«Аристократ» из Вапнярки - Олег Фёдорович Чорногуз

class="p1">— История повторяется! — произнес вслух, выбрасывая записку в плетеную урну.

— Что вы сказали? — вытянулся в рупор Грак и наставил "мидасовые уши".

— Как уверяет Мурченко, мой молочный брат, вы идете по моим следам, хотя размер ботинок у вас больше. Что вы умеете? — спросил секретарь-референт (такую официальную должность занимал в «Финдипоше» Сидалковский) и новоизбранный глава месткома.

— Видите ли, я по профессии ветеринар…

— По диплому, — перебил Сидалковский. Грак ему не понравился — такие маленькие ростом люди всегда задорные и коварные, хитрые и льстивые, — а потому решил с ним не очень церемониться: — Лизать умеете?

— Простите, доктор, как лизать? — робко переспросил Грак.

Сидалковский еще раз взглянул на него: «Размер ботинок, как для его роста, велик. Носки острые и направлены в противоположные концы. Видно, натура беспокойна, нагла и уверена в себе. Интересно, каков он в плавках? Зачем я его раздеваю?»

— Как вы сказали, доктор?

Такое обращение Сидалковскому импонировало. «Во мне, черт возьми, что-то такое есть!»

— Я вас спросил, умеете ли вы лизать?

— Я, простите, вас не совсем понимаю, — Грак ковырнул ботинком паркет.

— Не делайте этого, — заметил Сидалковский. — У нас недавно был капремонт. Если вам не очень нравится слово «лизать», — внимательно взглянул Граку в глаза — он тотчас опустил их, — скажем деликатнее, хвосты на поворотах умеете заносить?

Грак некоторое время собирался с мыслями. Оправившись, он взглянул на Сидалковского теплым инфракрасным взглядом.

— Простите, доктор. Извиняюсь, снова вырвалось. Слово «доктор» у меня паразит… Я почти всех так называю…

— Можете называть меня просто: Сидалковский. Хотя можете и доктором. Это у вас неплохо получается. Сразу видно, что в художественной самодеятельности участвовали, Сидалковский выпрямился и показал Граку свои физические данные, тогда сел прямо на стол. В такие минуты он всегда нравился себе. А на фоне Грака даже постепенно начал влюбляться в себя. Жаль, нет напротив зеркала… — Как у вас с пропиской? У нас пригородная зона…

Грач замялся. Лицо его набрало цвета розового фламинго. "Ангел с розовыми ушами", — подумал о нем Сидалковский, взял ручку и нарисовал розового чёртика.

— Все ясно, прописки нет. Девушки нет, дома нет, надеюсь, долгов тоже нет.

— Есть, — этот звук, казалось, только вырвался из Граковой глотки, ударился о небо и застрял между редких и немного гнилых зубов.

«Видимо, орехи шелушит, как белка. Лучше бы морковь ел. Как кролик. Так не беречь зубов, — возмущался мысленно Сидалковский. — Да и не очень чистит. На болгарской пасте экономит, а харьковская таких зубов не берёт. Вставил бы пластмассовые. Есть же отличные пластмассовые зубы. Не хуже натуральных. Ходить с такими зубами? Неужели люди потеряли чувство хорошего?

— Так что у вас, кроме диплома, конечно? — повторил вопрос Сидалковский.

— Девушка, — Грак застенчиво опустил глаза и, артистически наклонив голову, замер.

«Неплохо, — оценил Сидалковский. — Интересная кадра. Ковбику может понравиться».

— У меня есть девушка, — громко повторил Грак.

— Не кричите так. Я прекрасно слышу, — поднял автостопом руку Сидалковский. Грак удивился и пожал плечами. — Не подчеркивайте это. Если вы ее любите, то забудьте немедленно. Немедленно забудьте! Слышите, Грак?

У Грака расширились зрачки, как диафрагма в фотоаппарате в пасмурную погоду.

