Тайная жизнь великих писателей - Роберт Шнакенберг

В свободное от экспериментов с наркотиками время Сартр предпочитал старый добрый табак. В день он выкуривал две пачки сигарет и еще несколько трубок. Даже для Франции, сходящей по табаку с ума, это много, к тому же подобное пристрастие — не лучшая черта национальной иконы. Когда Французская национальная библиотека вывесила плакат к столетию со дня рождения Сартра, руководству библиотеки было велено закрасить сигарету, которую писатель держал в руке, — в соответствии с законом, запрещающим рекламу табака.

РЕШИВ, ПО ЕГО СОБСТВЕННЫМ СЛОВАМ, «ПРОБИТЬ КОСТИ В ГОЛОВЕ» И РАСКРЕПОСТИТЬ ВООБРАЖЕНИЕ, САРТР ЭКСПЕРИМЕНТИРОВАЛ С МЕСКАЛИНОМ, ПОСЛЕ НЕГО ЕГО ЧУТЬ ЛИ НЕ ГОД МУЧИЛИ ДИКИЕ ГАЛЛЮЦИНАЦИИ.

ПРИДЕРЖИТЕ ОМАРА!

Возможно, это как-то связано с навеянными наркотой видениями разбушевавшегося гигантского омара, но Сартр всю жизнь боялся морской живности, особенно ракообразных и моллюсков. Он приходил в ужас от мысли, что его схватит клешнями краб или что какой-нибудь осьминог нападет на него и утащит под воду.

МОИ ДРУЗЬЯ-ТЕРРОРИСТЫ

Благодаря своим радикальным политическим убеждениям Сартру доводилось встречаться с самыми неоднозначными личностями XX столетия. В 1960-е годы он ездил на Кубу — поболтать о революции с Фиделем Кастро и Эрнесто «Че» Геварой. Сартр был настолько очарован, что провозгласил Че «самым совершенным человеческим существом нашей эпохи». Когда палестинские террористы убили одиннадцать израильских спортсменов в ходе Олимпийских игр в Мюнхене в 1972 году, Сартр бросился защищать убийц, заявив, что терроризм — это «страшное оружие, но у угнетенных бедняков нет другого». Еще он сказал: «То, что французская пресса и общественное мнение повесили на Мюнхенский теракт ярлык «недопустимого скандала», — само по себе скандально и недопустимо». В 1974 году он посетил тюрьму Штамм-хайм в Штутгарте, где содержался Андреас Баадер, главарь знаменитой банды Баадера-Майнхофа. Хотя позже Сартр назвал Баадера «непроходимым дураком» и «сволочью», сразу после встречи он отправился на немецкое телевидение, где выступил за создание международной комиссии по защите интересов политзаключенных. (Для справки: среди преступлений Баадера были многочисленные ограбления банков и взрыв во Франкфуртском супермаркете.)

ЛЮБИМЕЦ ЖЕНЩИН

Несмотря на свою непрезентабельную внешность, Сартр слыл покорителем дамских сердец, менявшим любовниц так же часто, как пачки сигарет «Буайяр». Он даже пытался соблазнить хорошенькую молодую бразильскую журналистку, пока Симона де Бовуар лежала в больнице с брюшным тифом. Сартр оправдывал свою неверность, сравнивая секс с мастурбацией, и отказывался кончать в своих партнерш — не для того, чтобы избежать беременности, а для того, чтобы не создавать ненужного ощущения интимности.

ЧТО НАЙДЕШЬ, ТО И КУРИ!

Может, Сартр и не оказал никакого содействия французскому Сопротивлению, но с одним побочным эффектом фашистской оккупации он все-таки боролся. Нехватка табака в военное время сильно урезала его ежедневно выкуриваемую дозу. Однако находчивый философ не сдавался: часто можно было видеть, как он в кафе подбирал с пола окурки и высыпал остатки табака из них в свою трубку. Страсть Сартра к никотину была столь сильна, что он разрешал своим студентам курить в аудитории. Сартр расстался с вредной привычкой, только когда из-за нарушения кровообращения врачи пригрозили ампутировать ему ноги.

РИЧАРД РАЙТ

[69]

«Он явился как кувалда, — писал о Ричарде Райте историк Джон Хенрик Кларк, — как великан, выбравшийся из недр горы с кувалдой, он и писал как будто кувалдой».

Для нескольких поколений американских школьников Райт и есть кувалда, вбившая «Черного» в обязательную программу по литературе. Но на деле литературная репутация Райта основывается скорее на его более ранней книге «Сын Америки», а также на рассказах и очерках. У Райта было много общего с гигантами современной американской литературы. Как и Хемингуэй, он долго жил за границей. Как и Фолкнер, он родился в штате Миссисипи (и, по странному совпадению, тоже работал на почте). Но цвет кожи и радикальные политические убеждения помешали Райту достичь того же статуса легенды, что был у этих двоих. Большую часть своей жизни Райт потратил на поиски страны, где он мог бы расслабиться, почувствовать себя дома и оставаться вне надзора ФБР.

Один из первых афроамериканцев, добившихся известности своим пером, Райт вырос на американском Юге, где даже наличие библиотечного формуляра делало тебя подозрительным в глазах белой общины. Тем не менее Райт придумал хитроумный план и смог-таки записаться в библиотеку, где штудировал книги своего литературного кумира, Генри Луиса Менкена. Из книг он узнал, что мир не ограничивается его родным городком. Едва достигнув возраста самостоятельности, Райт отправился в путь. Следующие десять лет жизни будущий писатель провел в Чикаго, там он работал на почте и сочинял рассказы и стихи, которые были благосклонно приняты критикой и публиковались в мелких литературных журналах. В 1939 году на проходившей в Нью-Йорке Выставке литературы и искусства негров Райт был назван одним из «двадцати самых выдающихся негров».

«Сын Америки», изданный в 1940 году, стал творческим и коммерческим прорывом Райта. Рассказанная в романе история «неотесанного негра» по имени Биггер Томас, который по случайному стечению обстоятельств убил белую женщину и заплатил за это ужасную цену, почти мгновенно вознесла Райта на вершины популярности, причем не только среди чернокожих читателей. И вот — знак высочайшего признания со стороны читательского сообщества: «Сын Америки» стал первой работой афроамериканского писателя, которая была выбрана «Книгой месяца». (Тут стоит упомянуть, что степенное руководство клуба, отвечавшее за выбор книг, заставило Райта удалить самые жесткие фрагменты романа, касавшиеся расизма.) В течение нескольких месяцев бывший чикагский мелкий почтовый служащий стал самым состоятельным и известным чернокожим писателем Америки.

А еще он вступил в ряды коммунистической партии. В разгар Великой депрессии, когда левые развели бурную агитацию, так поступали многие. Этот факт биографии будет преследовать Райта всю оставшуюся жизнь, причем выяснится, что его параноидальная боязнь правительственной слежки не лишена оснований. Хотя в 1944 году он отрекся от коммунизма и даже написал покаянный очерк «Я пытался быть коммунистом», американское правительство так и не простило ему прошлого. Впервые появившись на публике, Райт сразу попал под надзор ФБР. ЦРУ также не выпускало его из виду. Другим известным афроамериканцам было велено поливать его грязью в «черной» прессе. Тот факт, что Райт дважды женился на белых женщинах: на балерине Диме Роуз Мидман в 1939 году и активистке коммунистической партии Эллен Поплар в 1941-м, — не повышал в глазах правительства его рейтинга.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});