От любви не убежишь - Мэйв Хэрэн

Когда настало время ланча, она даже пригласила Леонарда Сейвори выпить. Он просто прошел мимо, не обратив на нее никакого внимания.

— Почему вы так уверены, что мы выигрываем? — нервно спросила Эйлин.

Тесс улыбнулась:

— Шестое чувство. Да и судья был на нашей стороне с самого начала.

— Ну, тогда за мистера Джастиса Мартина. — Эйлин подняла свой маленький стаканчик с «шерри».

— За мистера Джастиса Мартина, — эхом отозвалась Тесс, — на самом деле я многим обязана ему.

Во второй половине дня судья вынес решение:

— Мистер Макдональд, я бы хотел напомнить вам, что даже в нашем обществе одноразовых связей, где супружеская верность ничего не стоит, тридцать лет в браке могут кое-что значить. Ваша жена вкладывала в ваш бизнес свое время и усилия, она воспитала ваших с ней четверых детей. В награду она получила от вас нищенское подаяние, в то время как вы старались ввести нас в заблуждение по поводу истинных размеров ваших капиталов. Это вам не удалось. Так что я присуждаю выплатить миссис Макдональд единовременную компенсацию в сумме ста тысяч фунтов плюс ежегодный доход в размере сорока тысяч.

Эйлин и Тесс обнялись.

— Слава богу, что я познакомилась в том поезде с вашей матерью. — От облегчения слезы полились у Эйлин из глаз — страшное напряжение позади. Леонард Сейвори и Тед Макдональд молча вышли из зала суда.

Тесс крепче обняла Эйлин, она понимала, что одно доброе слова от ее бывшего мужа значило бы для нее больше, чем все отсуженные деньги. Когда брак заканчивается вот так — это печально. Но она не даст ему испортить им торжество.

На улице Сейвори разговаривал с Тедом, который явно пытался выяснить, можно ли что-нибудь сделать. Позади них появился судья и направился в сторону Тесс и Эйлин.

— Мои поздравления, мисс Брин. Доказательства представлены превосходно.

Тесс улыбнулась:

— Кстати, мне хотелось бы отблагодарить вас за то, что порекомендовали меня «Ганноверсу», — негромко сказала Тесс. — К сожалению, мне пришлось ответить им отказом, но это помогло мне стать партнером в «Кингсмилле».

— Вот как? — пожал плечами судья. — Что ж, так устроен мир. Я не уверен, что «Ганноверс» в вашем стиле, но мне бы хотелось, чтобы такой талант, как ваш, оценивался по достоинству. К тому же не думаю, что вы так уж счастливы в своем «Кингсмилле». Скажите, мисс Брин, вам никогда не приходило в голову начать свое дело?

Позади них Эйлин открыла бутылку шампанского, которую извлекла из своей сумки. Пробка вылетела с громким хлопком, и брызги полетели на ее мужа и Леонарда Сейвори, стоявших невдалеке.

— Ничего, — Эйлин вытащила бумажные стаканчики, которыми запаслась в поезде, — это послужит хорошим уроком негодяям. Он скупился все годы, пока мы жили вместе. — Она торжествующе подняла свой бумажный стаканчик. — За всех бывших мужей. Чтоб им всем пусто было!

— Как прошло слушание? — Стивен пришел домой раньше Тесс и уже резал лук для спагетти.

— Здорово — мы отсудили сто тысяч компенсации и сорок тысяч ежегодных.

— Это просто потрясающе, мои поздравления.

— Она заслужила это. Она была с ним рядом всю его жизнь, а потом он бросил ее и оставил без гроша. Но все-таки печально — тридцать лет брака, четверо детей, и такой конец.

Стивен поднял глаза от разделочной доски — они оба знали, что она говорит не только о браке Эйлин.

После ужина они смотрели телевизор, пока глаза Тесс не начали закрываться от усталости.

— Почему бы тебе не принять ванну, пока Элли не израсходовала всю горячую воду? — предложил Стивен.

— Эй, — Элли бросила в него подушку, — я как раз собиралась пойти в ванную.

— Вот именно. Путь мама примет горячую ванну хоть раз в жизни. Она выглядит совершенно разбитой.

Тесс пожелала всем спокойной ночи и захватила с собой чашку кофе без кофеина. Она погрузилась в полную ароматную ванну и оставалась в ней минут двадцать. Настоящее блаженство. Вышла размякшая, завернутая в полотенце, и, поискав глазами Стивена, обнаружила его стоящим в дверях, разделяющих их спальню и ванную. Он подошел к ней и медленно стал снимать полотенце. Ее охватила паника. Они не занимались любовью с тех пор, как она узнала о Джозефине. Тесс понимала, что необходимо сломать возникшую между ними преграду, иначе прежняя близость не вернется. Браку необходим секс, как масло — машине.

Рукой он начал ласкать одну ее грудь, потом наклонился, чтобы поцеловать другую. Тесс постаралась возбудиться в ответ. Это ведь Стивен, ее муж, человек которого она любит вот уже двадцать лет. Но ничто не помогало, она ощущала его как постороннего, паника усиливалась.

Она отчаянно пыталась вызвать знакомое желание, Каури Бич и ту ночь, теплую и влажную, когда она прислушивалась, не идет ли он, ждала, чтобы его язык воспламенил ее. Но вместо этого в голову лезли мысли о том, как он цeлyeт Джозефину; хуже того, она представила, что происходило после: два тела, соединенных животной страстью.

Стивен почувствовал напряжение ее тела и сразу понял, что она закрылась. Оторвавшись от ее груди, он отошел и пропустил ее в спальню. В его глазах была боль. Он повернулся и тихонько затворил дверь. Глядя в зеркало на свое нагое тело, Тесс почувствовала, как рыдание подступает к горлу. Она понимала, что нужно справиться с этим ради них обоих, но совершенно не знала, как.

Глава 23

— Прости меня за прошлую ночь, — Тесс пододвинулась на середину кровати и прижалась к Стивену, уткнувшись головой ему в плечо. Будильник еще не зазвонил. В комнате было холодно. На окнах — ледяные узоры, но от Стивена исходило тепло, как от электрического одеяла. Они часто шутили по поводу его теплокровной природы, еще бы, он мог спать голым даже зимой.

— Ничего, все в порядке, — но боль слышалась в его голосе, — видно еще, не время.

Она слегка улыбнулась:

— А как насчет третьего правила?

— Третьего правила? Какого?

— Больше секса. — Она крепко обняла его. Он повернулся так, чтобы видеть ее лицо.

— Слушай, давай уедем куда-нибудь? Проведем где-нибудь выходные. Только мы вдвоем. В одно из этих местечек без детей, с ковром по щиколотку, с шоколадом у подушки. Может, самое время для такой экстравагантности?

— Звучит чудесно!

— Но это только после Рождества, — он остановился, не зная, как она воспримет новость. — Мне, возможно, придется съездить в Нью-Йорк на пару дней.

Тесс сжалась:

— С Джозефиной?

— Нет, без Джозефины, я поеду один или, если не повезет, с Хьюго. — Он погладил ее по лицу. — Прости, что поездка пришлась на это время, чуть не на Рождество.