Вся Агата Кристи в трех томах. Том 1. Весь Эркюль Пуаро - Агата Кристи

class="p1">— Яйца вкрутую и ячменные лепешки вам не повредят, — строго заметила она. — Мужчины так капризны в том, что касается еды.

— На меня яйца всегда действовали угнетающе, — вздохнул сэр Чарлз.

Женщина, которая обслуживала их, оказалась достаточно общительной. Она также читала об эксгумации и была возбуждена тем, что такое случилось с их «старым викарием».

— Тогда я была ребенком, но хорошо его помню.

Тем не менее она мало что смогла поведать о мистере Бэббингтоне.

После ленча они отправились в церковь, где просмотрели записи рождений, бракосочетаний и смертей, но и тут не обнаружили ничего существенного.

Выйдя на кладбище, Эгг стала читать надписи на надгробиях.

— Какие странные имена! — промолвила она. — Здесь покоится целое семейство Стейвпенни, а здесь — Мэри Энн Стиклпат.

— Все эти фамилии куда менее странные, чем моя, — пробормотал сэр Чарлз.

— Картрайт? Не вижу в ней ничего странного.

— Это мой актерский псевдоним, который я потом узаконил.

— А ваша настоящая фамилия?

— Не могу ее назвать. Это моя позорная тайна.

— Неужели она так ужасна?

— Не столько ужасна, сколько смешна.

— Пожалуйста, скажите!

— Нет! — твердо заявил сэр Чарлз.

— Почему?

— Вы будете смеяться.

— Не буду.

— Вы все равно не сможете удержаться от смеха.

— Ну пожалуйста!

— Что вы за упрямое создание, Эгг. Почему вы так хотите это знать?

— Потому что вы не хотите говорить.

— Восхитительное дитя! — усмехнулся сэр Чарлз.

— Я не дитя!

— Вот как? Сомневаюсь.

— Так скажете вы или нет?

На губах сэра Чарлза мелькнула печальная улыбка.

— Ладно. Фамилия моего отца была Маг[512].

— Не может быть!

— Честное слово.

— Действительно ужасно. Прожить жизнь с такой фамилией…

— Да, на сцене карьеры с ней не сделать. Помню, — мечтательно произнес сэр Чарлз, — в молодости я носился с идеей называться Людовиком Кастильоне, но в итоге остановился на британском имени Чарлз Картрайт.

— Но хоть Чарлз вы на самом деле?

— Да, об этом позаботились мои крестные. — Поколебавшись, он добавил: — Почему бы вам не называть меня просто Чарлз — без этого дурацкого «сэр»?

— Попробую.

— Вчера вам это удалось. Когда… когда вы думали, что я умер.

— Ну, это другое дело, — нарочито беспечно отозвалась Эгг.

— Знаете, эта история с убийствами перестает казаться реальной, — продолжил сэр Чарлз. — Сегодня она выглядит просто фантастичной. Я хотел все выяснить, прежде… прежде чем заняться другим. У меня суеверие на этот счет — решение проблем ассоциируется с… с успехом иного рода… Черт возьми, к чему ходить вокруг да около? Я так часто признавался в любви на сцене, что разучился делать это в реальной жизни… Мне нужно знать точно, Эгг: я или молодой Мэндерс? Вчера мне показалось, что это я…

— Вам показалось правильно.

— Вы ангел!

— Чарлз, вы не можете целовать меня на кладбище!

— Я буду целовать вас где захочу!..

— Мы ничего не выяснили, — печально констатировала Эгг, когда они возвращались в Лондон.

— Чепуха, мы выяснили единственное, что стоило выяснять… Какое мне дело до мертвых священников и докторов? Только вы имеете для меня значение… Но ведь я на тридцать лет старше вас! Вы уверены, что это не играет роли?

Эгг легонько ущипнула его за руку.

— Не говорите глупости… Интересно, обнаружили что-нибудь мсье Пуаро и мистер Саттерсвейт?

— Если да, буду рад за них, — великодушно отозвался сэр Чарлз.

— Но ведь вы всегда были таким сообразительным…

Однако сэру Чарлзу наскучила роль великого детектива.

