Неприкаянный 3 - Константин Георгиевич Калбанов

средства в оборону Артура. Вам ли об этом не знать, Александр Васильевич? — продолжая смотреть ему в глаза, ответил я.

— Хорошо, я скажу иначе. Откуда такой пессимизм? — понимая, что обвинять меня в пораженчестве, по меньшей мере неразумно, спросил Колчак.

— Так, как воюем мы, войны не выигрывают, а проигрывают. Причём с разгромным счётом. Увы. Да, вы и сами видите все просчёты, как и плачевное состояние кораблей. Не слепые же, в самом-то деле.

— Олег Николаевич, об этом мы и без вас знаем. Лучше расскажите о подводной лодке. Как вам воевать из под воды. Всё же судёнышко Джевецкого, даже с двигателем не полноценная подводная лодка, — решительно вклинился Рощаковский.

Я мысленно поблагодарил его, и с готовностью переключился на новую тему. Всё же Александр Васильевич становится весьма тяжёлым в общении, когда речь заходит о долге и служении отечеству. Какой бы сволочью он ни стал в будущем, нельзя отрицать того факта, что это человек без сомнений храбрый, который и себя не щадит, и к другим жалости не имеет.

Однако дуболомом Колчака не назвать и смену темы разговора он принял, не став обострять. К тому же подводное дело ему явно интересно и всё новое воспринимается с оптимизмом.

— Кстати, вы в курсе, что Налётов строил не просто подводную лодку, а минный заградитель. Тайные минные постановки из под воды в самых неожиданных местах. Как по мне, то задумка просто замечательная, — заметил Колчак.

— Я в курсе этого плана, но не в Артуре осуществлять данную задумку. Не та обстановка, да и производственная база слабенькая, — покачав головой, возразил я.

— А чем ваш «Скат» не заградитель? Вы же на катере умудрялись за раз по восемь мин выставлять, — напомнил Колчак.

— И при этом плелись как беременные коровы. Хорошо хоть мины предварительно доставили и выгрузили на берегу. Иначе ничего не вышло бы, — заметил я.

— Вопрос не в этом. Если немного поколдовать, то на палубе вашего «Ската» можно устроить рельсы для десяти или пятнадцати мин. Уж на это-то производственных мощностей в Артуре хватит.

— Не более десятка мин, или придётся избавляться от носового и кормового люков, что категорически неприемлемо. Правда об артиллерии в любом случае можно забыть.

— А есть толк от вашей пушки? — спросил Колчак.

— Александр Васильевич, вы забыли, что Олег Николаевич захватил миноносец, которым вы имеете честь командовать, — напомнил Рощаковский.

— Ах, да. Слона-то я и не приметил. Прошу простить, — с наигранной растерянностью почесал затылок Колчак.

— Миноносец это скорее удача, господа. Я отвожу артиллерии иную роль. Как показала практика, угнаться за грузовым судном совсем непросто. Многие пароходы способны набрать ход выше чем мы в надводном положении. А если на борту транспорта имеется вооружение, то и вовсе может получиться кисло. Пробоины, и мелкие в том числе, подводной лодке противопоказаны куда больше чем миноносцу. Поэтому с помощью орудия мы издали наносим повреждения, чем замедляем цель, затем сближаемся и атакуем минами из подводного положения.

— Хм. Занятно. И сколько судов вы так потопили? — спросил Рощаковский.

— Пока только одно. Но уже успели оценить эффективность данного тактического приёма.

— То есть идею с минами на палубе вы считаете несостоятельной? — то ли сделал вывод, то ли спросил Колчак.

— Отнюдь. Вы совершенно правы. Просто я указываю на то, что до момента установки мин, лодка по факту будет небоеспособна и об охоте можно забыть. Если только нам не повезёт и цель сама не подставится под наш удар. Ну и такой момент, что постановка возможна лишь в надводном положении.

— Да и бог с ним. Это ведь попутная задача. Выходите к какому-нибудь порту выставляете мины, и далее уже начинаете охоту на транспорты. Даже если никто не подорвётся, а лишь пойдут слухи о русских минах в том же Токийском заливе, шум поднимется до небес. В результате этого иностранные капитаны и торговые компании десять раз подумают прежде чем соваться в Японию. Я вообще не понимаю, что вы делаете в Артуре, в то время как должны наводить страх и дрожь на вражеских коммуникациях.

Ну что сказать, по идее у меня должны сейчас гореть уши. Ведь прав Колчак. Сотню раз прав. Толку там от меня будет куда больше. Правда я не верю в то, что охота на транспорты переломит ситуацию на фронте. Японцы уже прошли точку невозврата, и нацелены на победу любой ценой, иначе их экономике придёт окончательный и бесповоротный абзац. К тому же они до сих пор полагают, что сумеют стрясти с русских контрибуцию.

Казалось бы, самураи потеряли два броненосных и три бронепалубных крейсера, сверх того, что было в известной мне истории. А это серьёзно подорвало их силы. Однако когда клюнул жареный петух, тут же приобрели три эскадренных броненосца. Причём в кредит под грабительские проценты, который придётся выплачивать с невероятным напряжением для экономики. Однако они пошли на это.

Так что, в неодолимое желание японцев выиграть войну, я верил, а в нашу победу нет. В Артур же я поначалу прибыл влекомый банальным любопытством. Потом решил поглядеть, чем чёрт не шутит, не выстоит ли крепость до конца войны. Вывод однозначный — не сумеет.

Тогда появилось желание попробовать интернировать в Чифу если не весь артурский отряд, то хотя бы часть кораблей. Ведь в известной мне истории в Первую мировую, России пришлось выкупать у Японии свои же корабли. В частности, крейсер «Варяг», броненосцы «Полтава» и «Пересвет». Если у меня не выгорит авантюра с телеграммой, тогда с чистой совестью отправлюсь в обратный путь.

Свой ход я сделал. Теперь оставалось ждать, что из этого получится. Я конечно попытался напустить страху, но без понятия насколько это подействует на адмиралтейство и царя лично. Ведь могут по своему обыкновению начать чесать репу, а то ещё и консультации затеют. Первая же телеграмма Вирену с уточнениями поставит жирный крест на моей затее.

— Спасибо, Александр Васильевич за подсказку. По возвращении во Владивосток непременно озабочусь этим вопросом.

— Мне казалось вы не любите откладывать дела в долгий ящик, — хмыкнул Колчак.

— Потому что просто проложить рельсы не получится. Нужно всё рассчитать, укрепить верхнюю палубу. Шутка ли, одна мина весит двадцать шесть пудов. А вставать на модернизацию в Артуре как-то не особо хочется. Не хватало только как «Самурай» получить крупнокалиберный фугас, пока будем стоять у стенки.

— Ну так отгоните японцев от Артура, — предложил Колчак, и продолжил. — Ваш «Скат» далеко не «Пескарь», которого при должной сноровке сможет загонять и один миноносец. Он и под водой-то может провести лишь несколько минут.