Принцесса Дюны - Брайан Херберт

долго из-за штормов. – Он нахмурился, вспомнив старые записи, в которых упоминалось о наличии в тех краях одной или двух имперских испытательных биостанций, но они считались давно разрушенными.

– Из-за усиливающейся бури мы отклонились в сторону, но подобрались достаточно близко, чтобы обнаружить другие признаки. Сняли тепловые сигнатуры и обнаружили небольшие вентиляционные отверстия, скрытые в скалах. Там что-то спрятано. – Капитан приосанился, сверкнув суровой улыбкой. – Полагаю, что это и есть тот объект тлейлаксу, который нас просили найти.

– Вполне возможно, – тихо произнес Кайнс, понимая, что место действительно подобрано с умом – туда стараются не заходить даже фримены. – Мы должны провести дальнейшее расследование, собрать доказательства и установить всю возможную слежку. – Он кивнул сам себе.

И если наблюдение принесет свои плоды, тогда он даст возможность Чани, Лайет-Чи и их друзьям-диверсантам одержать очередную победу.

Трусость или мудрость – избегать известной угрозы? Ответ зависит от обстоятельств.

Шаддам Коррино.

Из беседы с придворным камергером

Даже в огромной крепости Императорского дворца на Кайтэйне каждый новый день казался опаснее предыдущего. Спокойное обыденное существование, к которому привыкла Ирулан, закончилось. Множественные попытки покушения парализовали деятельность двора. Весь низовой персонал допросили, всякое недовольство выкорчевали с корнем. Несколько работников просто тихо исчезли при невыясненных обстоятельствах, но остальные старались об этом не болтать.

Император ввел режим цензуры в новостях, чтобы скрыть слухи о внедрившихся убийцах, но меры безопасности были серьезно усилены, и Ирулан понимала, что отец не сможет полностью сохранить причину этого в тайне. Тем не менее, его министры пропаганды проделали огромную работу по распространению альтернативных версий и дезинформации. Официальной версией происшествия считалось то, что суматоху устроила обиженная сотрудница.

Ирулан с Уэнсицией хладнокровно обсудили угрозу, и сестра представила больше доказательств, что мятеж Зенхи набирает обороты, хотя военные советники Шаддама не делали таких выводов.

Челис боялась покидать свои комнаты и вбила себе в голову, что убийцы могут поджидать за каждым цветочным горшком, но Ирулан и Уэнсиция уговорили ее прогуляться с ними в одном из небольших внутренних двориков, где ливрейная стража стояла повсюду: у живых изгородей, у ворот и на балконах наверху. Челис выглядела весьма бледной, царапину на плече покрывала повязка, разбитый нос распух.

– Я очень надеюсь, что этих фанатиков найдут. Казнить их всех! – выпалила Челис. А затем испуганно ахнула: – А вдруг они притащат на Кайтэйн атомное оружие, которое использовали на Отаке? О, этот ужасный Зенха! – Она в ужасе прикрыла рот рукой. – Кайтэйн могут разрушить, как Салуза Секундус тысячи лет назад!

Уэнсиция попыталась угомонить Челис, твердо посмотрев ей в глаза:

– Ты хоть понимаешь, что банда мятежников капитана Зенхи не имеет никакого отношения к фанатикам с Отака, дорогая сестрица?

Ирулан похлопала Челис по спине, стараясь не касаться раненого плеча:

– Фиаско на Отаке стало одной из причин, которые настроили Зенху против нас.

Челис покачала головой:

– Все наши враги из одного теста! Хорошо хоть Джосифа и Руги сейчас в безопасности на Уаллахе IX. Я хочу улететь туда – подальше отсюда!

Ирулан поняла, что ее легкомысленная сестра психологически вновь превратилась в слабого ребенка, столкнувшись со взрослыми событиями и тревогами.

