Запрет на браки в Чосоне. Том 1 - Чхон Чжихе

Что он пытается сказать этим своим взглядом?

– Да, пожалуй.

– Здесь опасно. Малейшая ошибка может привести к смерти.

– Неужели ты думаешь, что я этого не знаю? Похоже, Его Величество уже махнул на меня рукой. В конце концов, я доставила слишком много неприятностей.

– Здесь непросто. События могут развиваться вовсе не так, как ты ожидаешь.

– А я что? Все, что я делаю, – это успокаиваю короля и помогаю ему заснуть.

Синвону было грустно и досадно, что Соран не понимает истинного положения вещей. Согласится ли она возлечь с королем?

Соран любит деньги. Если ей предложат достойное вознаграждение, то она без колебаний согласится. Для любой женщины это все равно что поймать удачу за хвост – такая возможность улучшить свое положение в обществе лишь раз в жизни стучится в двери. А если Соран родит королю дитя, то станет героиней, спасшей Чосон от запрета на браки, что сделает их дальнейшую дружбу невозможной.

Неужели она согласится?

С одной стороны, это казалось маловероятным. Став наложницей короля, она будет заперта во дворце до конца дней своих, как птица в золотой клетке. А ведь она говорила, что собирается снова путешествовать по стране…

– Почему ты так смотришь на меня?

Разум Синвона был в смятении.

– Просто я беспокоюсь о тебе.

– Это я беспокоюсь о тебе! Ты выглядишь ужасно подавленным. Ты должен позаботиться о своих чувствах.

Позаботиться о своих чувствах?

Поначалу Синвон перенес на Соран свои чувства к другой женщине – той самой, которую он искал семь лет. Он забыл лицо Хёнсон, но Соран пахла похоже, поэтому его чувства крепли с каждым днем.

Однако теперь Синвон боялся, что она упорхнет, словно бабочка, и исчезнет из его жизни навсегда. Если она окажется в объятиях короля, то станет для него недосягаемой. Синвон не хотел отпускать ее.

Он колебался. Ему было не свойственно принимать решения поспешно и легкомысленно.

Соран села на коня первой и посмотрела на Синвона, давая понять, что если он собирается медлить и дальше, то с тем же успехом они могут отправиться в путь пешком. Синвон вскочил на коня и взял поводья, приобнимая Соран со спины.

Стоило им выехать за ворота, как к ним подбежал мальчик, который выглядел так, будто давно ждет, и протянул им записку.

– Кто тебе ее передал?

– Старик Кэи из «Адальтана», – ответил мальчик.

С чего бы это старику Кэи вдруг присылать послание?

Синвон с подозрением развернул записку. Она была написана торопливым почерком. «Соран нельзя возвращаться в “Адальтан”. Найди какой-нибудь предлог, чтобы не привозить ее».

Глаза Синвона расширились от удивления. Сердце его и так было в смятении, а теперь еще и это! Неужели предупреждение не возвращаться в «Адальтан» связано с тем, что Соран в опасности?

Какой бы ни была причина, это послание укрепило решимость Синвона. В его сердце, которое до этого было полно неуверенности, внезапно вспыхнула искра.

Соран с тревогой оглянулась и спросила:

– Что там написано?

– Мы должны бежать, – сказал он.

Что? Куда? Почему?

Не дожидаясь, пока Соран задаст эти вопросы вслух, Синвон пришпорил коня и поскакал сквозь ночь так быстро, как не скакал никогда прежде. Решившись, он пересек черту невозврата.

«Адальтан» был освещен одиноким тусклым фонарем, во тьме, окутывающей чайный домик, притаились зловещие тени. То были наемники. Люди, убивающие за деньги, знающие сотни способов оборвать человеческую жизнь и лишенные всякого чувства вины.

Внезапно в пелене ночи до них дошло сообщение.

– Они вышли за ворота дворца и уехали в другом направлении.

– Неужели?

Тот, кто казался их предводителем, с леденящим душу спокойствием встал.

– Поехали.

Все разом вскочили на своих черных коней и пустились вскачь – чтобы догнать женщину, которую им было приказано убить.

Во время комендантского часа городские улицы были пустынны, и Синвон погнал коня в сторону гор.

– Куда мы едем? – с тревогой спросила Соран.

Синвон направлялся к могильным холмам предков, надеясь найти там временное пристанище, где можно будет переночевать. Но вскоре сзади послышался тревожный перестук лошадиных копыт, причем не одной лошади, а нескольких. Судя по всему, за ними гналось около дюжины всадников. Синвон лишь крепче прижал Соран к себе и поскакал еще быстрее. В следующее мгновение раздался тихий свист.

Метательный нож попал в кожаное седло. Попади он в шею, то, учитывая его остроту и форму, ранение стало бы смертельным. Лицо Соран побелело от страха.

– Что происходит?!

Испуганный конь встал на дыбы и начал брыкаться, и вскоре их окружили люди в черных масках. Глаза их горели хищным блеском охотничьих соколов. Не раздумывая, они одновременно выхватили длинные мечи, целью которых была Соран. Однако она не была беззащитна: ее сопровождал не кто иной, как следователь из королевской службы. Если не покончить с ними обоими быстро, то последствия могут быть непредсказуемы.

– Убьем сначала его.

Наемники бросились на них одновременно, и было непонятно, от какого удара отбиваться первым.

– А-а-а!

От страха Соран крепко зажмурилась. Синвон, сохраняя спокойствие, быстро и умело отразил клинок, который оказался ближе всего. Плотно сжав губы, он прикрывал Соран одной рукой, а другой отбивался от мечей.

– Соран, пригнись!

Она послушно прижалась к лошадиной гриве, что дало Синвону большую свободу для маневра. Убийцы яростно нападали, целясь прямо в сердце, но ни одному не удалось пробить защиту Синвона.

Синвон встал в седле, ухватившись за гриву коня, и принял атакующую стойку. Казалось, он вот-вот свалится, однако он поставил ногу на голову лошади противника, чтобы восстановить равновесие, и принялся расправляться с нападающими один за другим. Его меч сразил нескольких наемников, и наступила короткая тишина. Осознав тщетность своего первоначального подхода, оставшиеся в живых убийцы выхватили по длинному мечу. Теперь каждый был вооружен двумя мечами. Казалось, справиться с ними будет невозможно, ведь одной рукой они могли целиться в Синвона, а другой – в Соран. Синвон развернул коня и пустился галопом в противоположном направлении, на скаку умело прорубаясь сквозь нависшие над головой ветви, чтобы создать препятствия, которые замедлят их преследователей.

Можно забыть о том, чтобы добраться до горы предков. Нет, любое место за пределами дворца представляет опасность. Следовательно, единственное, что оставалось, – это вернуться во дворец. Боль от нанесенных убийцами ран не шла ни в какое сравнение с той агонией, что пронзила его сердце. Вернуть Соран во дворец сразу после побега – все равно что добровольно отправить бедняжку в логово тигра!

Казалось, будто кто-то топором рубит его сердце.

До слуха Синвона доносился стук копыт – лошади наемников приближались, преодолевая импровизированные препятствия. Другого выхода не