Несносные дочери леди Элизабет - Юлия Арниева

мысли, произнес Говард. – У нас есть ценное стадо, осталось немного драгоценностей, и, что немаловажно, дружественный человек на видном посту. Это уже немало.

– Ты прав, – согласилась я, стараясь подбодрить и себя. – К тому же, возможно, это действительно временная мера. Я отпишу герцогу Кирстонхола, надеюсь, он поможет нам избавиться от преследования Хейли…

Когда мы достигли поворота, за которым должно было показаться поместье, Говард внезапно натянул поводья, жестом приказывая мне остановиться.

– Что такое? – шепотом спросила я, мгновенно напрягшись.

– Свет, – лаконично ответил капитан, указывая вперед. – Слишком много света для нашего поместья в такой час.

Действительно, за поворотом виднелось необычное сияние, словно в доме зажгли все возможные лампы и свечи. Это было странно – мы обычно экономили масло для ламп, предпочитая ложиться спать с закатом.

– Может быть, девочки беспокоятся, что нас долго нет, – предположила я, хотя внутренний голос подсказывал, что дело в чем-то другом.

– Возможно, – неуверенно согласился Говард. – Но давайте подъедем осторожно, без шума.

Мы спешились и повели лошадей под уздцы, стараясь ступать тихо. Когда поместье показалось во всей красе, я едва сдержала удивленный возглас.

Во дворе горели факелы, закрепленные на наскоро сооруженных столбах, а в окнах первого этажа сияли лампы, создавая впечатление праздничной иллюминации. Но самым удивительным было количество людей и повозок у ворот – не менее десятка телег и множество работников, снующих между ними и домом.

– Что происходит? – пробормотала я, когда мы приблизились настолько, что могли разглядеть детали.

Работники таскали доски, инструменты, мешки с чем-то тяжелым. Некоторые поднимались на крышу, где уже были установлены строительные леса, другие занимались стенами, снимая старую штукатурку и готовя поверхность для новой. Весь двор напоминал муравейник, где каждый был занят своим делом, и всё вместе складывалось в удивительно слаженную картину.

– Мама! – раздался радостный возглас, и я увидела Лорен, выбежавшую нам навстречу. – Наконец-то вы вернулись! У нас столько новостей!

– Что здесь происходит? – спросила я, все еще пытаясь осмыслить увиденное. – Откуда все эти люди?

– Это работники лейра Хэмонда, – объяснила Лорен, помогая мне спешиться. – Он привез их сразу после того, как вы уехали. Говорит, что ценное стадо нуждается в достойном пристанище, а значит, и дом должен быть в порядке. Они уже починили большую часть крыши и начали восстанавливать стены. А еще привезли новые окна и двери!

Я растерянно оглядывалась, не в силах поверить, что всего за несколько часов моего отсутствия поместье так преобразилось. Конечно, работы еще было много, но прогресс казался поразительным.

– А где Амели? – спросил Говард, передавая поводья подбежавшему мальчишке, который, судя по одежде, был помощником конюха – еще одно новое лицо в нашем хозяйстве.

– В лаборатории, – улыбнулась Лорен. – Она в полном восторге. Рейнар привез еще какие-то редкие реактивы для ее экспериментов, и теперь они вместе что-то смешивают и перегоняют. Последний раз, когда я заглядывала, они были так увлечены, что даже не заметили меня.

– А сам лейр Хэмонд? – спросила я, направляясь к дому и попутно отмечая все изменения, произошедшие за день. Новые ставни на окнах первого этажа, свежевыскобленное крыльцо, даже дверные петли, которые больше не скрипели, когда массивная дубовая дверь отворилась перед нами.

– Он уехал в город за какими-то документами, – ответила Лорен. – Сказал, что вернется к ужину. О, и еще он оставил для тебя письмо. Дори положила его в кабинете.

Внутри дома тоже кипела работа. Рабочие снимали старые обои, другие шпаклевали стены, третьи занимались полами, заменяя прогнившие доски новыми. Воздух наполнился запахами свежего дерева, краски и известки.

– Это же… – я запнулась, не находя слов, – это же огромные затраты. Зачем лейру Хэмонду такая щедрость? Что за самоуправство!

Сердито высказавшись, я широким шагом направилась в кабинет, где на столе действительно лежал запечатанный конверт. Сломав печать, я обнаружила внутри письмо, написанное идеально ровным почерком:

«Лейна Элизабет, Прошу прощения за столь решительные действия в ваше отсутствие. Однако, осмотрев поместье более внимательно, я обнаружил, что некоторые работы нельзя откладывать – особенно касательно кровли и несущих балок. Надеюсь, вы не сочтете это вмешательством. Все расходы отец Рейнара взял на себя, считая это частью достойного откупа, который, согласно традиции, должен быть щедрым. С глубочайшим уважением, Хэмонд Вайлиш»

Я перечитала письмо дважды, не веря своим глазам. Такой наглости и самоуверенности я еще никогда не встречала, даже на приемах во дворце в Лавении, придворные действуют более тоньше…

Тихий стук в дверь, прервал мои гневные мысли.

– Мама! – воскликнула Амели, устремившись ко мне, в ее руках был маленький флакон с жидкостью удивительного изумрудного цвета. – Смотри, что у меня получилось! Это экстракт лобуртии, обработанный особым способом. Рейнар показал мне методику, которую используют горные целители. Такая капля способна снять сильнейшую боль почти мгновенно!

– Это замечательно, дорогая, – улыбнулась я, обнимая дочь. – Но нам нужно срочно поговорить. У нас… проблемы.

– Что случилось?

– Собирай Лорен и Говарда, – решительно сказала я. – Нужно всем вместе обсудить ситуацию. И чем быстрее, тем лучше.

Когда все собрались в кабинете и Говард плотно закрыл дверь, я рассказала о послании бургомистра и о лавенийских гонцах. По мере моего рассказа лица дочерей становились все серьезнее.

– Значит, мы снова должны бежать, – тихо произнесла Лорен, когда я закончила. В ее глазах мелькнула тоска, но тут же сменилась привычной решимостью. – Когда выезжаем?

– До наступления рассвета, – ответила я, разворачивая на столе карту, которую нам дал бургомистр. – Нам советуют укрыться в Зеленых Лагунах, за Туманными холмами. Это автономная область, где лавенийские гонцы нас не достанут.

– А поместье? – спросила Амели. – И козы? И… – она запнулась, и ее щеки слегка покраснели, – и лаборатория?

– Бургомистр обещал назначить временного управляющего, – пояснила я. – И это лишь на время…

– Но сейчас столько всего происходит, – с грустью протянула Амели. – Ремонт, лаборатория… И Рейнар…

При последнем слове она вновь покраснела, а Лорен тихо фыркнула, но тут же посерьезнела:

– Кстати, как быть с нашими гостями? Если они вернутся к ужину и обнаружат нас в процессе спешных сборов, вопросов не избежать.

Это был отличный вопрос, который я упустила в суматохе новостей. Действительно, как объяснить лейру Хэмонду и Рейнару нашу внезапную необходимость покинуть место, которое они с таким энтузиазмом помогают восстанавливать?

– Придется рассказать им правду, – неожиданно для самой себя решила я. – В конце концов, они уже вложили немало средств в наше поместье. Они заслуживают знать, что мы вынуждены временно его покинуть.

– Ты уверена, что им можно доверять? – осторожно спросил Говард, его морщинистое лицо выражало сомнение. – Мы мало знаем о них.

– Я не говорю о полном доверии, – уточнила