– Ты в безопасности здесь, с нами! – сказала Уэнсиция, обменявшись понимающими взглядами с Ирулан. – Ты можешь жить как одна из твоих любимых бабочек – ни о чем на свете не заботясь.

Перед этой напряженной беседой во дворе Челис приколола к своему платью несколько разноцветных бабочек из ткани. Выслушав сестер, она под влиянием внезапного порыва стряхнула бабочек на землю и закружилась в танце, разговаривая сама с собой и напевая странные мелодии.

Ирулан в смятении наблюдала за ней, заметив беспокойство и на лице Уэнсиции. Та прошептала:

– Ей давали успокоительные и антидепрессанты, чтобы улучшить настроение, но похоже, тут способен помочь только глубокий психоанализ специалиста школы Сукк. Под неустанным присмотром.

– Сестринство тоже могло бы на нее повлиять, – тихо ответила Ирулан. – Возможно, стоит отправить ее к нашим младшим сестрам в Школу Матерей.

Это казалось очевидным решением.

– Отличная идея, – пробормотала Уэнсиция, затем окликнула Челис: – Ты хотела бы оказаться в Школе Матерей вместе с Джосифой и Руги?

Сделав еще несколько па, Челис приблизилась:

– Я могла бы быть с ними? О да, там бы я чувствовала себя в гораздо большей безопасности! Пожалуйста, отправьте меня туда! Когда я смогу улететь? Отец уже дал согласие? – Ее опухшие глаза засветились надеждой.

– Нет, но не думаю, что он станет возражать, а еще я поговорю с преподобной матерью Мохайем, – пообещала Ирулан. И они с Уэнсицией безмолвно условились, что сделают это. – Все будет хорошо. Я уверена, что Сестринство предоставит тебе убежище на некоторое время.

Челис упорхнула прочь, погнавшись за настоящими бабочками во дворе. Ирулан с облегчением кивнула другой сестре:

– Оставляю ее в твоих надежных руках. А мне пора на важную встречу с отцом и его советниками.

Объединенные общими заботами, они обнялись, хотя Уэнсиция явно осталась разочарована тем, что ее не пригласили на собрание.

– Будь там голосом разума, Ирулан. Помни про данные из военных сводок, что я показывала тебе. Движение Зенхи имеет гораздо более широкое влияние, чем считает отец. Не следует его недооценивать.

– Я запомню. – Ирулан ощутила тесную связь с сестрой. – Думаю, ты куда ближе к истине, чем все высокородные офицеры.

Когда Ирулан вошла в штаб Императора, Шаддам уже распекал пятерых высших военачальников. Командир сардаукаров, майор-баши Джопати Колона стоял по стойке смирно, наблюдая за происходящим, как грозный страж. Два министра пропаганды в темных костюмах сидели у стены и внимательно слушали.

– Мы должны предотвратить распространение слухов о покушении, иначе это может вызвать демонстрации сочувствия! – потребовал Шаддам. – Все решат, что Императорский дворец кишит наемными убийцами!

– Мы уже подавили несогласных на Отаке, сир, – сказал Колона. – Преподнесем это как урок для всех. Работы по восстановлению и новому заселению идут полным ходом.

Заговорил один из министров пропаганды:

– Ситуацию во дворце мы взяли под контроль, сир. Весь кухонный персонал собран и заменен. Все реальные свидетели инцидента допрошены и задержаны. Гостям банкета выдана соответствующая денежная компенсация и рассказана альтернативная версия событий. Мы также распространили свои репортажи. Если мы будем за этим следить, шумиха уляжется не начавшись.

Граф Фенринг сидел в углу кабинета, рассматривая одетых в яркие мундиры напыщенных офицеров, которые толпились перед массивным столом Императора.

– Хмммм, эээээ, это только если нашего Императора не убьют, пока вы проводите все эти тонкие манипуляции. Совершенно ясно, что мы не имеем представления о масштабах этого мятежа, дерзкого и наглого.