Обратный отсчет: Распад - Токацин

как кинетические снаряды отлетают от нагрудника, и броня слегка дымится. Потом наверху заорали, а ещё через пару секунд кто-то вцепился в его руку и с силой дёрнул.

— Пошёл!

Из проёма между плитами выглядывал Ренгер. Скегги уже выбрался на край арены и стоял у двери, глядя на застрявших сородичей. Гедимин, перекатившись на живот, сполз в проём и так быстро, как только мог, двинулся к выходу. «Макаки» их отползания, кажется, не заметили — в центре арены стоял «Хоук», вскинув все конечности и качаясь из стороны в сторону, и вопли с трибун предназначались ему.

— Податчик перекосило, — начал объяснять Гедимин, едва закрылась дверь. Ренгер тяжело вздохнул и жестом попросил заткнуться.

Снаружи ненадолго стало тихо. Потом замигала сигнальная лампа. Скегги молча толкнул Гедимина в грудь, отодвигая от двери, и вместе с Ренгером вышел на арену. Ремонтник озадаченно пожал плечами и налёг на створку, задвигая её в паз. Теперь можно было спокойно сидеть и смотреть в окошко на обломки, сетку, новый, ещё не помятый «Хоук» и мелькающие среди укрытий чёрные шлемы. Издалека, сквозь стекло и защитное поле, экзоскелет даже казался исправным… ну, по крайней мере, не раздражал.

Видимо, и Скегги, и Ренгеру игра уже наскучила — первый лениво прополз пару метров и залёг, второй кинул камушек «Хоуку» в макушку, а через несколько секунд медленно выпрямился и лёг грудью на плиты. Гедимин не заметил, в какой момент экзоскелетчик «подстрелил» его — кажется, всё-таки до падения.

«Глупое какое-то развлечение,» — думал сармат, с надеждой глядя на закрытую дверь — может, этот «раунд» был последним? «Что они хотят изобразить? Что сармат не одолеет экзоскелетчика? И поэтому мы безобидны? Но война была только что. Все знают, что это враньё. Что, правда верят?»

— Всё, — бросил Скегги, проходя мимо Гедимина, и на секунду прижал ладонь к виску. — Конец программы. Сейчас выйдем показаться — и на базу.

Гедимин облегчённо вздохнул.

Лампа загорелась не сразу. Сначала вышли экзоскелетчики — в смотровое окошко Гедимин разглядел помятый «Хоппер» и покорёженные турели «Хоука». «Сломал лишнюю,» — с досадой подумал сармат. «Будет работа ремонтникам…»

Их выпустили через минуту, когда крики, хлопки и свист затихли. Гедимин остановился там же, где Скегги и Ренгер, покосился на них — они не махали руками, просто молча стояли, и их глаза были скрыты затемнёнными щитками. Кто-то сверху захлопал, раздался одинокий возглас, и снова наступила тишина. Скегги медленно развернулся и пошёл к выходу.

… — Я предлагал проверенного бойца.

— Да никаких претензий, мистер Ло, — человек в бронежилете под полицейским комбинезоном настороженно покосился на Гедимина и выдал кривую улыбку. — Никаких претензий. Парням полезно взбодриться. Совсем распустились, — и эти ещё из лучших! Теперь им надолго хватит веселья.

Он недобро усмехнулся.

— Я могу отрем… — начал было Гедимин, но Скегги и Ренгер одновременно ткнули его под рёбра.

«В этот раз меня будут судить или нет?» — думал он, проходя по дорожкам парка. Пары тёплых дней хватило, чтобы трава пошла в рост, — площадки у ворот и кусты на опушке уже отчётливо позеленели. «Вроде бы нет. Хотя — кто их там поймёт…»

25 мая 17 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити

— Ага, вот и официальная запись, — довольно хмыкнул Вепуат, копаясь в поисковиках. Гедимин покосился на экран и досадливо сощурился. Прошла уже неделя с того нелепого выезда в Парк Крэнга, а Вепуат всё не унимался. На мелькание картинок на экране подошли ещё двое дежурных. Гедимин смотреть не стал — за неделю запись (неофициальную) он видел уже десять раз.

— Только сейчас? Долго же они тянули, — пробормотал Ренгер, не отрываясь от микроскопа. Кость, осколок которой он так тщательно изучал, принадлежала крысе — Гедимин запомнил, что биолог в последней вылазке что-то вырезал из головы убитого животного, и теперь узнал кусок черепа. Как сырьё для украшений, эти мелкие обрезки явно были бесполезны, но Ренгера от них было не оторвать. «Спросить, что он там ищет? Или не лезть под руку?» — задумался Гедимин. Эксперименты, пусть даже биологические, были если не интереснее «мартышечьих» обычаев, то хотя бы понятнее.

Лязгнула, открываясь нараспашку, дверь, и в комнату быстрым шагом вошёл Скегги. Он бросил хмурый взгляд на Ренгера и коротким жестом позвал его за собой. Через пару секунд за сарматами опустилась массивная дверь склада. Гедимин озадаченно посмотрел на неё и снова придвинул к себе исчирканный листок. Ничего осмысленного на бумажке не было — сармат в очередной раз сравнивал и сопоставлял пульсации из «записей Города Каналов», показавшиеся ему взаимосвязанными. Ликвидаторы, забыв о видеоролике, нерешительно переглядывались; Вепуат потянул со стойки ближайший огнемёт.

Склад открылся; Скегги неспешно вышел, сел за стол, посмотрел на ликвидаторов и жестом показал, что собираться им некуда. Вепуат с разочарованным вздохом опустил огнемёт. Ренгер снова устроился у микроскопа и на вопросительный взгляд Гедимина только дёрнул плечом — «не сейчас!». Ремонтник отвернулся и провёл на изрисованном листке ещё одну стрелку. «К югу от озера есть заражённые шахты. Может, напроситься в разведчики и сделать вылазку? Очень нужен кусок ирренция…»

01 июня 17 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити

Небо начинало светлеть ещё в три часа ночи; сейчас, в полшестого, было ненамного темнее, чем в полдень. Солнце, поднявшееся над крышами, светило сармату в левый глаз, и он досадливо щурился — «Хоть щиток надевай!» Внизу, в лабиринте промышленных кварталов, свет не так донимал его; здесь, на голой крыше, спрятаться было негде.

Опираясь на руки, он приподнялся над гребнем. Обзор был отличным — хоть пересчитывай все плитки на гладких, словно отполированных стенах. Ни одной башни над накопительным цехом не осталось — только вытянутые в длину строения, примыкающие к округлым зданиям с мощной вытяжкой. Все они были прикрыты защитными куполами, по стенам горели сигнальные огни, — внутри раскалённый расплав смешивался с охлаждённым. Процесс на разных участках уже синхронизировался — расплав из печей сбрасывался одновременно.

Гедимин приподнялся повыше, облокотился на гребень, напряжённо вглядываясь в слабый дымок — даже не дымок, просто перегретый воздух — над трубами. Фильтры,