Прядильщица Снов - Тория Кардело

class="p1">Аля положила голову ему на плечо, чувствуя, как мягкая ткань его пиджака касается ее щеки.

— Я вижу тебя настоящим, — прошептала она. — Таким, какой ты есть на самом деле.

Он обнял ее за плечи, словно защищая от всего мира. Словно создавая для неё особое пространство, куда не могли проникнуть ни боль, ни страх, ни сомнения.

— Знаешь, — произнесла она после долгого молчания. — Там, в моем мире… есть кое-кто похожий на тебя.

Ноктюрн слегка напрягся, но не отстранился:

— И кто же это?

Аля наморщила лоб: забавно, что в этом прекрасном месте воспоминания о реальной жизни с каждым разом становились всё более размытыми, утопали в призрачной дымке грёз, безвозвратно уходящих в небытие времени и пространства. Грёз неуклюжей толстушки Али.

— Мой одноклассник. Его зовут Роман. У него твое лицо, твои глаза… но он совсем не такой, как ты. Он холодный, отстраненный. Даже не замечает меня.

Але показалось, что Ноктюрн вздрогнул и нахмурился, но тут же, словно спохватившись, вновь расплылся в мягкой таинственной полуулыбке.

— Как можно не замечать тебя? — в голосе Ноктюрна прозвучало искреннее удивление. — Ты подобна редкому цветку среди сорняков.

Аля грустно улыбнулась:

— Там я не такая. Там я… другая.

«А может, там меня и вовсе нет? Вдруг, это место реальность, а та жизнь — просто кошмарный сон?»

Ноктюрн повернул ее лицо к себе, легко коснулся подбородка:

— Это не имеет значения. Внешняя оболочка — лишь иллюзия. Настоящая ты — здесь, — он коснулся пальцем ее висков, — и здесь, — его рука опустилась к сердцу.

— Но он выбрал другую, — прошептала Аля. — Самую красивую девушку в школе. Такую же холодную и недоступную, как он сам.

— Возможно, — мягко произнес Ноктюрн, — он просто еще не научился видеть суть вещей. Мы всегда выбираем похожих на нас самих людей, когда боимся чего-то нового.

Аля подняла на него взгляд:

— Помнишь, как мы в прошлый раз почти дошли до моря?

Ноктюрн улыбнулся — той особенной улыбкой, от которой у Али перехватывало дыхание:

— Конечно.

Он поднялся и протянул ей руку:

— Пойдём туда снова?

Они шли по саду, держась за руки, как влюбленные из старинных романов. Яблоневые аллеи сменились тропинкой, ведущей вниз по пологому склону. Ноктюрн рассказывал ей истории о звездах, о древних созвездиях и легендах, связанных с ними. Его голос обволакивал теплым пледом в холодную ночь.

— Каждая звезда — это чья-то мечта, — говорил он, указывая на мерцающие точки над головой. — Окно в другие слои сновидений.

— А есть ли другие миры, кроме этого и моего? — спросила Аля. — Кроме сна и реальности?

— Миры снов бесконечны, — ответил Ноктюрн. — Они существуют внутри друг друга, переплетаются, как нити в ткани мироздания. И иногда… иногда человек может путешествовать между ними.

— Как мы с тобой?

— Почти, — кивнул он. — Но не все могут видеть эти двери. Не все готовы переступить порог.

Аля задумалась:

— А что, если я однажды не смогу вернуться? Что, если застряну здесь?

Ноктюрн остановился и повернулся к ней:

— Разве это было бы так плохо? Остаться там, где тебя любят и понимают?

Аля не ответила. Мысль была пугающе заманчивой.

Тропинка вывела их к берегу бескрайнего моря, мерцающего под светом звезд и луны, висящей в небе огромной жемчужиной. Волны с легким шепотом накатывали на песчаный берег, оставляя на нем тонкую кружевную пену. Море светилось изнутри, словно в его глубинах плавали бесчисленные звезды.

— Оно прекрасно, — выдохнула Аля, зачарованно глядя на водную гладь.

Они стояли у самой кромки воды. Мелкий белый песок под ногами был теплым, будто его нагрело несуществующее здесь солнце. Морской бриз играл с волосами Али, окутывал ее ароматом соли и свободы.

Ноктюрн стоял за спиной, обнимая за плечи, и Аля невольно ощущала, как его сердце бьется в такт с ее собственным.

— Ты веришь в судьбу, Аля? — спросил он тихо.

— Не знаю, — честно ответила она. — Если судьба существует, то почему в моей той жизни так много боли?

— Может быть, потому что иначе ты никогда не нашла бы дорогу сюда, — он развернул ее к себе. — Может быть, боль — это та цена, которую мы платим за возможность увидеть что-то большее.

Его лицо было так близко. Аля видела каждую деталь — длинные темные ресницы, тонкие линии бровей, родинку на правой скуле. Чувствовала его дыхание — теплое, с легким ароматом мяты — на своих губах.

— Я боюсь, — прошептала она. — Боюсь, что все это исчезнет. Что я проснусь, и тебя не будет рядом.

— Я всегда буду рядом, — Ноктюрн поднял руку к ее лицу и нежно коснулся щеки. — В твоем сердце, в твоих снах, в твоих рисунках. Я часть тебя, Александра. Самая лучшая часть.

И тогда это случилось. Ноктюрн наклонился и коснулся её губ своими — мягко, осторожно, словно боялся спугнуть момент. Первый поцелуй. Сердце Али затрепетало, как пойманная птица, тепло разлилось по всему телу, достигая кончиков пальцев. Она закрыла глаза, полностью отдаваясь этому новому, неизведанному ощущению.

Губы Ноктюрна были теплыми, мягкими, с легким привкусом мяты и, кажется, самого сияния звёзд, если бы оно обладало вкусом. Аля ощутила себя невесомой, словно ее тело состояло из света и морской пены. Поцелуй длился вечность — или всего мгновение — она не могла определить.

Когда Ноктюрн отстранился, Аля медленно открыла глаза. Мир вокруг словно стал ярче, четче, ближе. Она видела каждую деталь его лица, каждый отблеск звезд в его глазах.

— Я люблю тебя, — прошептал Ноктюрн. — С первого взгляда. С первого сна. Всегда.

Аля хотела ответить, но слова застряли в горле, поэтому просто кивнула, смаргивая слёзы счастья.

Они стояли на берегу звездного моря, как две души, нашедшие друг друга в мире снов, и Аля точно знала — что бы ни случилось в реальности, здесь, в ее снах, она всегда будет счастлива.

* * *

Внезапно, словно повинуясь невидимому импульсу, Ноктюрн схватил Алю за руку и потянул к воде. Его глаза сверкнули озорным блеском, а улыбка стала шире.

— Идем! — воскликнул он, делая несколько шагов в набегающие волны.

— Ты что? Мы же в одежде! — рассмеялась Аля, но не сопротивлялась.

— Разве это имеет значение? — Ноктюрн уже стоял по колено в светящейся воде, брызги разлетались вокруг него мерцающими каплями. — Это же сон. Твой сон.

Аля робко шагнула вперед, и теплая, почти парная морская вода ласково обняла ее щиколотки, слегка покалывая кожу. Подол платья тут же намок и потяжелел, но Аля больше не боялась.

— А-а-а! — закричала она, бросаясь вперед и обдавая Ноктюрна веером серебристых брызг. От неожиданности