Отверженная жена дракона - Кира Иствуд

Прямо в полёте Клоинфарн делает широкий жест руками, будто закручивая водоворот. Тьма взвивается, застилая небо. Рассекая воздух, новые плети несутся к Ральфаиру.

Тот уворачивается от одной, второй, третьей… но четвёртая задевает перепончатое крыло, заставив алого дракона дёрнуться от боли и зашипеть сквозь сомкнутые челюсти.

“От следующей атаки ему точно не увернуться!” – думаю я, но тут Ральфаир поворачивает голову и, открыв пасть, выпускает в сторону Клоинфарна мощную струю огня и чёрного дыма. В стороны расходится волна жара – она обжигает кожу так, словно я сунула лицо в горящий камин.

“Надеюсь, ты ему нужна, и он не станет атаковать вслепую”, – рыкает алый дракон, ныряя в плотное дымное облако, которое сам же и создал.

Чёрный смог щиплет глаза. Я ничего не вижу!

– И что дальше?! – выкрикиваю, но тут же начинаю кашлять от копоти, затянувшей всё вокруг.

Вместо ответа Ральфаир складывает крылья, ближе прижимает лапы и под защитой дымовой завесы камнем падает вниз.

Наращивая скорость, он стрелой несётся к земле. Ветер бешеным порывом бьёт в лицо. Всюду туман. Мои внутренности подскакивают к горлу, я кричу от испуга. Мы же сейчас разобьёмся! Но тут через серую муть между двух разрушенных домов проступает гладь небольшого озера.

И мы влетаем в него со всего размаха!

Глава 22

Удар о воду оглушает. Холод пронзает тело. Удушье перетягивает горло стальной удавкой. Перед глазами бешено мельтешат пузыри. Я отчаянно дёргаюсь в лапах дракона, но тот и не думает меня отпускать!

“Ральфаир сумасшедший! Он решил убить нас обоих!” – бешено стучит в уме. Лёгкие начинают гореть так, будто в них полыхает пламя. Ещё мгновение и я сделаю непроизвольный вдох – втяну в себя воду и тогда… тогда…

И тут алый дракон выныривает из озера.

Я судорожно и жадно хватаю ртом воздух, а потом закашливаюсь.

– Кха-кха! – выплюнув тухлую озёрную воду, попавшую в рот, я осоловело оглядываюсь.

Ральфаир снова взлетел высоко в небо, вот только…

Где Клоинфарн?! Нет… как мы вообще тут оказались?!

Мы нырнули в озеро вообще в другом месте!

Вокруг возвышается город… – это внутренний круг, защищённый от тумана. Несмотря на ночь, всюду слышен шум оживлённого города. И людей здесь много – даже слишком! Они задирают головы, показывая на алого дракона пальцами.

А ведь внутренний круг столицы находится далеко от места, где мы были всего минуту назад. Чтобы преодолеть такое расстояние, даже дракону понадобится около получаса. Но Ральфаир переместил нас сюда меньше чем за минуту. Как такое возможно? Не помню, чтобы раньше он умел подобное!

– Мы что, телепортировались? – хрипло спрашиваю я.

“Вроде того, – недовольно рычит дракон, встряхивая длинной шеей. Вниз летят капли воды. – Не хотелось прибегать к этому чужеродному способу, но… Ладно, нужно поторопиться”.

– Что вы задумали?!

“Узнаешь”.

– Но…

“Помолчи!”

Я до боли закусываю губу.

Клоинфарн скоро будет здесь, я уверена. Он скоро придёт за мной! Возможно, он чувствует меня через метку, раз так быстро нашёл.

Но что задумал Ральфаир? Надеется заполучить сердце? Или готовит брату ловушку? А может, и то и другое?!

Взмахнув крыльями, алый дракон стремительно летит к центру города – туда, где мерцает золотом храм огня. Я же оглядываюсь кругом.

Раньше это была самая богатая часть столицы, а сейчас и здесь царит разруха. Худые, измождённые люди сидят на земле, не в силах подняться. Сквозь дырявую одежду просвечивают костлявые тела.

Не удивительно, что они живут так плохо. Ведь территория, чтобы выращивать еду, теперь ограничена. А из-за плотного тумана торговля с другими странами невозможна. Вероятно, во всех городах Йордара сейчас такая же ситуация, ведь охранное пламя на центральной башне каждого города страны повторяет пламя столицы, отражая его, как в зеркале. Если первородный огонь гаснет здесь – то гаснет везде.

Вот к чему привела жадность Ральфаира!

Теперь он король нищих и обездоленных.

Стоило ли за это предавать брата?

Нет бы исправить ошибку и вернуть Клоинфарну сердце, чтобы тот возродил пламя. Нет… Ральфаир собирается довести своё грязное дело до конца.

Но они ведь братья! Так почему не могут поладить? Почему ненависть оказалась сильнее семейных чувств? Из-за того, что у них разные матери? Но разве это так важно? Вон, хотя бы посмотреть на моего папу и его брата – дядю Алана. Характеры у них как небо и земля, и матери тоже разные… но всё же друг за друга они готовы врагам перегрызть глотки! А здесь…

– Эль-тиар, – говорю я, чувствуя поднимающуюся к горлу горечь. – Почему вы так ненавидите брата, эль-тиар?

“Хм, даже не знаю… – раздаётся в моей голове надменный голос. – Может, потому, что не хочу, чтобы сын ширастовой демонической суки, сгубившей мою мать, спокойно сидел на престоле? А может, потому, что насмотрелся примеров? Наш отец вырвал власть у братьев, размозжив им головы. Хотя в книгах истории пишут иначе, верно? А может, я просто завистливый сумасшедший мерзавец, грезящий о власти? Выбирай вариант, который больше нравится, Эйда!”

– Но из-за ваших действий погибают невинные!

“Где ты видела невинных, деточка? Помани, посули богатство, обожание и власть, и любой радостно прыгнет в бездну. И ближних следом утянет. Как вышло с тобой. Так или иначе без драконов люди давно вымерли бы на Эльвитарионе. Они прятались от тумана по редким высоким пещерам и дрожали от страха, пока первые драконорожденные не зажгли первородное пламя. Так почему я должен переживать о тех, кто жив лишь благодаря милости драконов?”

– Вы рассуждаете так… словно у вас вообще нет чувств. Словно вы не способны сопереживать и любить!

“Что ж, приятно, что ты, наконец, заметила это, – холодно смеётся Ральфаир. – Смерть пошла на пользу твоей наблюдательности. Но раз тебе не терпится заступиться за всех униженных и невинных, то у тебя будет шанс. Мы уже почти на месте”.

Держа меня в лапах, дракон перелетает стены королевского дворца. Тот построен в виде огромной зубчатой короны, описывающей большую территорию… а что на ней? Я вытягиваю шею и замираю, разглядев впереди древнюю арену – настолько огромную, что сразу становится ясно: она не для людей.

Вокруг арены из земли торчат широкие кожистые навесы. По внутреннему её периметру тянутся высокие загнутые полуарки и каменные колонны. Но меня царапает какая-то странность… Я прищуриваюсь, пытаясь понять, что не так. В арене определённо есть неправильность форм, нелогичность размеров… Ральфаир чуть разворачивается в полёте, и я вижу у