Тропа глупца (СИ) - Sleepy Xoma

— Да-да, я тоже ходил на уроки учителя Парата. Помню все его байки про меч, рассекающий камень и про воинов, бегающих быстрее ветра.

— Вот только с одной такой байкой ты столкнулся и получил от нее по заднице, — яда в голосе северянина было столько, что им можно было бы отравить целую армию. — Потому и пришел ко мне, но продолжаешь цепляться за свои заблуждения, да?

— Прости, — склонил голову Антэрн. — Ты прав. Просто…

— Не получается поверить в то, что такая сила может существовать, — кивнул Хис.

— В этом я согласна с Антом, — заметила молчавшая до сих пор Тишайя. — Я, скажем так, занимаюсь сбором и продажей сведений, и если бы подобные люди существовали, точно бы знала о них хоть что-нибудь.

— Все не так просто, моя прекрасная госпожа, — вздохнул Хис-Тир. — Маги клинка, эти чародеи-воины, существа столь же редкие, сколь и могучие. Причем с каждым поколением их появляется все меньше и меньше.

Антэрн хмыкнул.

— Ант, убавь скептицизма, — попросила Тишайя. — Мы, все-таки, действительно не знаем, с чем столкнулись.

Мастер меча вздохнул.

— Ты права, Тиша. Хис, прости еще раз, но ты меня знаешь, тяжело поверить во все эти… — он сделал неопределенный жест рукой.

— Бредни? — любезно подсказал посол.

— Легенды, — поправил его мастер меча.

— Понимаю, но, увы, не смогу продемонстрировать тебе никаких доказательств. Только слова, записанные на старых фолиантах.

Антэрн задумался.

«В принципе, за этим я и пришел, так что, пожалуй, стоит заткнуться и послушать, тем более что хуже мне точно не станет».

— Ладно, — проговорил он. — Предположим — только предположим — что мне действительно встретился чародей, маг клинка. Что он сотворил?

— Создал иллюзию, — не задумываясь, ответил Хис-Тир. — Существует три основных типа магии клинка. Первый позволяет изменять свое тело. Становиться сильнее, быстрее, точнее. Второй — действует на оружие. Древние воины, как ты заметил только что, могли разрубать камни, точно те были сделаны из сыра.

— А я знаю третье, — выкрикнул Риис.

Все взгляды тотчас же устремились на него, и юноша кашлянул, смутившись.

— Ну… это… в деревню иногда заходил бродячий певец, он рассказывал про Шартэрна… Тот время умел останавливать, вот.

Он едва заметно покраснел, а Хис-Тир дружелюбно улыбнулся.

— Не совсем так, мой юный друг. Сила, которой владел Шартэрн, редка даже в мире магов. Третьим основным типом магии клинка является как раз то, что проделал этот твой таинственный маг клинка. Воздействие на создание врага.

— А что же тогда с Шартэрном? — растерянно спросил Риис.

— Он мог входить в Замерший Мир, — с благоговением в голосе пояснил посол.

— И что это? — осведомился Антэрн.

— Место, где время перестает течь. Маг, оказавшийся в нем, не останавливает время, оно останавливается для него само.

Антэрн задумчиво взял с подноса кусочек сыра и подкинул его в руке.

— И, я полагаю, что у магии есть пределы и ограничения, ведь без них мы бы все были игрушками в руках чародеев, способных оказаться вне времени и пространства.

— Хорошие слова, — похвалил друга Хис-Тир. — Конечно же, пределы есть. Талантливый маг, тот, дар в чьей крови по-настоящему силен, может находиться, к примеру, в Замершем Мире, минуты. Слабый — считанные секунды. Сильный маг сломит сопротивление разума и сведет человека с ума кошмарными видениями, слабый же — отпугнет мороком или отведет взгляд. Сильный маг превратит свои мечи в чистое пламя, слабый с трудом укрепит их в достаточной для прорубания кольчуги мере. Сильный…

— Я понял, понял, — Антэрн поспешил остановить не на шутку разошедшегося друга, глаза которого блестели от возбуждения, а голос стал громче.

Он знал, что если позволит Хис-Тиру говорить на любимую тему, они и до ночи не приблизятся к решению главного вопроса.

— Хис, допустим, я захочу еще раз сразиться с этим чародеем. Что произойдет, как ты думаешь?

— Ты умрешь.

Ответ был столь же безапелляционен, сколь и логичен. Антэрн и сам не питал ни малейших иллюзий относительно результатов схватки один на один.

Хис-Тир не был дураком, а потому сразу же понял недосказанное.

— Что-то мне подсказывает, что сразиться с этим магом клинка — крайне важное для тебя дело, — задумчиво произнес он, устремив свой внимательный взгляд на Антэрна.

— Да. Поэтому я должен научиться бороться с людьми вроде него.

— Для этого в твоих жилах должна течь кровь одаренного.

— Предположим, — Антэрн старался тщательно и взвешенно произносить каждое слов. — Только на миг, что, возможно, так оно и есть.

— Ага.

— Предположим даже, что я могу находиться в некотором родстве с магом клинка.

— Ага-а.

Это «ага-а» прозвучало столь многозначительно и ехидно, что Антэрн скрипнул зубами, не в силах скрыть раздражение.

— Допустим даже, что я догадываюсь, кто мог научить моего противника таким трюкам.

— Даже та-ак?

В комнате повисло молчание. Эйриша с Риисом с раскрытыми ртами ловили каждое слово своего учителя и этого богача, Тишайя — благоразумно помалкивала. Уж она-то точно знала цену умению слушать и обдумывать услышанное. А Хис-Тир…

Северянин ждал, что Антэрн расскажет ему все, или, по крайней мере, большую часть. В этом у мастера меча не было ни малейших сомнений. Чтобы такой помешанный на магии, колдовстве и всем, что с этим связано, псих прошел мимо возможности узнать побольше, а может даже, и встретить, предмет своего вожделения, не могло быть и речи.

«Итак, вот и момент истины. Хис-Тир ясно дал понять, что в обмен на помощь хочет узнать мою тайну. Сможет ли он помочь, вот в чем вопрос? И должен ли я открыться ему? Сколько сложных решений. Ладно, будь, что будет»!

— Его наставником был мой настоящий отец.

Лучник смотрел на него, выпучив глаза, а мастер меча повторил историю, рассказанную несколько дней назад.

На его памяти, Хис был девятым человеком, которому Антэрн открыл столько своих тайн, и он, честно говоря, не был очень рад этому.

«Тут как с лошадьми», — горестно подумал мастер меча. — «Я ненавижу этих тварей, но когда нужно двигаться быстро, выбора нет».

Когда повествование Антэрна было окончено, его друг медленно произнес.

— Н-да, а мы еще гадали, что с тобой не так. Оказалось, все. Хотя, надо заметить, за последние годы ты изменился в лучшую сторону.

— Как это?

— Стал на человека похож, — чуть искривив уголки губ в подобии улыбки, ответил товарищ. — Ант, я же помню, какое впечатление ты производил в школе, да и сразу после ее окончания — на большом турнире! Проклятье, да тебя боялись даже учителя! Этот дикий, затравленный взгляд, звериная жестокость, неукротимое желание убивать. Я до сих пор не уверен, почему ты тогда помог мне: из солидарности, или просто, чтобы унять жажду крови!