Отверженная жена дракона - Кира Иствуд

Эйда, то перестанет воспринимать меня как союзника! А хуже того, у дракона наверняка есть способ вновь передать моё тело Эйде. Для этого всего-то надо ослабить моё присутствие заклинанием или очередной настойкой.

Напряжение крутит нервы.

А может, разбить брошь? Нет, глупо! Или сделать вид, что я потеряла память? Или просто упасть в обморок, как в дешёвом романе? Или-или-или… Мне страшно до холодных рук. Страшно, что допущу ошибку. Страшно, что меня раскусят! Как мне быть?!

– Чего медлишь? – с ледяной интонацией спрашивает Ральфаир.

Я сглатываю пересохшим горлом.

– Мне надо настроиться… А сколько у нас времени, эль-тиар?

– Мало, – недовольно кривит губы Ральфаир.

– Честно признаться, я ужасно волнуюсь. Подскажите, что же я должна сделать в первую очередь?

– Ты издеваешься надо мной? – ледяным голосом спрашивает Ральфаир. Злость диким пламенем вспыхивает в его глазах.

– Н-нет… просто…

– Тогда займись делом! – рычит он.

– М-м-м… эль-тиар, последний вопрос… Когда всё будет окончено, как вы поступите с Клоинфарном. Вы убьёте его?

– Да! – рявкает Ральфаир с такой яростью, что меня едва не сбивает волной магии. – И тебя прикончу следом. Доставай сердце! Или я сам из тебя его выдерну!

Из меня?

Так оно всё же во мне?!

Желудок закручивается в тугой узел, меня тошнит от волнения. Я ловлю себя на том, что безотчётно царапаю собственную руку. Клоинфарн, где же ты? Я мельком смотрю на чёрное небо и снова возвращаю взгляд к Ральфаиру.

Алый дракон нетерпелив, если я не озвучу ему причину промедления, он найдёт собственную. И она мне точно не понравится.

Боги! Сейчас будет самый отчаянный блеф в своей жизни!

Втянув воздух сквозь сомкнутые зубы, я перевожу взгляд на дракона, а потом… падаю на колени.

– Ради снежной Эльвы, простите меня, эль-тиар! – выдыхаю с отчаянием. Голос ломается от внутренней дрожи. – Я… я не могу сделать то, о чём вы просите!

На Ральфаира страшно смотреть. Зрачки в алых глазах сжимаются до крохотной точки. На широких скулах напрягаются желваки, мышцы на шее натягиваются жгутами.

– …и в чём же, позволь узнать, причина? – голос мужчины звучит вкрадчиво, тогда как лицо краснеет от бешенства.

– Посмотрите на меня, эль-тиар… – шепчу, порывисто разводя руки. – Разве вы видите во мне сердце вашего брата? Разве чуете его?!

– Я тебе что, собака, чуять?! Но я точно знаю, что оно у тебя. Ведь иначе ты не связалась бы со мной. Не смогла бы идти через туман мне навстречу!

– Так было, но сейчас всё изменилось! – выкрикиваю с отчаянием. Мой голос гулко прокатывается по костяной арене, как если бы его усилила магия. – Когда ваш брат поймал меня в лесу, он всё понял. Понял, кто я! Он потащил меня в подвал замка и запер в железной клетке! Он готовил инструменты, обещая резать моё тело по кусочкам. Я испугалась до обморока. Но он сказал, если помогу ему, то он простит меня… Чтобы выжить… я взяла эту брошь и… и отдала ему сердце. Теперь оно у него.

– Ложь! – Ральфаир клацает зубами так громко, будто желает перекусить мне шею. Его клыки удлиняются, на висках появляются алые чешуйки. – Только я способен дать твоей душе новое тело! Только я знаю, где твои родители! Ты бы не поступила так опрометчиво, Эйда!

– Я лишь хотела выжить. Иного способа не было! Простите меня! Простите.

– … так это благодаря сердцу он так быстро нас нагнал?!

– Да! Да… Я сожалею, но это правда! – плачу я, как плакала бы Эйда. – Только так я могла выжить. Это была сделка. Посмотрите сами! Эта брошь должна гореть в моих пальцах, но она не реагирует! – я протягиваю ему дрожащую руку с брошью, а сама изо всех сил замедляю внутреннюю энергию, чтобы та ни в коем случае не коснулась украшения.

Ральфаир переводит пылающий яростью взгляд на лазурную лилию, которую я стискиваю в пальцах. В тусклом камне не мелькает даже искорки. По лицу дракона пробегает судорога, а взгляд темнеет до цвета безлунной ночи.

– Я должна была сказать вам раньше, но я б-боялась, – спотыкаясь, шепчу я. – Боялась, что вы скинете меня в пропасть как лишний груз. Но у вас ещё есть время улететь! Ведь тогда вы спасётесь от гнева Клоинфарна и…

Я не успеваю договорить, потому что Ральфаир вдруг перемещается ко мне шлейфом огня. Выкинув вперёд руку, мужчина смыкает на моём трепещущем горле стальные пальцы и дёргает меня вверх так, что отрывает от земли. Я испуганно брыкаюсь, но это бесполезно. Проще пронзённой бабочке соскользнуть с иглы.

– Кивни, если это ложь, Эйда, – почти ласково говорит Ральфаир. Его жуткий тон, как удавка, что затягивается на моём сердце, сжимая сильнее и сильнее, пока не польётся кровь.

Воздуха не хватает. Я вцепляюсь в предплечье мужчины, на моих глазах выступают горячие слёзы.

– …это пра…вда, – одними губами произношу я.

– Тогда ты бесполезна для меня, – со смертельным спокойствием сообщает дракон. – Ты умрёшь.

– Кл… не… про.. стит… Т-ело… нареч… ной…

– Думаешь, я боюсь братца?! – усмехается Ральфаир.

– н…нет! – отвечаю я так, как ответила бы Эйда.

Но правда в том, что он боится.

Я вижу это в его глазах, читаю в искажённых гневом чертах. Мужчина впивается взглядом в моё лицо, будто желая забраться под кожу, заглянуть в мысли, вывернуть их наизнанку.

Его стальные пальцы сильнее сжимают моё горло. Больно! Брошь выпадает из руки и со звоном катится по плитам. Я царапаю мужское предплечье, пытаюсь пинаться. Бесполезно! Перед глазами мутнеет. Я вот-вот потеряю сознание.

– Тупая сука! – рявкает Ральфаир, резко отшвыривая меня.

Больно стукнувшись коленями, я падаю на пол. Истошно кашляю, уперевшись ладонями в каменную плиту. Мужчина начинает метаться туда-сюда диким зверем.

Он понял, что я не отдам ему сердце. И наверное, даже не так важно – есть оно у меня или нет. Если не отдам – то как он будет сражать с Клоинфарном? Никак! А если его брат всё же получил сердце обратно (как я утверждаю), то дела совсем плохи! И надо бежать без промедления!

За плечами дракона с хлопком материализуются крылья. Он близок к тому, чтобы сорваться с места. Времени на сомнения всё меньше. Клоинфарн скоро будет здесь! Даже без сердца, ему хватит сил убить Ральфаира.

И значит, алый дракон проиграл!

Значит… мы почти выиграли. Почти!

Надо лишь немного дожать! Чуть-чуть подтолкнуть и…

– Это всё враньё, – вдруг долетает до ушей тихий женский голос.

Моё сердце пропускает удар.

Я резко разворачиваюсь на звук.

Шарю взглядом по гигантскому черепу.

И неожиданно в его золочёном боку мелькает тёмное