— Как так — забыть?

— А вот так, — поднялся Сидалковский. «Мэтр восемьдесят. Разогнулся — метр восемьдесят два с половиной». Где-то внизу стоял Грак. — Ваша девушка не местная. Дома у нее нет, прописки, как и у вас, нет. Она едет по назначению в деревню. А вы не хотите… Там она выйдет замуж за механизатора широкого профиля. Вас, Грак, забудет. Будет воспитывать детей. Полноценных, здоровых, румянощеких и немного чумазых. Заведет хозяйство. Ездить в столицу. Чаще, чем вы здесь, будете ходить в театры. Кстати, будет ездить на своей машине. Механизаторам продают в первую очередь. Будет посещать цирк, оперу, музеи, балет на льду. Вы же будете сидеть в Киеве или Кобылятине-Турбинном. Женитесь на дочери отставного полковника или… Здесь их вокруг столицы — как спутников вокруг Земли. А может, вам повезет больше других — возьмете дочь генерала. Род войск для вас, думаю, не имеет никакого значения. Будете бегать по мебельным магазинам. По знакомству, через грузчиков, будете доставать импортную мебель. Для красоты и эстетики советую брать немецкие, но они с опилок. Не шумящая, а прессуемая из опилков. Для крепости берите румынские. Впоследствии женщина потащит вас по художественным салонам. Там вы будете покупать разноцветные свечи, позолоченные канделябры, то есть подсвечники. Пить вечером горячий кофе под музыку со световыми эффектами. Возможно, повесите пару старых икон, два-три вышитых полотенца. Генерал подарит вам магнитофон. Достанете парочку бобин. Жена нацепит вам на грудь позолоченного крестика. Его и яркие японские плавки с широким поясом будете носить в Ялте или в Евпатории, на пляже. Потом вам Крым надоест. Вас потянет в Карпаты. Позже в Прибалтику: Палангу, а может, в Дубулту. Со временем и это приестся. Захочется вам на свободу, в пампасы… Но у нас пампасов нет.

Грак не спускал с Сидалковского глаза и возвращался за ним, как флюгер по ветру.

— Я не оракул, не комиссар Мегре и не Агата Кристи. Не смотрите на меня так, Грак. Ума здесь немного нужно. Была бы ваша девушка дом, вы бы уже пришли к нам с полноценным паспортом и пропиской. По крайней мере, заверили бы меня, что прописка через месяц-два… А так нет. Правда, нет?

— Нет, — вздохнул Грак.

— Тогда слушайте меня. Вы мне начинаете нравиться. У вас есть что-то от адъютанта. Это то, чего мне не хватает. А природа, как вы знаете, не любит пустоты. Тогда садитесь и слушайте, — не унимался Сидалковский. — Что у вас есть?

— Диплом…

— Не перебивайте, Грак. Я философствую. Дипломы теперь у всех есть, — он себя не уточнил. — А вот уху варить умеет не каждый. Даже те, что оканчивают университеты или академии. Вот как вы, например. Вы умеете варить уху?

— Какую уху?

— Рыбью: двойную, тройную или обычную, одинарную. С уткой или с курицей на дне котла…

Грак поднял плечи так, будто на них уже появились адъютантские аксельбанты.

— Ясно. Нет жизненного опыта. Этого ни одно учебное заведение не дает. А рыбу вы хоть ловить можете? Удочками?

— Никогда не пробовал. Может, и смогу.

— Вы что, в степи под Херсоном жили, Грак?

— В степи. Река у нас на лето высыхала.

— С такими данными в Финдипош вам, Грак, попасть просто невозможно. А дух из бутылки, — процитировал Сидалковский Стратона Стратоновича, — вы выпускать умеете? А-а, пардон. Вы не знаете, что это такое? Скажем проще. К образным ассоциациям вы, вижу, не привыкли. Как вы пьете? Только честно…