Пластиковый океан - Ху Хуэй

дебатов большинство добровольцев проголосовали «за», и «Карл Рейн» быстро догнал «Хаякагэ мару», а команда начала забрасывать китобойное судно бутылками со смесью уксусной кислоты.

В ответ их окатили из водомета высокого давления. Нескольких членов экипажа ранило из-за отсутствия опыта и незнания мер самозащиты. Одну девушку из Осло даже выбросило с палубы, она, к счастью, не получила серьезных травм, но честь и гордость уроженки родного города викингов были сильно задеты.

В результате спонтанного нападения семь или восемь добровольцев были ранены, и экипаж израсходовал большую часть бутылок с вонючей смесью уксусной кислоты. Один волонтер случайно поскользнулся, когда перегружал их, и на него упала целая коробка. От такой высокой концентрации он чуть не задохнулся и получил ожог легких. Сейчас дышал с помощью специальной аппаратуры, но медицинского оборудования на борту не хватало, нужно было срочно вернуться, чтобы пострадавший получил своевременную помощь.

Команда снова проголосовала, на этот раз обсуждение длилось дольше. Никто не желал возвращаться, потому что тогда «Карл Рейн» потеряет след «Хаякагэ мару», а значит, год подготовки коту под хвост, и неизвестно, сколько еще китов успеет погибнуть из-за такого бездействия.

Но никто в итоге не проголосовал против, потому что был не готов рисковать жизнями товарищей ради борьбы с китобоями. Чем бы тогда они отличались от убийц китов?

После обсуждения решено было вернуться.

В кают-компании царило всеобщее уныние, особенно пали духом молодые волонтеры, их энтузиазм резко потух после жестокой неудачи, словно кто-то плеснул ведро ледяной воды на раскаленные угли. Они сели на корабль с желанием спасти китов, но вернулись, даже не увидев этих гигантов. Ситуация была действительно неприемлемой. Некоторые люди даже перенесли свой гнев на Ватанабэ Ю, потому что он был во всем виноват.

Ватанабэ Ю потребовалось три дня, чтобы наконец выяснить связь между морковью и пальцами ног, а именно: они вообще никак не связаны. Теперь он не будет тратить время на этот вопрос, и впервые сосредоточился на чем-то другом. В его узкой каюте стояла койка, небольшой столик, а в стене рядом был вырезан круглый иллюминатор. Такая же планировка, как на «Хаякагэ мару».

Если бы не молодая женщина, появившаяся в дверях с лучезарной улыбкой на лице, он из-за приступа паники снова попал бы в капкан своих иллюзий.

– Эй, – сказала женщина, – ты что-нибудь помнишь?

– Привет, я… я все помню.

– Подожди! – Женщина сделала шаг назад, встала у двери и крикнула в коридор: – Марк, сбегай за Папой, скажи, что парень проснулся.

– А я и не спал, – сказал Ватанабэ Ю. Он вспомнил слова дяди. – Вы… волонтеры, выступающие против китобойного промысла?

– Да. Меня зовут Маша, я американка.

– Я – Ватанабэ Ю, японец.

После крика Маши коридор оживился, и члены команды столпились у дверей, желая увидеть человека, спасенного с другого судна. Он почувствовал, что к нему прикованы все взгляды, кто-то явно радовался, но в некоторых читался гнев.

– Как «Хаякагэ мару»? – спросил Ватанабэ Ю.

Маша вздохнула:

– Мы уже далеко, тебе не о чем беспокоиться.

Он посмотрел в иллюминатор. Небо светлело, на море не осталось льдин. Похоже, корабль покинул Южный полярный круг.

– Мой дядя… – Он повернулся спиной к двери каюты, чтобы ни Маша, ни остальные не увидели выражение его лица. – Как он?

– Твой дядя? – переспросила Маша.

– Он… – хотел было объяснить Ватанабэ Ю, как вдруг в коридоре послышался шум, он обернулся и увидел человека, протискивающегося через дверь.

