В поисках Кристал, или Пережить отбор - Екатерина Стрелецкая

с Хартин Лирграм, дочерью виконта Маддена, внучкой графа Кенремшира. Девушка была спокойна и на все вопросы отвечала вполне уверенно, хоть и заметно было некоторое волнение. Взгляд светло-серых глаз был пронзителен и не упускал ни малейшей детали. Если род маркизов Дайлен называли «аметистовым», то познакомившись с Хартин, Верент понял, почему потомков старого Кенремшира иногда именовали «пепельным»: кудрявые светлые пряди в причёске девушки чередовались с тёмными. Как в народе говорят — цвет волос «соль с перцем».

— А эту бы откормить чутка… Чтобы костями не гремела. А то как начнёт муж биться об скалы…

Активирующий портальный артефакт Даррен чуть не выронил кристалл их рук. Немного повернувшись к брату, он хотел было что-то сказать, но увидев выражение лица, явно говорящее «тебе-то ещё ничего, а я второй час подобное выслушиваю», решил промолчать. А спустя всего пять минут уже вернулся с новой участницей отбора.

Мэннор Ликви, дочь барона Фоули, как и Арлиз Северфорн являлась брюнеткой, однако, в отличие от неё, любила проводить время на солнце, о чём свидетельствовал золотистый загар на коже.

— Надеюсь, это не грязь, а всё-таки влияние частого нахождения на воздухе. Хотя о её краях поговаривают, что там часты пылевые бури. В общем, если с неё что-то само отвалится, ясно будет…

Наверное, впервые с тех пор, как в воздухе замаячила необходимость проведения отбора, Верент обрадовался, что претенденток в невесты, а потом и королевы всего лишь двенадцать, а не в два-три раза больше, чем в предыдущие разы.

Лидия Гортрам, дочь барона Торхета запомнилась колючим злым взглядом голубых глаз, которым она одарила каждого, кто встретился ей на пути. Лишь для Верента она попыталась изобразить дружелюбную улыбку, похожую больше на оскал. И всё это настолько не сочеталось с округлым лицом, обрамлённым крупными каштановыми локонами, что тётушка Морин задумчиво потёрла подбородок и негромко поинтересовалась:

— Кто успел сказать команду «Фас!»?

Алисия Корчен, дочь барона Уртрема, представляла собой томную блондинку с высокими скулами и раскосыми голубыми глазами с лёгкой поволокой. Аппетитные формы были надёжно упакованы в плотное платье, и ничто не предвещало диверсию.

— Талия затянута, но формы не «выпрыгнуты». Могло бы быть и хуже…

Когда к исходу третьего часа, Даррен представил брату Нейю Фрайт, юную дочь баронета Алекса Фрайта, которой только недавно исполнилось восемнадцать, это нежное и хрупкое существо с ярко-рыжими локонами, так и норовившими выскочить из причёски, Верента обуревали два взаимоисключающих решения. Первая: удалить тётушку с отбора. Вторая: оставить. В пользу обоих вариантов имелись крепкие аргументы. И лишь мысль о том, что как раз таки возвращения домой она добивается, перевесила все «за» и «против».

— Эй, а кто ребёнка на отбор допустил? Ей точно возраст позволяет или кто-то документы подменил?

Даррен устало провёл по волосам, откидывая их назад:

— Ещё кого-то ожидаем? Я вроде бы всех привёл…

Глава 7

Добро пожаловать отсюда, герцогиня

С самого утра Дари занималась тем, что отдавала последние распоряжения дворецкому, экономке и поварихе. Для лорда Крайана она подготовила толстую папку с кратким описанием предварительных договорённостей, черновиками договоров и доверительными письмами. Когда за полчаса до полудня Фэйлон спустился в главный холл, девушка уже попрощалась со всеми домочадцами и дожидалась его, держа в руках сундучок, в котором хранились фамильные драгоценности. Предварительно только вытащила те, что являлись артефактами.

— Ваша Светлость, вы уже готовы? — Фейлон поклонился и снова покраснел, заметив утвердительный кивок.

— Милый мальчик, только чересчур застенчивый, — подумала про себя Дари, вспоминая, как накануне, приветствуя их с дядей, когда они присоединились к обеду, Фэйлон вскочил и едва не опрокинул тарелку, покраснев при этом так, что дал фору спелому помидору. — И всё-таки король Верент правильно сделал, что не дал ему уйти в монастырь. Королевский двор, конечно, не самое удачное место для такого юноши, однако гораздо лучше серых стен и заунывных песнопений. А если учесть полученное образование и достаточно прозорливый ум вкупе с наблюдательностью, то со временем «пообтешется» и принесёт немало пользы. Ещё и жизнь свою устроит. Грешно такого от мира запирать всего лишь потому, что умудрился родиться без права на титул в семье с определёнными традициями.

Кстати, к такому выводу пришла не одна она, но и дядя, заметивший явный интерес гостя к архитектуре и внутреннему убранству замка и проведший краткую экскурсию с небольшими историческими справками.

Переместившись вместе с Фэйлоном на поляну, Дари услышала обрывок разговора Даррена с Верентом:

— Мне не нравится её кандидатура. Тебе что, из других выбор не сделать? Ты же в курсе, сколько ей лет, пойми, надежд мало… Так стоит ли игра свеч?

Король хотел что-то ответить, но вовремя спохватился, заметив, что последняя участница прибыла и уже некоторое время ожидает, когда на неё обратят внимание.

— Мда, Дари, а тебе тут явно «рады», — промелькнула в голове у девушки мысль.

Тем временем Верент поблагодарил пунцового как мак Фейлона, который также стал невольным свидетелем разговора между королём и его братом. Сделав вид, что ничего не произошло, он, как ни в чём не бывало, стандартно поприветствовал Дари, после чего перепоручил тётушке, замершую в ожидании вместе с оставшейся служанкой.

Вдовствующая герцогиня Мэртвэрн смерила строгим взглядом герцогиню Хорт-Оннорскую и о чём-то задумалась, едва не забыв назвать имя девушки, которая будет той прислуживать на протяжении всего отбора. Вежливо, без единого намёка на сарказм, поблагодарив за тёплый приём, Дари поспешила за Милли. По дороге служанка вкратце рассказала о распорядке дня, но предупредила, что более подробную информацию все участницы отбора получат завтра во время завтрака. Сегодня же стоит ожидать портниху, которая придёт, чтобы подогнать по фигуре специально пошитые по случаю отбора платья. Обед и ужин можно попросить принести в выделенные личные покои, но лучше всё-таки спуститься в общую столовую, чтобы познакомиться с остальными участницами. Вскоре пришла портниха вместе с помощницами, сняла мерки и предложила на выбор несколько платьев. Дари остановилась на шести. На первое время хватит, а там видно будет. Если что, всегда можно будет попросить сшить ещё, о чём её предупредила портниха. Сколько продолжится отбор и по какому принципу будет проходить — неизвестно. Может, через пару дней придётся возвращаться в Хорт-Оннор. Если устроят, как на предыдущих отборах соревнования вроде «кто лучше вышивает крестиком», то ещё быстрее. С рукоделием у Дари никогда не ладилось. Кое-чему покойной матушке удалось её научить, а потом не до того было. Пришлось учиться