Мгновения вечности - Ева Эндерин

Пусть это будет таблетка или какое-то загадочное снадобье. Кайрос позвонит нужным людям, и те уже завтра будут рыскать по Альпам в поисках редкого растения с причудливым названием.

– Когда твой отец рассказал мне о вашем семейном проклятье, я провел исследование.

И видимо, гораздо более успешное, чем Кайрос в библиотеке академии.

– Я долго искал похожие случаи и наткнулся на историю одного мужчины из Франции. Он давал интервью в старой газете в начале двадцатого века. Журналист тогда счел его слова бреднями сумасшедшего, но для нас они имеют смысл.

– Он умел останавливать время.

– И разучился, – добавил ван дер Берг.

– Он сказал журналисту как?

– Не совсем. – Эдвард облизал кончики пальцев и открыл свой блокнот. – Я отыскал его адрес во Франции и попросил знакомого сходить туда. Нам повезло, и в его доме сейчас живет настоящий фанат истории. Он не просто сохранил памятные вещи бывшего хозяина, уцелел и его дневник.

Быть не может. Либо ван дер Берг врет, либо он везучий сукин сын.

– Что было в дневнике?

– В Штатах жила коммуна людей, которые помогали избавляться от подобных недугов. Их уже нет в живых, но мне удалось найти родственницу одного из членов. Она по-прежнему живет в пригороде Нью-Йорка и по-прежнему помогает таким, как ты, Кайрос.

– Почему я узнаю об этом только сейчас?!

Это была своего рода пытка? Эдвард проводил на нем эксперименты, как на подопытной крысе?

– Потому что она поставила ультиматум.

– У меня есть деньги.

– Они ей не нужны. Она хочет изучить тебя и дала очень мало времени на раздумья.

– Когда?

Ван дер Берг узнал обо всем еще в начале семестра, а значит, время точно поджимало.

– Ты должен вылететь на следующей неделе.

– Что?!

– Поэтому я не хотел говорить. Ответ очевиден.

Да он ничего не знал о нем! Кайрос мечтал найти ключ к разгадке, он думал, что обречен. Подумаешь, путешествие к какой-то тетке в Америку. Это ерунда по сравнению с жизнью, которую он был не в силах контролировать на сто процентов.

– Я еду, – тут же произнес Блэквуд.

– Тебе придется договориться с директором, и ты можешь уже не вернуться в Винтерсбрук.

– Она точно не примет меня летом?

– Боюсь, что я получил крайне категоричный ответ.

Экзамены – пустяки. Кайрос сдаст оставшиеся за пару дней, а Диккенс не скажет ничего против. Он будет скучать по Джерри, но они обязательно увидятся и вне стен академии, а вот Кейт… Проклятье. У них все только начиналось. Еще слишком рано, еще слишком много не сказано, не прожито. Кайрос чувствовал, как сердце сжималось, стоило ему представить, что он может не вернуться к ней уже никогда. Будто обрубленные провода, которые болтаются и искрят в темноте, их связь с самого начала была неосторожной и непредсказуемой. Но Блэквуд не думал, что искры погаснут так скоро, что все оборвется, не успев разгореться по-настоящему.

Он стиснул челюсти. Если так нужно, он договорится с Диккенсом. Найдет лазейку, придумает выход. Но Кейт… Черт возьми, Кейт. Оставлять ее сейчас, когда он только-только разбудил в ней огонь, было мучительно.

Кайрос сглотнул, заставляя себя думать рационально. Договориться. Вернуться. Удержать. Даже если для этого придется идти против правил.

– Пишите адрес, – приказал он психологу.

* * *

– Брат, это подстава.

Кайрос так и знал, что Джерри отреагирует подобным образом.

– Это связано с моим отцом. Я должен.

Шарп не знал о его сверхспособности, поэтому план ван дер Берга звучал для него еще более дико. Отказаться от Кейт, отказаться от выпускного – и все ради непонятной поездки в Штаты к незнакомке, которая может просто его обдурить.

– Что я тебе говорил про твое чувство долга?

– Засунуть его в задницу? – мрачно усмехнулся Кайрос.

– Именно. А что ты делаешь вместо этого? Покупаешь билет до Нью-Йорка в один конец? Ты в своем уме?

Это был ад. Как он должен объясниться перед Кейт, когда даже его лучший друг отказывается проявлять хотя бы малейшее понимание? Но возможно, худшее и заключалось в том, что никто, кроме его психолога, не знал всей правды. Секретность и заставляла Кайроса взвешивать каждое чертово слово. Может, стоило рассказать Джерри обо всем? Раз и навсегда. Если кто-то и был способен оценить ситуацию без предвзятости, так именно он. Да и Блэквуд наконец узнал бы, как нормальные люди реагируют на путешественников во времени.

– У всего есть причины, – начал он осторожно.

– Тогда выкладывай уже.

Кайрос захлопнул дверь комнаты и, прежде чем успел передумать, проследил за Шарпом. Тот уже плюхнулся на кровать и, вытянув ноги, закинул руки за голову.

– Я весь внимание, – поторопил его Джерри. – Вижу, ты на грани экзистенциального кризиса. У твоего отца была любовница или что-то в этом роде?

С этим бы Блэквуд справился без проблем. Просто удивительно, как меркли бытовые конфликты на фоне самой настоящей, мать его, магии.

Кайрос позволил себе досчитать до десяти и, облокотившись на шкаф, признался:

– Я путешествую во времени.

Джерри моргнул, а затем едва слышно переспросил:

– Что?

– Я. Путешествую. Во. Времени, – повторил Блэквуд, тщательно проговаривая каждое слово.

Тишина поглотила всю комнату и оставила их в вакууме, но уже меньше чем через минуту Джерри снова собрался и, хлопнув себя по коленям, громко рассмеялся.

– Ну конечно. А я бастард королевской семьи, – пошутил он. – Слушай, а что ты ел сегодня на завтра? Брал какие-то грибы подозрительные? Или, может, ты ударился головой, когда Кейт прижимала тебя к стене?

– Джерри. Я серьезно.

Никакой другой реакции от Шарпа ожидать не стоило. Он всегда все переводил в шутку. Кайрос был уверен: если бы их академии грозила огромная лавина, Джерри купил бы доску для серфинга и заявил, что это его звездный час.

– Ага, конечно. И куда же ты путешествовал? В эпоху динозавров? В будущее, где у всех летающие автомобили и лазерные глаза?

Кайрос молча перевел взгляд на будильник, стоявший на прикроватной тумбочке, и ручку с открытым колпачком под ним.

– Видишь ручку?

По-прежнему воспринимая его слова как розыгрыш, Джерри с улыбкой кивнул.

– Возьми ее и напиши на руке, который сейчас час.

– Ты меня пугаешь, друг.

А еще он пугал себя. После того, что случилось в коридоре, когда он не смог дотронуться до Уэльса, ему было жутко страшно повторять эксперимент. Но на этот раз ему не нужно было ничего глобального, он не желал навредить кому-либо. Может, магия над ним смилуется? В последний раз.

– Джерри, – настоял Кайрос.

Шарп нехотя выполнил его указания и положил ручку обратно:

– Что теперь?

Кайрос