— Ну, раньше это было мое шоу, а теперь я передал его нашему усатому другу. Это его бизнес.

— Думаете, Пуаро действительно знает, кто совершил эти преступления? Он говорит, что да.

— Вероятно, он понятия об этом не имеет, но должен поддерживать профессиональную репутацию.

Эгг промолчала.

— О чем вы думаете, дорогая? — поинтересовался сэр Чарлз.

— О мисс Милрей. В тот вечер, о котором я вам рассказывала, она вела себя так странно. Купила газету, где сообщалось об эксгумации, и сказала, что не знает, как ей поступить.

— Ерунда, — весело откликнулся сэр Чарлз. — Эта женщина всегда знает, что ей делать.

— Будьте же серьезны, Чарлз! Она казалась… обеспокоенной.

— Эгг, радость моя, какое мне дело до беспокойства мисс Милрей? Какое мне дело до всего, кроме нас двоих?

— Лучше обратите внимание на трамвай! — посоветовала Эгг. — Я не хочу овдоветь, прежде чем выйду замуж.

К чаю они вернулись в квартиру сэра Чарлза. Мисс Милрей вышла им навстречу:

— Вам телеграмма, сэр Чарлз.

— Благодарю вас, мисс Милрей. — Он засмеялся нервным мальчишеским смехом. — Должен сообщить вам новость. Мисс Литтон-Гор и я собираемся пожениться.

Последовала пауза.

— О! Я уверена… я уверена, что вы будете счастливы, — произнесла наконец мисс Милрей.

В ее голосе слышались странные нотки. Эгг подметила их, но прежде, чем она успела сформулировать свое впечатление, Чарлз Картрайт повернулся к ней и воскликнул:

— Господи, Эгг, взгляните на телеграмму! Она от Саттерсвейта.

Он передал ей телеграмму. Эгг прочла ее, и глаза у нее испуганно расширились.

Глава 13

Миссис де Рашбриджер

Прежде чем сесть на поезд, Эркюль Пуаро и мистер Саттерсвейт успели переговорить с мисс Линдон, секретаршей покойного сэра Бартоломью Стрейнджа. Мисс Линдон очень хотела им помочь, но не смогла сообщить ничего важного. В записях сэра Бартоломью миссис де Рашбриджер упоминалась исключительно с профессиональной точки зрения. Сэр Бартоломью говорил о ней только как о своей пациентке.

Двое мужчин прибыли в санаторий около двенадцати. Служанка, открывшая им дверь, выглядела возбужденной и раскрасневшейся. Мистер Саттерсвейт осведомился о старшей сестре.

— Не знаю, сможет ли она принять вас этим утром, — с сомнением ответила девушка.

Мистер Саттерсвейт достал визитную карточку и написал на ней несколько слов.

— Пожалуйста, передайте ей это.

Их проводили в маленькую приемную. Минут через пять дверь открылась и вошла старшая сестра. Она совсем не походила на ту деловитую женщину, которая беседовала с ним в прошлый раз.

Мистер Саттерсвейт поднялся.

— Надеюсь, вы помните меня, — заговорил он. — Я приходил сюда с сэром Чарлзом Картрайтом вскоре после смерти сэра Бартоломью Стрейнджа.

— Конечно, я вас помню, мистер Саттерсвейт. Сэр Чарлз тогда расспрашивал о бедной миссис де Рашбриджер — теперь это кажется странным совпадением.

— Позвольте представить вам мсье Эркюля Пуаро.

Пуаро поклонился, а старшая сестра рассеянно поздоровалась.

— Не понимаю, как вы могли получить телеграмму, о которой говорите, — продолжала она. — Все это выглядит очень таинственно. Неужели это как-то связано со смертью бедного доктора? Должно быть, здесь орудует маньяк — только так я могу это объяснить. Полиция уже здесь. Это ужасно!

— Полиция? — удивленно переспросил мистер Саттерсвейт.

— Да, они прибыли в десять.

— Полиция? — повторил Эркюль Пуаро.

— Возможно, нам лучше