Милая моя... - Инга Берристер

– Извините, но магазин еще не работает. Открытие состоится в воскресенье.

– Я это знаю. – Голос звучал холодно, немного скрипуче и напряженно, как будто незнакомец был очень зол, но сдерживался.

Взглянув на него повнимательней, Трейси увидела, что так оно и есть, это было заметно по холодку в серых глазах и плотно сжатым губам. От предчувствия беды сердце замерло.

– Кроме того, я вовсе не собираюсь покупать у вас обувь, мисс Картер.

Не собирается? В таком случае что ему надо? Может быть, это местный чиновник? Не нарушила ли она ненароком какое-нибудь правило организации торговли?

Обеспокоено нахмурившись, Трейси неуверенно спросила:

– Но тогда… тогда… зачем вы сюда пришли?

– А вот это, – резко ответил он, – я хотел бы обсудить с вами наедине!

Наедине. Сердце ее дрогнуло. Когда-то, давным-давно, другой мужчина тоже захотел обсудить с ней кое-что наедине. В результате этого «обсуждения» на свет появилась Люси, и хотя смешно было предполагать, что у неожиданного посетителя на уме то же самое, Трейси не смогла сдержать испуганной дрожи.

– Боюсь… боюсь, что это невозможно, – торопливо проговорила она. – Видите ли, я как раз собиралась забрать свою дочь… Может быть, если мы договоримся о следующей встрече…

Он хрипло рассмеялся.

– О, вам только этого и надо, не правда ли? Интересно, что творится сейчас в вашей хитроумной головке, мисс Картер? Что ж, извините, но у меня нет времени на заигрывания с женщинами. Я хочу от вас только одного – заверения в том, что с этого дня вы прекратите всякие отношения с моим зятем.

Трейси от удивления даже открыла рот. Этот человек явно пришел не по адресу… А может, он просто сумасшедший. Гнев пересилил страх.

– Извините, но ничем не могу вам помочь! – резко ответила она.

Действительно, о чем он говорит? Должно быть, просто перепутал ее с кем-нибудь. Столь необычное поведение можно было объяснить только этим.

Но тут ничего не понимающая Трейси увидела, как мужчина вытащил из заднего кармана джинсов чековую книжку и, презрительно скривившись, открыл ее.

– Понятно, – протянул он. – Что ж, надеюсь, это поможет убедить вас. Как видите, я готов ко всему, мисс Картер. Разумеется, я не предполагал, что вы прекратите эту постыдную любовную связь из одной сердечной доброты, которой, уверен, у вас нет. Десяти тысяч фунтов хватит?

– Десяти тысяч фунтов… – Она почувствовала головокружение.

– Вам этого мало? Что ж, назовите свою цену.

Трейси заметила промелькнувшее в его глазах гадливое выражение, и крайнее изумление уступило место ярости.

– Вон отсюда! – потребовала она. – Вон, пока… пока я не вызвала полицию!

Слишком много эмоций, досадливо подумала Трейси, это может быть опасным. Мужчина явно не в себе. Кто знает, что способно прийти такому в голову, если она будет угрожать ему?

– Весьма эффектно, но едва ли убедительно. Да и что вы им можете сказать? Что я предложил вам десять тысяч фунтов с целью предотвратить крушение семьи моей сестры? Они решат, что с вами поступили вполне честно. В нашем городе людям небезразлична судьба соседа. Даю вам двадцать четыре часа на то, чтобы обдумать мое предложение. А после этого… Что ж, так или иначе, но я собираюсь остановить вас.

Не в состоянии вымолвить ни слова, Трейси молча наблюдала за тем, как он открывает дверь и выходит из магазина. Она так и стояла на том же месте вся в холодном поту от пережитого, когда несколько минут спустя в магазине появилась Энн Филдинг, ведущая за руку Люси.

– Что тут мог делать Джеймс Уоррен? – поинтересовалась она. – Он всегда проявляет нечто вроде патриархального интереса ко всему, что делается в округе, – наверное, потому, что принадлежит к семье основателей города. Но никогда бы не подумала, что его сможет заинтересовать магазин детской обуви. Если только… – Она внимательно посмотрела на Трейси и озабочено воскликнула: – Трейси… что с вами? Люси, сбегай наверх и принеси маме стакан воды. Кажется, она плохо себя чувствует.

– Вы не можете повторить это еще раз, Энн? – с трудом выговорила Трейси.

– Повторить что? – с удивлением спросила ее приятельница.

– Скажите еще раз, кто сейчас вышел из магазина.

Энн нахмурилась.

– Пожалуйста… Джеймс Уоррен, разумеется.

– Джеймс Уоррен. – Губы Трейси скривились в горькой усмешке.

Все ясно. Теперь не надо гадать, чьи права так страстно защищал неожиданный посетитель. Оставалось только выяснить, с чего он взял, будто она проявляет интерес к Николасу Форбсу или к его семье. Если уж на то пошло, если его действительно волнует судьба сестры, то надо было обращаться к ней самой, потому что именно ее поступки, ее поведение, ее стремление всюду выставлять себя напоказ и подчеркивать разницу между братом и мужем – именно это больше всего угрожало ее браку.

– В чем дело, – продолжала беспокоиться Энн. – Когда я вошла, вы выглядели такой бледной, как будто вот-вот упадете в обморок.

Быстро ухватившись за неосознанно предложенное Энн объяснение своего состояния, Трейси с готовностью согласилась:

– Да, мне стало дурно. Думаю, это все из-за жары.

– Конечно, вам пришлось нелегко. Я знаю это по собственному опыту. Когда-то мы с Томом тоже начинали свое дело. Но уверена, у вас будет все хорошо, раз уж сам Джеймс Уоррен решил взять вас под свое крыло…

Трейси невесело рассмеялась.

– Я совершенно не нуждаюсь в покровительстве человека, воображающего себя местным лордом… Спасибо, что привели Люси, – быстро сменила она тему, ясно давая понять, что хочет побыть одна, и Энн, попрощавшись, тактично удалилась.

Оставшись одна, Трейси задумчиво уставилась в пустое пространство перед собой.

Джеймс Уоррен. Так, значит, это был могущественный сводный брат Клариссы Форбс. Весьма внушительного вида джентльмен, но ее он не запугает. И стоит ему вновь появиться здесь со своими смехотворными обвинениями, она ясно даст ему понять всю их абсурдность.

Как только он осмелился предположить такое?.. Как только осмелился?.. Трейси нахмурилась. Но откуда ему пришла в голову мысль о том, что у нее могут быть какие-то иные отношения с Николасом, помимо чисто деловых?

Выяснить это можно было только одним способом. Когда всемогущий Уоррен заявится сюда со своими угрозами в следующий раз, она должна быть во всеоружии. Надо позвонить Николасу Форбсу и разузнать, с чего это его шурин решил, будто бы они состоят в любовной связи. Более того, это следовало сделать прямо сейчас, прежде чем ее гнев остынет и верх возьмет разумное начало.

2

Устроив Люси в их маленькой гостиной и выслушав ее оживленный рассказ о событиях дня, Трейси прошла в комнату, которую отвела под свой кабинет, и сняла трубку телефона.