Еретики Аквасильвы - Ансельм Одли

На мгновение в зале воцарилась тишина. Я был ошеломлен.

— Хм… А как вы узнали об этом? — спросила Палатина.

— В нашей библиотеке имеется три официальных документа, содержащих отчеты о Таонетарной войне. Кроме того, мы сохранили письменные свидетельства тех магов-еретиков, которым удалось бежать из столицы Фетии.

Юкмадорий подошел к небольшому столику, бережно взял в руки деревянную шкатулку и с благоговением открыл ее. Внутри находилась рукопись, завернутая в плюшевую ткань. Мы поняли, что рассказ ректора действительно был основан на реальных фактах. Несмотря на эти доказательства, я все еще не мог принять открывшуюся правду. История Таонетарной войны была знакома мне с детства. Я считал ее такой же фундаментальной и неоспоримой, как восходы и закаты солнца. И вот теперь моя вера не только подверглась сомнению, но и оказалась полностью разрушенной.

— Это личные воспоминания Кэросия о Таонетарной войне. Я уже говорил, что в сражениях с врагами он потерял отца и брата. Тем не менее ему удалось остаться мудрым и сострадательным человеком. Все его слова подтверждаются дневником высокопоставленного офицера, который сражался в имперской армии. Кроме того, у нас имеется летопись Илтиса — одного из городов, находившихся под властью Таонетара. Данный документ дает нам другую точку зрения на происходившие события. Вы можете ознакомиться с копиями этих текстов и при желании взглянуть на оригиналы. На них наложены магические чары сохранения, чтобы кто-то по неосторожности или злому умыслу не повредил страницы древних манускриптов.

Конечно, нам хотелось прикоснуться к этим реликвиям. Никто из нас даже и не думал о порче страниц. Преодолев ошеломление, я встал и последовал за другими учениками к столу.

Микас, как всегда, был первым. Он открыл книгу, и я заглянул через его плечо. Моя неприязнь к нему, вызванная солидарностью с Палатиной, на время забылась. Я посмотрел на страницы, которые он листал. Линий строк были ровными и аккуратными, буквы имели одинаковый размер, а твердый почерк хорошо читался. Черные чернила и белая вощеная бумага отличались высоким качеством.

Микас задержался на одной из начальных страниц и прочитал отрывок:

«В тот год мы приехали в Азаку с дружеским визитом. Я не видел Техуту два года. Его жена недавно родила ему наследника. Нас встретили с пышными почестями. Адмирал Сиделис лично демонстрировал нам лучшие корабли. Я до сих пор вспоминаю, как он светился от гордости, показывая новое флагманское судно, построенное по его чертежам…»

Юкмадорий попросил Микаса уступить место другим ученикам, и я внезапно оказался перед шкатулкой. Мои пальцы благоговейно прикоснулись к книге. Подумать только! Она когда-то находилась в библиотеке императора! Меня поразили качество и толшина страниц. Я выбрал отрывок из более поздних записей и по примеру Микаса прочитал его вслух:

«Эта битва стоила жизни многим — в том числе моему лучшему другу- Аквасильва потеряла верного защитника. Как назло, я в то время вел кавалерию слонов вдоль побережья, разыскивая таонетарный аванпост, о котором сообщал Беразоил…»

Мой язык запнулся на незнакомом имени.

«Синнира получила весть прежде меня, и когда я увидел ее заплаканное лицо, то догадался о потере. Гибель друга оставила во мне печаль, которая до сих пор не тускнеет. Он был лучшим из моих современников — неутомимым, энергичным, умным. Отныне моя сестра стала вдовой, ее сын — сиротой, а Радамантис пополнил список погибших героев».

Курсанты сменяли друг друга у раскрытой рукописи, по очереди читая отрывки и все дальше углубляясь в повествование о жестокой войне. Палатине попался фрагмент записей о поспешной коронации Этия; Персее — та часть, в которой говорилось о штурме Эран Ктхуна.

Когда каждый из нас прикоснулся к древнему манускрипту, Юкмадорий открыл последнюю страницу и прочитал последние слова Кэросия. Это были те самые строки, которые скопировала моя мать:

…И так случилось, что, стоя перед могилой брата, я смотрел на пустой океан в направлении дальних континентов, которые некогда были процветающими странами, а ныне превратились в разрушенные пустоши. Меня часто тревожит мысль: произошли бы эти беды, если бы мой отец был жив ? Но затем я вспоминаю о непрерывных войнах, происходивших между нами в прошлом. Мы потерячи мир. Это свершившийся факт. Однако теперь у нас появился шанс на новое начало и последующее благополучие. Я лишь надеюсь, что тень Этия найдет вечный покой, и что мы останемся верными той мечте, за которую погибло так много людей. Мои раны уже никогда не позволят мне сражаться в битвах и использовать магию. И даже теперь я не могу уйти из гавани без помощи Синниры. Мне удалось восстановить часть сил, но отныне страной управляют мой сын и племянник. Молю богов, чтобы они использовали свой шанс и сделали мир лучше, чем он был в мое время. Еще раз посылаю привет и прощаюсь,

Кэросий Тар'конантур.

— Он написал эти слова за два месяца до предательства сына, — мрачно сказал Юкмадорий.

Мне стало интересно, кому Кэросий посвящал свою книгу. Она открывала очень личные моменты — мысли воина, сражавшегося за свободу Аквасильвы, боль от потери брата, отца и друзей, скорбь о тысячах соотечественников, печаль человека, который в тридцать три года остался калекой, неспособным пройти сотню ярдов без помощи жены, И все, за что он боролся, было разрушено его сыном — первым ставленником Сферы и ее верховным жрецом. Свидетельства Кэросия показались мне более горькими, чем рассказ Юкмадория. Помимо бесстрастной статистики жертв и перечня военных компаний их наполняла личная печаль героя.

— Те Тар'конантуры, которых мы знаем сегодня, являются лишь жалкой тенью своих прославленных предков. Сын Валдура, Валентин IV, показал себя беспомощным и безответственным правителем. Его наследники также ничем не прославили род. Но двести лет назад Тар'конантуры были великим семейством — что бы вы о них ни думали. И Фетия недаром считалась одной из лучших империй. Теперь от нее остались одни воспоминания.

Осмотрев наши лица, Юкмадорий сказал:

— Ступайте. Занятий сегодня больше не будет.

Мы вышли из полумрака библиотеки во внутренний двор, наполненный солнечным светом.

— Я не могу поверить! — возмущалась Персея. — Этий, Кэросий, Таонетарная война! Все это извратили до полного безобразия! На самом деле Сфера основана на предательстве и крови…

— Подлыми отступниками, которые и теперь управляют ею, — мрачно добавила Палатина, — Неужели за всю свою историю Сфера не сделала ничего хорошего? Или это предубеждение, которое Юкмадорий хочет вбить в наши головы?