Незнакомец в килте - Сэнди Блэр

Джон склонился над протянутой ему тонкой рукой.

– Миледи, счастлив познакомиться с вами. – Он задержал руку Бет в своей дольше, чем, по мнению Дункана, позволяли правила приличия.

Дункан предостерегающе кашлянул, в то время как Бет, явно польщенная реакцией гостя, воскликнула:

– Прощу к столу, милорды!

Оставив своих вассалов общаться друг с другом, Дункан и Брюс последовали за Бет к стоявшему у камина столу, на котором их ждали-изысканные лакомства: свежий хлеб, рыба и сыр. Дункана поразили бронзовые и серебряные кубки, которые он привез в качестве военных трофеев из Персии – они были наполнены медом и ярко сверкали, так как были начищены до зеркального блеска.

Когда лэрды сели за стол, Бет проговорила:

– Ужин будет подан через час, когда я позвоню в колокольчик. А теперь прошу меня простить. – Она присела в реверансе и тут же удалилась скользящей походкой.

Джон не отрывал от нее взгляда до тех пор, пока она не исчезла из виду, после чего заметил:

– Твоя жена… Я не понимаю, что она говорит, Макдугал. Должно быть, старею, вот и не успеваю следить за ее речью.

Дункан, который тоже как зачарованный смотрел на изящную фигуру жены, нехотя повернулся к гостю:

– Да нет, старость тут ни при чем. Просто там, откуда она приехала, в Йорке, все так быстро и странно говорят.

Взяв со стола кубок, предназначенный для Дункана, Брюс проговорил:

– Хорошо, что у тебя есть способность к языкам, Макдугал, иначе пришлось бы тебе разговаривать с ней жестами, как глухонемому. – Он сделал глоток.

Дункан недовольно поморщился. Ни к чему было Брюсу менять кубки. Если бы он хотел убить этого негодяя, он бы сделал это как мужчина – в честном поединке на шпагах.

Взяв кубок Брюса, который был намного красивее того, что Бет поставила перед его тарелкой, Дункан пробормотал:

– Тебе и самому неведомо, насколько ты прав.

Всю прошедшую неделю его жена разговаривала с ним жестами, выказывая тем самым свое неудовольствие.

Некоторые из них вызывали его смех. Особенно ему понравилось, когда она потрясла кулаком в воздухе и одновременно хлопнула себя по руке. Точно так же делали древние римляне. А как эта женщина закатывала глаза! Она могла всю жизнь прожить, не говоря ни слова, и ее бы прекрасно поняли. И в то же время Дункан скучал по ее мелодичному голосу и по ее теплу, особенно ранним утром, когда лежал, снедаемый беспокойными думами – о ней, о Брюсе и о том, сумеет ли он вновь взяться за оружие. В отличие от Айзека Дункан не был уверен, что к тому времени, когда начнется рыцарский турнир, у него заживет плечо.

Жуя бутерброд с сыром, Брюс проговорил:

– Мои люди очень обеспокоены предстоящим турниром. Ты возьмешь с собой много воинов?

– Достаточно, – кратко отозвался Дункан.

На самом деле у него было всего три палатки. Многие из его клана испытают горькое разочарование, узнав о том, что их не возьмут на турнир: люди обожали подобные состязания и сопровождавшую их ярмарку и всегда с нетерпением их ждали. Хотя, может быть, если ему удастся продать часть коров, он сумеет как-то выкрутиться.

– Что-то ты сегодня чересчур задумчив, Макдугал, – прищурившись, заметил Брюс.

– Просто подумал о том, что моя жена приготовила для того, чтобы нас развлечь.

– Ну, об этом мы узнаем только в последний момент. Женщины – существа непредсказуемые.

– Ты абсолютно прав.

Еще раз откусив от бутерброда, Брюс хмыкнул:

– Гм… Похоже, тебе очень нравится твоя жена.

Дункан ответил не сразу:

– Временами она бывает немного странной, но я не могу отрицать, что она добрая и умная.

Вот только лучше бы она поменьше говорила о своем Йорке и привидениях, подумал он, и благосклонно отнеслась к его попыткам помириться с ней. Пока ни одна из них не увенчалась успехом. Еще сегодня утром он отнес к ней в спальню очаровательную пятнистую морскую звезду, но Бет ни словом о ней не обмолвилась, хотя, чтобы раздобыть ее, ему пришлось спускаться в море с высоченной отвесной скалы. Правда, она надела на шею ключ, издала радостный возглас при виде лимонного дерева, а несколько минут назад даже улыбнулась. Похоже, это означает, что дело все-таки сдвинулось с мертвой точки.

Отведав копченой рыбы, Брюс проговорил:

– А ты уже подумал над тем, как будет проходить состязание, Макдугал?

– Да, – ответил Дункан, и они принялись обсуждать всевозможные вопросы проведения рыцарского турнира.

Вскоре Дункан с удивлением заметил около их стола Флору. Неужели Бет попросила ее поухаживать за ними? Очень странно.

Флора принялась хлопотать, пытаясь угодить мужчинам, однако Брюс совершенно не обращал внимания на роскошную красотку. Еще более странно.

Прежде чем они успели обсудить основные пункты турнира и самый главный – кому доверить вручение призов, прозвенел колокольчик, и зал начал наполняться людьми. Затем появилась и Бет и, подведя их к главному столу, усадила Брюса справа от Дункана, а сама села слева.

Дункан усмехнулся, глядя, с каким изумлением его недруг осматривает стоящие перед ним предметы сервировки. В самом деле есть чему удивляться.

Как только все заняли свои места, Бет хлопнула в ладоши, и в зал одна за другой начали входить женщины с блюдами в руках. Они поставили блюда на столы, и пир начался. Ароматная оленина, истекающий соком жареный кабан с репой, моллюски в горячем бульоне, филе трески и горячий картофель в нежном кремовом соусе, приправленный розмарином, поглощались в огромных количествах.

Когда Дункану показалось, что он сейчас лопнет, в зал вошли дюжина женщин с подносами, уставленными тарелками с хлебным пудингом, политым густым соусом из виски и сливок.

Бет потянулась к своему кубку с вином, и Дункан, отбросив всякую осторожность, схватил ее за руку, прежде чем она успела ее отдернуть. Он помирится с ней во что бы то ни стало, чего бы это ему ни стоило. Поднеся ее руку к губам, он тихо, так чтобы только Бет могла его слышать, прошептал:

– Моя дорогая жена. Я никогда в жизни и нигде так вкусно не ел: ни в Италии, ни за столом у Олбани. – Перевернув ее руку ладонью вверх, он поцеловал запястье. – Просто не знаю, что бы я без тебя делал, леди Катрин.

Глава 18

Сердце Бет исступленно застучало в груди. Глядя на Дункана широко раскрытыми глазами, она прошептала:

– Повтори, муж мой, прошу тебя.

Озорно сверкнув глазами, Дункан поцеловал ее пальцы и произнес:

– По выражению твоего лица я вижу, что ты меня прекрасно слышала.

Бет затрепетала: наконец-то он понял! Отодвинув от стола стул, Дункан проговорил:

– Пойдем, моя драгоценная женушка, мы должны поговорить с тобой… наедине.