Мартин Скорсезе. Главный «гангстер» Голливуда и его работы - Том Шон

еще четыре дубля, один круче другого. В одном из дублей Николсон вылил на стол виски и поджег его (впрочем, для фильма Скорсезе выбрал более раннюю версию). На монтаж этой сцены ушли месяцы, потому что она вызывала много вопросов. Каковы отношения Костелло с Костиганом? Каковы его отношения с Салливаном? Может ли он быть его отцом? «И в каком-то смысле это был момент, когда картина у меня сошлась, — сказал режиссер. — Он стал Богом-Отцом, он сошел с ума, и весь мир вокруг него обрушился. И он сделал то, что сделал».

Изначально Скорсезе хотел снимать этот фильм. Ему понравилась свобода языка в сценарии Уильяма Монахана (фактически это был ремейк гонконгского триллера 2002 года «Адские дела», действие которого перенесли в Бостон). Но он не знал, как поступать с этой историей. Раньше он уже обжигался, пытаясь порадовать своих студийных боссов жанровыми триллерами, но на этот раз «Warner Brothers» оказались очень заинтересованы в том, чтобы Скорсезе и Ди Каприо снова поработали вместе. Роль Фрэнка Костелло первоначально предназначалась для Роберта Де Ниро, а роль Колина Салливана — для Брэда Питта, который первым получил права на ремейк фильма. Однако соавтор Скорсезе по «Бандам Нью-Йорка» Кеннет Лонерган предложил привлечь к фильму уроженца Бостона Мэтта Дэймона. С предложением исполнить роль Костелло Скорсезе отправился к Николсону, актеру, которого он знал тридцать лет, но никогда не снимал его в своих фильмах, хотя очень хотел это сделать.

«Я хотел, чтобы Николсон сделал что-то значимое, — вспоминал он. — Я хотел, чтобы его присутствие перевернуло бы всю картину так, чтобы даже если бы он появлялся только в трех сценах, то вы все равно почувствовали бы присутствие этой огромной, почти богоподобной фигуры». Мир, изображенный в фильме, — это «мир, где морали больше не существует. И Костелло знает это. Я думаю, что он едва ли не выше всего этого. Он знает, что в мире, в котором они находятся, Бога больше нет… Меня просто захватили скорбь и чувство отчаяния из-за положения, в котором мы оказались 11 сентября. Каким-то образом все это стянулось воедино, что и помогло мне изобразить тот мир как моральный Ground Zero, нулевой уровень».

«При подготовке к съемке „Отступников“ был момент, когда я хотел выбросить на ринг полотенце. Я хотел сделать тот фильм, для которого был написан сценарий, но мне казалось, что студия хотела от меня чего-то другого. И я подумал: черт возьми, на этом этапе своей карьеры я просто хочу снять фильм. Снять фильм, оставаясь в рамках бюджета, но именно такой фильм, который я хочу сделать. А вы приходите на мой проект, вроде бы ко мне домой, и говорите, что актеры должны быть такими-то, а фильм — таким-то. Может быть, это вообще конец? Тогда просто выпустите меня отсюда, я собираюсь снимать фильм про то, как на сцене играют „The Rolling Stones“, вот и все».

«Отступники» стали первым фильмом Скорсезе за последние двадцать лет, подготовка к которому завершилась вовремя. Съемки начались весной 2005 года в пригородах Бостона и Нью-Йорка (из-за более серьезных налоговых льгот). Перед началом Скорсезе по своему обыкновению показал группе несколько классических фильмов. На этот раз это были классические триллеры в жанре нуар: «Враг общества» (1931) Уильяма Уэллмана и «Лицо со шрамом» (1932) Говарда Хоукса. Из последнего Скорсезе позаимствовал идею показывать крестообразный надрез всякий раз, когда герой обречен на гибель. «У всех героев этого фильма одна и та же судьба, — говорил Скорсезе. — Именно поэтому мы назвали их отступниками». С учетом того, что в фильме показано десять убийств (одно из тел, упавшее с большой высоты, «живописно» разлетается кровавыми брызгами), а также содержится более 230 случаев нецензурных ругательств, процесс предварительного просмотра материала, на котором настояла компания «Warner Brothers», принял затяжной и мучительный характер.

«Фильм стоил больших денег, в нем были заняты знаменитости, и поэтому мне пришлось очень тесно работать со студией, — вспоминал Скорсезе. — Смотрите, спорьте, обсуждайте, делайте что хотите. Наше дело — снимать. В результате мы в значительной степени получили именно то, что хотели, хотя в некоторых эпизодах нам пришлось уступить. Но сейчас это не имеет никакого значения. Дело в том, что сейчас я понятия не имею, стоит ли снова проходить этот процесс». По мере того как продвигался вперед монтаж фильма, Скорсезе становился все более озабоченным, поскольку ему предстояло вылететь в Нью-Йорк, чтобы снимать выступления «The Rolling Stones» для своего фильма-концерта «„The Rolling Stones“. Да будет свет». С другой стороны, он должен был провести еще одну неделю в Лос-Анджелесе, чтобы наблюдать за изготовлением монтажных копий фильма. Последняя часть процесса конверсии ленты должна была занять несколько дней, но когда компьютер в лаборатории начал сбоить и тем самым отбросил работу на два дня назад, терпение Скорсезе окончательно лопнуло.

«Я сказал: „Вот тут я не в курсе“. Я не видел этого фильма». Скорсезе впервые увидел свой фильм полностью только в день премьеры, которая состоялась в кинотеатре «Ziegfeld» на Манхэттене.

Невозможно себе представить, чтобы Скорсезе поступил таким образом с «Таксистом» или «Бешеным быком»: это бы выглядело так, как будто он бросил ребенка, выходящего из наркоза после операции. Что это было? Признак нетерпения Скорсезе, которому надоел бесконечный процесс перемонтирования картины? Раздражение боссами со студии, которое смешалось с пренебрежением к процессу предварительного просмотра? Наверное, и то, и другое, и третье. Но скорее всего, это поведение говорит о том, как мало Скорсезе думал о наградах: такой подход как-то не очень похож на действия мастера, который вносит последние штрихи в свой шедевр. Ирония судьбы состоит в том, что, потратив большую часть десятилетия на съемку фильмов категории «А» для Харви Вайнштейна, фильмов, которые должны были принести ему награды, Скорсезе в конце концов получил свой «Оскар» за «Отступников», динамичную, путаную и «низкожанровую» картину — как и все снятые им. Безусловно, «Оскара» «Отступники» НЕ заслуживали. Для того чтобы получать награды Американской киноакадемии, это слишком мрачный и слишком динамичный фильм, типичный фильм категории «Б». В нем все попадают в ад, а в конце никто выживает, кроме крысы и лучшего актера Скорсезе со времен Джо Пеши, который всегда готов выпасть из вагона.

Постановка и съемка сцены, в которой приспешник Костелло мистер Френч (Рэй Уинстон) оттаскивает