мели, месье Лондижьен. Да и в любом случае ничего вам платить не собираюсь. Это была кристально чистая, как слеза младенца, сделка!

— Вы или отдадите нам деньги добровольно, или мы заберем их силой! — Бранш обернулся к подчиненным и отдал последние указания. — Старайтесь не калечить рабов. Их еще можно будет продать! Этот поганец думал, что может спокойно наживаться на семье лорда? Накажем грязного торгаша и привезем барону его немытую голову!

Глава 23

— Да-а-а! — торжествующе взревело воинство. А вместе с ними и Ниуру.

Я бросил на Красную неодобрительный взгляд, но обстановка не располагала к выволочкам зарвавшихся рабынь. И что еще за «немытая голова»?

— Я только утром умывал свою роскошную лысину! — обронил я сурово.

Несмотря ни на что, страх все-таки проскальзывал липкой сардиной в моей бездонной прекрасной душе. Перед нами предстали готовые, экипированные, проверенные в сражениях воины, приближенные одного из местных владетелей, а не безродные разбойники или дикие звери. Давление от них шло колоссальное. Ощущал себя жалким букашкой с отрядом деревенщин, бросающим вызов элитным бойцам.

Тем не менее, решение я принял быстро. Наступает такой момент, когда мальчик становится мужчиной… Тьфу! Когда маленький человек решает бросить вызов тем, кто заведомо сильнее тебя, невзирая на риск и последствия. В теории