Еретики Аквасильвы - Ансельм Одли

— Держи лазутчика!

Двое парней схватили меня под руки и оттащили от девушки. Та села, отряхнула с волос налипшую грязь и радостно взвизгнула.

— Мы взяли пленника!

Я рванулся в сторону, пытаясь убежать. Для меня лучше было «умереть» в бою, чем оказаться взятым в плен. Однако мои усилия ни к чему не привели.

— Рано радуетесь! — крикнула Равенна.

Один из парней пошатнулся и упал на землю. Через секунду рухнул другой. Я сбил девушку с ног, и моя спасительница ударила мечом по ее браслету.

— Не забудь взять оружие!

Я поднял ближайший клинок, и мы побежали в джунгли. Минут через пять нам пришлось остановиться, чтобы перевести дыхание.

— Спасибо, — сказал я Равенне.

Моя рубашка намокла от грязи и пота. Сбоку зияла большая дыра.

Когда мы подбежали к откосу, бой был уже в разгаре. Нас осталось только девять, но мы оказались в тылу у бойцов Лиаса, которые защищали вторую тропу. Отряд Палатины теснил их к нам. Увидев тройные шевроны у атакующей стороны, я принялся наносить удары в спины защитников. Первый парень получил касание. Второй все же успел предупредить о нашем появлении.

Их малочисленная группа дрогнула. «Мертвые» отходили к скале, чтобы не мешать сражению. Люди Палатины прорвались к нам, а Лиас присоединился к отряду, прибежавшему из джунглей. Он обешал признать свое поражение, если я соглашусь провести с ним поединок на мечах.

— Доставь же мне удовольствие, Катан. Этой ночью ты стал моей Немезидой!

Лиас был выше на голову, шире в плечах и гораздо сильнее меня. Он прыгнул вперед и нанес рубящий удар, который сбил бы меня с ног, если бы я не парировал его. Мой ответный выпад получился запоздалым. По сравнению со мной Лиас выглядел более свежим. Казалось, что он вообще не продирался через колючие кусты и не ранил ноги на скользких скалах. Апелаги чувствовали себя в джунглях как дома. Они были здесь в родной стихии.

Когда я парировал его следующую атаку, послышался крик, и внезапно из джунглей появился отряд Микаса. Обогнув скалу, бойцы с двумя шевронами на рукавах помчалась к уцелевшим соперникам.

— Лиас, ты проиграл, — отступив на шаг, сказал я. — Но мы можем одержать победу вместе, если твои люди присоединятся к нам.

— Это против правил.

— У войны нет правил.

Он усмехнулся и, подумав немного, закричал:

— Воины Лиаса! Мы переходим на сторону Палатины. Атакуйте Микаса! Вперед! К победе!

Отряд Микаса ошеломленно остановился. Услышав команду Лиаса, кэмбрессцы поняли, что легкого сражения не будет. Палатина взмахнула мечом и, злобно улыбаясь, прокричала:

— Все разом! На врага! В атаку!

Мы с Лиасом повернулись и встали бок о бок. Наши мечи первыми встретили натиск противника. Моя рука ныла от сотрясений, клинки звенели. Несмотря на быстроту движений, нам пришлось отступить на пару шагов. И затем в один миг все изменилось. Нас окружили люди Палатины и Лиаса. Последних осталось не больше десятка, но их присоединение к нам обеспечило победу. Отряд Микаса начал отступать вниз по откосу.

— Сдавайтесь, или мы расправимся с вами! — с триумфом закричала Палатина.

Она бесстрашно вела нас в бой. Нам удалось раздробить отряд соперников на три небольшие группы. Микас остался блокированным на краю обрыва вместе с Дарием и несколькими кэмбрессцами. Его лицо покраснело от гнева.

— Сдавайтесь! — подхватил я крик Палатины. — Сдавайтесь!

Меня поддержали остальные ребята. Кровь в моих венах звенела от радостного возбуждения. Когда бойцы Микаса начали оросать оружие на землю, Лиас схватил меня за плечо и, усмехаясь, как безумный демон, пожал мне руку. Только Микас и его лучший друг по-прежнему сжимали рукояти мечей. Палатина вышла вперед и остановилась в трех шагах от них.

— Микас, тебе нечего стыдиться, — сказала она. — Ты сделал все, что мог.

Кэмбрессец выдержал минутную паузу, затем пожал плечами и бросил меч на землю.

— Почему бы и нет? — проворчал он. — У меня еще будет возможность взять реванш.

Это означало победу. Лиас вскинул кулак вверх и закричал:

— Палатина! Палатина!

К нему присоединилась Равенна, а за ней все остальные. Мы стояли на откосе горы, и эхо наших голосов разносилось по джунглям. Я никогда не чувствовал себя таким бодрым и радостным. Мне стало понятно, что именно называли «вкусом победы».

Эта победа была бескровной. Другие, которые, возможно, были у меня впереди, обещали горы трупов на полях сражений. Но я знал, что и тогда мое сердце будет звенеть от ликования. Пока же оно, к счастью, не омрачалось горечью от убийств и невосполнимых потерь.

Наше веселье оказалось таким заразительным, что к нему присоединился даже Микас. Он по-дружески обнял Палатину, и мне показалось, что это ей понравилось.

Вскоре появились Юкмадорий и Кламас. Они с улыбками наблюдали за нашим весельем. Затем, когда крики утихли, ректор торжественно сказал:

— Я объявляю результат учений. Победу одержал отряд Палатины. Впрочем, это и так очевидно.

Мы спустились с горы, собирая людей, которые остались на местах проведенных стычек.

Неподалеку от Цитадели в центре травяной лужайки горел костер. По краям ее на деревьях крепились факелы. Администратор крепости распорядился принести бочку лучшего вина. Нам подготовили праздничную встречу.

Взяв кубок с голубым фетийским вином, я подошел к шумной группе учеников. Здесь былипредводители трех боевых отрядов и их ближайшие помощники: Персея, Гаити, Юзакия и некоторые другие ребята. Палатина подняла кубок.

— За Катана! — провозгласила она тост. — За силу его красноречия!

Я покраснел от смущения. Лиас одобрительно похлопал меня по спине, едва не выбив кубок из моей руки. Мне пришлось сделать несколько быстрых глотков, чтобы остатки вина не вылились на землю.

— Не протестуй, мой друг, — сказал он. — Это ты уговорил меня примкнуть к отряду Палатины.

— Похоже на подкуп нужных людей, — проворчал Микас. До этих пор он принимал поражение с достоинством, но сейчас, хлебнув вина, снова превратился в брюзжащего сноба. — Ваша победа вызывает подозрение.

— По правде говоря, ты спланировал операцию лучше меня, — лукаво сказала Палатина. — Я выиграла это сражение только благодаря Катану. Иначе победа досталась бы тебе.

— При встрече с умным врагом рушатся даже гениальные планы. Мои действия были слишком прямолинейными.

Я впервые слышал, как Микас признал свою ошибку. Он рассказал нам о маневрах ведомого им отряда. Затем Палатина и Лиас раскрыли основные моменты их стратегических действий. Пока они говорили, Персея взяла меня под руку и тихо прошептала:

— Ты чудом не попал к нам в плен. С таким врагом, как Равенна, тебе не нужны никакие друзья.