Несносные дочери леди Элизабет - Юлия Арниева

ним – четверо стражников в форменных камзолах с его гербом. Говард проверял упряжь ещё раз, а Тина суетилась, укладывая последние мелочи.

– Всё готово, лейна Элизабет, – доложил Говард, подсаживая меня в повозку. – Можем отправляться.

Я села рядом с дочерьми, которые уже устроились на мягких подушках внутри просторного экипажа. Лорен выглядела взволнованной, её глаза блестели предвкушением приключений. Амели же, напротив, казалась немного грустной, то и дело бросая взгляд на Рейнара, стоявшего у ворот.

– Не волнуйся, – тихо сказала я ей, сжимая её руку. – Три недели пролетят незаметно, и вы снова будете вместе.

Она благодарно улыбнулась, но в её глазах всё ещё читалась тоска.

– Возвращайтесь скорее, – сказал Рейнар, подходя к окошку повозки. – Я буду ждать и позабочусь о поместье, обещаю.

– Мы знаем, – Амели наклонилась, быстро целуя его в щёку, чем вызвала одобрительный свист одного из стражников и укоризненный взгляд Лорен.

– В путь! – скомандовал Хэмонд, и колонна тронулась.

– В путь, – эхом отозвалась я и обернулась, глядя на поместье, постепенно скрывающееся за поворотом дороги. В утреннем тумане оно выглядело почти призрачным – старое здание с частично отремонтированными стенами, садом, заросшим бурьяном. И всё же это был теперь наш дом, наше убежище, начало новой жизни.

– Мы вернёмся, – тихо произнесла я, словно давая обещание не только себе, но и поместью баронессы Марши, нашему новому наследию. – И сделаем тебя прекрасным, как в былые времена.

– Обязательно вернёмся, – уверенно сказала Лорен, тоже глядя на удаляющееся здание. Амели лишь кивнула, утирая непрошеную слезу. Для неё это прощание, пусть и временное, было особенно тяжёлым – она оставляла не только дом, но и человека, ставшего ей близким.

Когда поместье окончательно скрылось из виду, я выпрямилась и посмотрела вперёд, туда, где дорога уходила к горизонту. Впереди нас ждала столица, король, новые возможности и, возможно, новые опасности. Но мы были готовы встретить их вместе – как семья.

Конец первой части.