Как только мужчина вошел, в каюте сразу стало намного теснее. Он был ростом под два метра, крепкого телосложения. На вид около пятидесяти. Волосы и борода седые, но над глазами яркие брови. Гусиные лапки в уголках глаз густые и глубокие. Он напоминал Шона Коннери из фильма «Скала».

Мужчина кивнул Маше, которая выбралась в коридор и закрыла дверь. Незнакомец, словно стена, полностью отгородил всех от Ватанабэ Ю. Тот почувствовал, что давление резко упало.

– Я Хэтчер, они зовут меня Папой, – мужчина представился первым, его голос был низким, как будто в грудной клетке бил барабан. – Я участвую в кампаниях по борьбе с китобойным промыслом почти тридцать лет.

– Па… то есть Хэтчер… – Ватанабэ Ю решил пока не использовать прозвище. – Я – Ватанабэ Ю.

– Расскажи мне о себе, малыш. – Хэтчер скрестил руки на груди.

Ватанабэ Ю немного подумал и сказал:

– Сначала я хочу узнать, как там мой дядя.

– Твой дядя?

– Это человек, который был привязан рядом.

Седой достал из кармана планшет, щелкнул по нему и протянул спасенному, но вдруг быстро убрал его и сказал:

– Ты должен быть морально готов.

Ватанабэ Ю знал, что хороших новостей ждать не приходится, но когда услышал слова Хэтчера, его окатило холодом.

На видео было видно «Хаякагэ мару» сверху, то есть с дрона.

Кэйта прижал Ватанабэ к перилам, а тот пытался ударить противника «розочкой». Кэйту считали самым худым среди рыбаков Унадзавы, но он двигался очень проворно. Ватанабэ размахивал бутылкой, но даже не поцарапал нападавшего. Тот легко прорвал защиту и ударил пленника ножом.

Живот Ватанабэ начал болеть после того, что произошло на видео, и он потянулся прикрыть его.

– Рана поверхностная. Маша помогла ее зашить, – сказал Хэтчер.

Ватанабэ Ю кивнул, не отрываясь от видео.

После удара ножом его движения явно замедлились. У Кэйты было несколько возможностей прикончить его, но он всего лишь несколько раз ударил рукояткой ножа, словно бы поддразнивая. Наконец ему надоели эти игрища, и он сбросил Ватанабэ Ю в море.

Дрон двигался и менял ракурс. Камера была сфокусирована на воде. Было очевидно, что пилот искал его, чтобы отправить спасательную группу.

Обнаружив, что Ватанабэ Ю все еще жив и бултыхается в воде, дрон полетел обратно на палубу как раз вовремя, чтобы увидеть, как Кэйта встал рядом с Рё и что-то шепчет. Затем он выпрямился и посмотрел в упор на своего земляка. На видео его лицо было размытым, а выражение не получалось рассмотреть. Затем Кэйта занес руку и перерезал дяде горло. Хлынула темная кровь. Рё дважды дернулся и замер.

Хэтчер взял планшет у Ватанабэ Ю и нежно похлопал его по плечу.

Тот поднял руку, чтобы вытереть глаза, и обнаружил, что не плачет. Он посмотрел на южную часть Тихого океана за иллюминатором и очень тихо начал рассказывать о своих делах, как будто просто разговаривал сам с собой.

Хэтчер вежливо слушал, сохраняя молчание, неподходящее для его роста.

Ватанабэ Ю говорил долго, вспоминая и пересказывая одновременно. Некоторые сведения умолчал, потому что все изменилось так быстро. Когда рассказал о том, как собственноручно разрезал горбатого кита, остановился, посмотрел на Хэтчера и спросил:

– Я сделал это только для того, чтобы иметь возможность зафиксировать все в деталях, а не потому, что получал удовольствие от убийства. Понимаете?

Гигант кивнул: