Несносные дочери леди Элизабет - Юлия Арниева

с палаткой, – попросила я и понизила голос, чтобы слышал только он, – проверьте все окна и двери перед сном.

Капитан кивнул, понимая без слов. Несмотря на кажущуюся доброжелательность гостей, осторожность никогда не бывает лишней, особенно когда речь идет о таких ценных подарках без видимых причин. Годы научили нас обоих, что за самыми щедрыми дарами часто скрываются самые коварные ловушки.

Когда все разошлись по своим комнатам, я задержалась в столовой, глядя на затухающие свечи, чьи языки пламени отбрасывали причудливые тени на стены, покрытые выцветшими гобеленами.

Я думала о том, что же на самом деле означает этот странный визит. Что движет лейром Хэмондом, явно небедным и влиятельным человеком, в его стремлении помочь незнакомкам? Мог ли он иметь какие-то свои планы на наши земли? И действительно ли Рейнар настолько очарован моей Амели? И как нам поступить с этим неожиданным богатством – стадом ценных коз, которое могло стать основой нашего благосостояния, но и также делало нас в некотором роде обязанными нашим благодетелям?

Глава 27

Утро выдалось ясным и свежим. Легкий бриз, пахнущий морской солью, разогретым песком и дикими травами, колыхал тонкие льняные занавески в моей комнате, когда я проснулась от громкого блеяния коз и окриков пастухов, гулко разносившихся по двору.

Быстро одевшись и приведя себя в порядок – заплетя волосы в простую косу и надев одно из немногих приличных платьев, бережно выстиранное Рут, – я спустилась на кухню, где уже хлопотала Дори, замешивая тесто для утренних лепешек. Ее руки, морщинистые и проворные, летали над широкой деревянной миской, ловко подсыпая муку, яйца и какие-то травы, наполнявшие кухню ароматом свежести и лета.

– Доброе утро, госпожа, – улыбнулась старушка, вытирая руки о подол передника, мгновенно оставившего на выстиранной ткани белые мучные следы. – Вы сегодня рано встали. А наши гости уже покинули нас. Встали ни свет ни заря, наскоро позавтракали – я им хлеба дала вчерашнего и молока парного, что пастухи принесли – и отправились на луг, что за северным холмом. Сказали, что начнут строить загоны и придут к обеду.

– Вот как, – удивилась я, не ожидав такой ранней активности. Обычно гости высокого происхождения предпочитали поздний подъем, особенно после долгой дороги. – И даже не попрощались?

– Лейр Хэмонд не хотел вас беспокоить, – пояснила Дори, ловко переворачивая лепешку на горячей сковороде, от которой исходил почти невыносимо аппетитный запах свежей выпечки, смешанный с ароматом пряных трав, добавленных в тесто. – Сказал, что вы наверняка устали и заслуживаете отдыха. Такой учтивый господин, я даже не ожидала. С виду суровый, а на деле внимательный и заботливый. А вот молодой лейр Рейнар оставил для лейны Амели какой-то сверток. Такой аккуратный, перевязанный синей лентой с серебряным шнуром. Я положила его у ее двери, не решилась беспокоить – она вчера допоздна в лаборатории сидела, я слышала, как склянки позвякивали до самой полуночи.

– Интересно, – пробормотала я, присаживаясь за массивный дубовый стол и принимая из рук Дори чашку с горячим травяным отваром, от которого поднимался ароматный пар, пахнущий мятой, мелиссой и чем-то еще, сладковатым и успокаивающим. – А остальные уже проснулись?

– Лейна Лорен ушла проверять силки, – сообщила старушка, сноровисто раскладывая на глиняном блюде румяные лепешки, от которых поднимался аппетитный пар, заставляющий желудок отозваться голодным урчанием. – Капитан Говард с Недом на крыше, чинят черепицу над восточным крылом. А лейна Амели… – Дори улыбнулась, и ее лицо с крупными чертами преобразилось, обретя мягкость и теплоту, – она просила разбудить ее, когда вы спуститесь. Всю ночь разбирала свои новые приборы, я слышала, как она ходила по комнате, что-то напевая под нос. Такая радостная, давно ее такой не видела.

Я кивнула, ничуть не удивляясь. Моя младшая дочь могла забыть о сне и еде, когда дело касалось ее любимых трав и зелий. А с появлением нового оборудования она наверняка полностью погрузилась в изучение возможностей, которые оно открывало. Амели всегда была самой увлекающейся из девочек – когда что-то захватывало ее внимание, она отдавалась этому целиком, забывая обо всем вокруг. В детстве таким увлечением были книги сказок и легенд, которые она могла перечитывать часами, скрывшись в уголке сада. Позже пришла любовь к травам и целительству, и это увлечение переросло в настоящую страсть.

Завтрак прошел в приятной атмосфере, несмотря на то, что стол был накрыт гораздо скромнее, чем вчерашний ужин. Лорен вернулась со своей охоты с двумя тушками зайцев, которые она гордо продемонстрировала, прежде чем отдать Дори для приготовления обеда.

– Еще видела следы лисы у западной опушки, – сообщила Лорен, отрывая кусок лепешки и макая его в мед, золотистой струйкой стекающий с деревянной ложки. – Крупная, должно быть. Следы глубокие, и когти четко видны. Может, завтра поставлю капкан – из шкуры вышла бы отличная отделка для зимнего плаща.

Амели спустилась последней, со следами недосыпа на лице – легкими тенями под глазами и чуть бледной кожей, но с таким счастливым выражением глаз, что сразу становилось ясно – ночь была потрачена не зря. Ее волосы, обычно аккуратно заплетенные, сегодня были собраны в небрежный узел, из которого выбивались непослушные пряди, а на щеке виднелось пятнышко какого-то зеленоватого вещества – должно быть, результат ночных экспериментов.

– Вы не представляете, какие возможности открывает это оборудование! – воскликнула она, едва сев за стол и схватив горячую лепешку, обжигая пальцы, но, кажется, не замечая этого. – Те колбы с двойными стенками позволяют поддерживать постоянную температуру настоев часами, не требуя постоянного подогрева. А перегонный аппарат из хрусталя дает такую чистоту экстракта, о которой я могла только мечтать! В нем есть особые фильтры с мелкими отверстиями, задерживающие даже мельчайшие примеси.

– И конечно, ты всю ночь это проверяла, – хмыкнула Лорен, намазывая на лепешку толстый слой меда с кусочками орехов, которые красиво поблескивали в утреннем свете. – Как будто нельзя было дождаться утра. А как тебе подарок, который Рейнар оставил? Дори говорит, это какие-то особенные травы.

– Какой подарок? – удивилась Амели, замерев с надкушенной лепешкой у рта, и стало ясно, что она еще не видела сверток у своей двери. Ее зеленые глаза распахнулись от удивления, а на щеках проступил легкий румянец.

– Дори сказала, что он оставил что-то для тебя, – пояснила я, наблюдая, как щеки дочери слегка порозовели, приобретая оттенок спелого персика. – Он, кстати, уже уехал с лейром Хэмондом на северный луг, строить загоны для коз. Судя по всему, они собираются серьезно заняться этим делом.

– О, – Амели выглядела одновременно разочарованной и заинтригованной. Ее взгляд метнулся