Несносные дочери леди Элизабет - Юлия Арниева

Когда официальная часть была завершена, мы покинули дом бургомистра. Ночная дорога к поместью была удивительно прекрасна. Луна уже полностью вышла из-за облаков, заливая окрестности серебристым светом, от которого деревья отбрасывали причудливые тени на дорогу. Воздух был свеж и напоен ароматами трав, а легкий ветерок приносил издалека соленый запах моря.

Мы ехали молча, каждый погруженный в свои мысли. Лишь изредка Лорен и Амели обменивались тихими замечаниями, да фыркали кони, чувствуя близость родного стойла. Лейр Хэмонд держался рядом со мной, время от времени бросая внимательные взгляды, словно опасаясь, что я могу упасть.

Когда на горизонте показались знакомые силуэты поместья, я испытала неожиданное облегчение. Несмотря на все потрясения и радикальные изменения в нашей жизни, это место уже успело стать домом.

Во дворе поместья еще горели факелы, освещая проделанную за день работу. Я с удивлением заметила, что крыша северного крыла уже почти полностью восстановлена, а стены очищены от старой штукатурки и подготовлены к новой отделке. Даже в таком полуразрушенном состоянии дом выглядел величественно в лунном свете, словно обещая, что однажды он вновь обретет былую красоту.

– Позвольте проводить вас до дверей, – лейр Хэмонд предложил мне руку, и я, после мгновенного колебания, приняла ее.

Мы поднялись по ступеням крыльца, наши шаги гулко отдавались в ночной тишине. У входа я остановилась и повернулась к своему новоиспеченному мужу.

– Благодарю вас за помощь, лейр Хэмонд, – произнесла я с искренней признательностью. – То, что вы сделали для нас сегодня…

– Хэмонд, – мягко поправил он меня. – Просто Хэмонд. В конце концов, мы теперь муж и жена, даже если только на бумаге.

– Хэмонд, – кивнула я, имя странно ощущалось на моих губах, но не было неприятным. – Еще раз благодарю за все. Приятных снов.

– И вам, Элизабет, – он легко поклонился, и лунный свет на мгновение обрисовал его сильный профиль. – Увидимся утром…

Утро выдалось ясным, с легкой дымкой, окутывающей холмы вдали. Лучи восходящего солнца пробивались через окно спальни, прорезая полумрак золотистыми полосами. Я стояла перед зеркалом, разглядывая свое отражение – женщину с усталыми глазами и первыми серебряными нитями в темных волосах. Сорок три года. В таком возрасте обычно уже нянчат внуков, а не выходят замуж. Тем более во второй раз.

С трудом верилось, что я оказалась замужем раньше собственных дочерей. Лорен уже двадцать один, Амели – двадцать. Еще несколько лет, и их начнут считать старыми девами. В Лавении девушки обычно выходили замуж в восемнадцать, редко кто оставался незамужней после двадцати. Впрочем, здесь, в Сольтерре, нравы, кажется, не столь строги.

Мой взгляд упал на массивное золотое кольцо с темно-красным камнем, которое лейр Хэмонд достал откуда-то ночью после церемонии и надел мне на палец прямо у ворот поместья. Семейная реликвия, сказал он. Вес этого кольца ощущался непривычным, чужеродным. Так же, как и мысль о том, что я снова замужняя дама. Хотя технически я ею и но вдовство – совсем иное.

Я в последний раз расправила складки платья – самого лучшего из тех немногих, что удалось спасти при бегстве из замка. Строгий темно-синий цвет с серебряной отделкой по краям выгодно оттенял мою еще не совсем увядшую красоту. По крайней мере, мне хотелось в это верить.

Спустившись на кухню, я обнаружила там своих дочерей. Лорен, с аппетитом уплетающую свежеиспеченный хлеб с маслом, и Амели, задумчиво помешивающую ложкой в чашке с травяным отваром. При моем появлении они обе подняли головы, и я заметила, как быстрый взгляд Лорен скользнул по моей руке, отмечая новое кольцо.

– Доброе утро, девочки, – проговорила я, занимая место во главе стола.

– Доброе утро, мама, – хором ответили они, обмениваясь странными взглядами.

Дори тут же возникла рядом со мной, ставя передо мной тарелку с ароматной кашей и чашку дымящегося отвара.

– А где лейр Хэмонд? – спросила я, обращаясь к старой служанке. – Он уже завтракал?

Уголки губ Лорен дрогнули в еле заметной улыбке, а Амели внезапно закашлялась, прячась за чашкой. Дори же, невозмутимая, как всегда, ответила:

– Лейр заходил еще до рассвета, госпожа. Выпил чашку крепкого кофе и отправился проверять строительство загонов для коз. Сказал, что вернется через час.

– Смотрите-ка, – протянула Лорен, подмигивая сестре, – мама уже беспокоится о муже. Неужели брак по расчету начинает превращаться в нечто большее?

– Лорен! – я почувствовала, как к щекам приливает кровь. – Это всего лишь вопрос приличия. Лейр Хэмонд наш гость…

– Технически он теперь твой муж, мама, – мягко поправила меня Амели, и на ее лице появилась та особая улыбка, которая всегда заставляла меня гадать, что творится в голове у моей младшей. – А мы твоя семья. Так что вполне естественно интересоваться его делами.

Я вздохнула, признавая поражение в этой маленькой словесной перепалке.

– Лейр Хэмонд должен дождаться появления лавенийцев, – проговорила я, намазывая масло на хрустящий ломтик хлеба. – Сообщить им о том, что семья Андерсон теперь под его защитой, согласно Восточному Договору, и…

– И согласно пункту седьмому вашего брачного соглашения, – подхватила Лорен с серьезным видом, но глаза ее смеялись. – Отбыть к себе домой. Ведь вы с ним договорились жить раздельно, так?

Я кивнула, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица. Лорен всегда была наблюдательной – наверняка уже успела ознакомиться с копией брачного договора, которую я оставила на столе в кабинете.

– Мне кажется, лейра Хэмонда это не остановит, – задумчиво проговорила Амели, задумчиво вертя ложку в пальцах. – Он найдет способ видеться с тобой, мама. Ты заметила, как он на тебя смотрел вчера вечером? Словно ты – самое большое сокровище в мире.

– Не говори глупостей, – отмахнулась я, но где-то глубоко внутри шевельнулось странное чувство. Тепло во взгляде лейра Хэмонда не было притворством, а в его голосе, когда он говорил о том, что понимает, какое сокровище приобрел, звучала искренность, которую трудно подделать. – Это всего лишь брак по расчету. Взаимовыгодная сделка.

– Если ты так говоришь, мама, – протянула Лорен с нарочитым сомнением. – Хотя мне показалось, что ему нравятся не только стратегические преимущества этого союза…

В этот момент дверь кухни распахнулась, и на пороге возник Говард. Его обычно невозмутимое лицо было напряжено, а дыхание сбилось – видимо, он бежал, чтобы скорее сообщить нам новости.

– Госпожа, – выдохнул он, быстрым шагом подходя к столу, – лавенийцы прибыли. Они уже у ворот поместья.

– Торопятся исполнить приказ, – горько усмехнулась я, поднимаясь из-за стола. – Лейр Хэмонд там?

– Да, госпожа, – кивнул капитан. – Он уже говорит с ними. Сказал мне предупредить вас, чтобы вы были готовы выйти, когда он пришлет за вами.

Я