Отверженная жена дракона - Кира Иствуд

щёлкает меня по носу, а потом поднимает на руки так запросто, будто я легче воздуха. – Не разбрасывайся такими словами. Твоё сердце тебе и самой пригодится.

– А где твоё – есть догадки? – спрашиваю, обняв шею дракона и положив голову на его твёрдое плечо. Мне даже не хочется возмущаться, что он постоянно таскает меня на руках, будто ребёнка. Но если привыкну – окончательно обленюсь.

– Сначала ужин, потом серьёзные разговоры, – Клоинфарн выходит со мной в коридор и направляется в гостиную.

За окнами царит непроглядная темнота, даже луны не видно, зато в комнате потрескивает камин, создавая уютную атмосферу. На столиках стоят разнообразные блюда, в воздух поднимаются аппетитные пряные ароматы.

Рот у меня сразу наполняется слюнками. Оказывается, я и правда страшно проголодалась. Дракон усаживает меня на диван и опускается рядом. Тис торопливо раскладывает по тарелкам овощи и мясо, от которых исходит пар. На меня слуга старается не смотреть, пряча взгляд за чёрной чёлкой, будто ему неловко за случившееся. Но я рада, что с ним всё в порядке. Позже обязательно расспрошу его о самочувствии.

Клоинфарн кидает на Тиса острый взгляд, и слуга, низко поклонившись, уходит из комнаты. Взяв вилку, я накалываю на зубья кусочек сочного мяса и кладу в рот. Божественно! На миг я даже прикрываю глаза от удовольствия. Потом накалываю ещё. Я стараюсь есть помедленнее, чтобы остаться “воспитанной принцессой с изысканными манерами”, но голод заставляет орудовать вилкой как метлой.

Глядя на меня с улыбкой, Клоинфарн говорит:

– Ты так соблазнительно ешь… Хотя я, признаться, фантазировал, что буду сам тебя кормить.

– Ну уж нет! – Фыркаю я. – Ты и так меня на руках носишь. Если ещё начнёшь кормить с рук, так я окончательно превращусь в ленивого ручного кролика.

– Звучит как план, – широко ухмыляется дракон, весело сверкнув глазами.

Я скептически заламываю бровь, отчего он смеётся. Я же ощущаю щекотку в сердце. Клоинфарн сидит так близко, что наши бёдра соприкасаются, его рука приобнимает меня за талию. Стыдно признаться, но меня тянет быть ещё ближе. Может даже, сесть на колени…

– Давай, проверять не будем, – ворчу я, ругая себя за непрошенные мысли.

– Как скажешь, – отвечает Клоинфарн, а сам смотрит на мои губы, потом снова возвращается к глазам, и так соблазнительно улыбается, словно собирается предложить ещё пару идей по “приручению кролика”.

Или мне только кажется?

"Так, Адель! Возьми себя в руки!" – мысленно ругаю себя.

– Всё, я наелась! – говорю, отложив вилку и предав лицу серьёзное выражение. – Благодарю за ужин, было вкусно. Теперь я готова слушать. Расскажи, что знаешь. Есть догадки, где твоё сердце?

Глава 20

От камина тянет теплом. Поленья потрескивают, распадаясь яркими искрами. Взяв со стола бокал, дракон задумчиво наклоняет его так, что красная жидкость вспыхивает, отражая свет огня.

– Я не знаю, куда Эйда дела украденное, – говорит мужчина, прищурив глаза. – Все очевидные места я давно проверил. Неочевидные тоже… В том числе и в твоём мире. Вообще, мой дракон должен бы чувствовать своё сердце и вести к нему, но… этого не происходит.

– …почему?

– Слишком много лет прошло с тех пор, как я его потерял, – Клоинфарн усмехается, приподнимая уголок губ, но усмешка получается надломленная. – По сути, и он, и я, куда больше привыкли без него, чем с ним. Поиски осложняются тем, что, извлечённое из тела, драконье сердце может поменять форму. Вопрос изучен мало, но то, что мы ищем, вряд ли похоже на кусок кхм… плоти.

– То есть… оно может быть чем угодно?

– Предположу, что да. По своей сути это скорее сжатая энергия – ядро силы, без которого дракон погибнет не только физически, но и магически. К несчастью для Ральфа и Эйды, в моём теле также имеется демоническое ядро, поэтому я жив… В итоге проще идти методом исключения, отталкиваясь от той информации, что известна доподлинно. А именно… Несмотря на все старания, Ральфаир моё сердце так и не получил.

– Я тоже так думаю… Но почему ты в этом уверен?

– Из-за пламени, что горит на охранной башне столицы. Когда отец был жив, оно полыхало пожаром. А теперь едва теплится. Тот, кто властвует над первородным пламенем Эльвитариона, тот властвует над туманом и Йордаром. Чтобы его разжечь, нужно пройти испытание. В прошлом у брата не хватало сил. И, очевидно, не хватает и сейчас. Вопрос достаточно острый… но решить он его не может.

– А ты смог бы пройти испытание? – осторожно спрашиваю я.

Клоинфарн ставит бокал на стол и переводит взгляд на меня. Несколько секунд колеблется с ответом, а потом нехотя признаётся:

– Раньше – безусловно. …а теперь очень вряд ли. Во мне силён демон, но испытание именно для дракона. Мой же зверь почти лишён сил.

– Значит, чтобы зажечь пламя, нужно вернуть сердце.

– Да.

– Я думаю… оно ближе, чем кажется, – говорю, коснувшись прохладной руки Клоинфарна. – И Эйда знала где. Я плохо помню события, которые случились. когда она в меня вселилась… Но подозреваю, что она хотела перебраться через туман, чтобы связаться с Ральфаиром и передать местоположение твоего сердца. А взамен потребовать спасения.

– Здесь наши мысли сходятся, – кивает дракон. – Тогда, может, у тебя есть идеи, зачем Эйда взяла с собой это? – дракон опускает руку в карман, а потом кладёт на стол брошь в форме лазурной лилии.

– О! Знакомая вещица!

– На меня она, как и прежде, вообще не реагирует, словно обычный камень, – дракон не скрывает досады.

Потянувшись, я беру украшение в руку.

Оно прохладное. Грани изящных лепестков поблёскивают рыжим, отражая всполохи огня. В центре украшения мерцают крохотные бриллианты.

Призвав свою магию, я осторожно направляю энергию к броши. И та сразу вспыхивает белым светом, освещая комнату ярче огня. Кожу ладони начинает покалывать. Я сжимаю украшение в пальцах, пытаясь влить в него больше магии, но эффект наоборот уменьшается – свет гаснет.

– На меня реагирует вот так… Но я понятия не имею, что делать дальше, – расстроенно говорю я. – Откуда это украшение вообще взялось?

– Не уверен… – Клоинфарн по-звериному наклоняет голову. – Кажется, давным-давно Эйда привезла его из отчего дома.

– Я тоже ничего об этой вещице не знаю… – вздыхаю я, ёрзая на диване. – Если она и мелькала в моих воспоминаниях, то лишь как обычное украшение. Однако, когда Эйда бежала через туман, она использовала его как фонарь. Свет броши рассеивал мрак и отпугивал тварей.

– Хм…

– Есть идеи?

– Есть. Но проще будет вытрясти правду из самой Эйды, – задумчиво говорит Клоинфарн.

– Это возможно? – удивляюсь я. – Разве она