Темное искушение - Бренда Джойс

— Она прекрасна! — тихо прошептала она.

— Да.

Она внимательно посмотрела на него, лихорадочно раздумывая.

— Каттах в Дублине — переписанная Святым Колумбой копия. А эта — настоящая, не так ли?

МакНил улыбнулся.

— Страницы нам написали в Далриаде, девушка, еще до рождения Святого Колумбы.

О, Боже мой, подумала Клэр с благоговением.

— И она была переплетена недавно.

Это был не вопрос. Переплетение книг было изобретением Средневековья.

— Сто лет назад.

МакНил отпер висячий замок на книге и открыл ее.

Ее сердце бешено забилось. Клэр сразу увидела, что страницы сделаны из пергамента очень сложной выделки, чтобы он стал тонким, мягким и хорошо сохранялся.

МакНил видно прочел ее мысли, потому что он сказал:

— Это кожа священных быков. Древние сказали шаманам, как ее выделать, когда одаряли нас своей мудростью и силой.

Клэр облизала губы.

— Книга не сможет сохраняться вечно. Ее необходимо поместить в стерильную среду с определенным уровнем влажности.

МакНил ухмыльнулся ей.

— Книгу благословили боги, девушка. Она вечна.

Клэр горячо надеялась, что он прав. Она подошла ближе. Как и копия, выставленная напоказ в XXI веке, она была написана на старом ирландско-гаэльском языке. Между словами не было пробелов, она была украшена узорами из воронок, завитков и плетеного орнамента, искажавших буквы. Клэр не могла оторвать от нее глаз. Она смотрела на священную кельтскую реликвию, а ее современники даже не подозревали о ее существовании.

Клэр отчаянно захотелось прочитать книгу, но она не могла, так как не знала гаэльского. Переводчик ей бы весьма пригодился.

— Прочти мне ее, МакНил. Только одну страницу.

Его глаза расширились.

— Это запрещено, но ты уже догадалась об этом.

Она медленно встретила пристальный взгляд его зеленых глаз.

— Историки полагают, что Каттах использовался перед сражением, чтобы наделить армии полномочиями. Если я правильно помню, некий шотландец взял ее с собой в битву, и затем за нее сражались кланами.

— Они ошибаются. Несколько веков назад Повелитель взял ее с собой в бой. Он сражался с демоном за нее.

— Конечно, — пробормотала Клэр. Историю неправильно истолковали.

— Ты умна, Клэр. Тебе не нужна мудрость Каттаха.

Она вновь уставилась на него.

— Мне нужна сила. Мне нужна такая сила, какую имеете вы, парни, чтобы я могла охотиться на демонов, чтобы я смогла выследить того демона, который убил мою мать.

— Мне жаль, девушка, но я не могу дать тебе таких способностей. Только дьявол может это сделать.

Клэр содрогнулась.

Искоса взглянув на нее, он закрыл украшенную драгоценными камнями обложку и запер замок. Затем положил книгу обратно в раку, и ее тоже запер.

Мудрость точно лучше силы, подумала Клэр. У нее возникло желание отделаться от МакНила, и каким-то образом открыть ларец и книгу. Поскольку она не смогла бы прочитать ее, она бы дотронулась до страниц и помолилась. Возможно, это подсказало бы, как найти ее врага. Возможно, это также подсказало бы ей, как уничтожить его.

Но она не собиралась взламывать замок на такой священной реликвии. Ей нужен ключ. Она посмотрела на МакНила, раздумывая, смогла бы она соблазнить его и взять ключ.

Он ухмыльнулся.

— Ах, девушка, я бы с радостью соблазнился, но ты будешь не в состоянии украсть ключ. Ты заворожена и почувствуешь себя лучше, когда покинешь храм. — Он положил свою огромную ладонь ей на плечо. — Мне нужно переговорить с Малкольмом. Оставайся здесь, если хочешь. Мы доверяем тебе, девушка.

Она кивнула. Его зеленые глаза светились теплом и весельем, когда он убрал руку и покинул святилище.

Клэр задрожала. Она действительно думала об осквернении священного храма. Она не хотела быть завороженной Каттахом, но ясно мыслить было трудно. Мощь и благодать в часовне ощущались даже сильнее, чем прежде.

Клэр не колебалась. Она подошла поближе и пробежала пальцами по изукрашенному золотом металлическому сундуку. Она найдет и убьет демона, убившего ее мать, или умрет, пытаясь сделать это, с приобретенной силой и мудростью или без них.

Но небольшая помощь ей бы не помешала.

Клэр не молилась уже несколько лет. Она давно решила, что Бог вовсе не заботится о ней и ее проблемах. Но она чувствовала, что сейчас Он мог бы позаботиться.

У нее застучало в висках. Ее рука лежала на железном ящике, а кулон матери жег ей грудь. Клэр прошептала:

— Поэтому я здесь? Я здесь для того, чтобы как-то помочь Повелителям? Если это так, то должна ли я использовать свой ум и образование? Или я должна поднять оружие и вступить в бой с врагом, как это делает Малкольм?

Она вздохнула.

— Мне нужна помощь. Помоги мне сделать это. Помоги мне обрести силу, мужество, чтобы бороться со злом. Пожалуйста, спаси и сохрани Эми, Джона и их детей.

Она закусила губу, подумав о Малкольме, и сердце ее забилось быстрее.

— Пожалуйста, помоги Малкольму. Помоги ему в борьбе со злом, помоги ему сохранить Твой свет.

Казалось, что часовня закружилась как карусель.

— Фаола, если ты меня слышишь, спасибо за то, что послала мне Малкольма. — Она замялась. Верила ли она в богиню? — Помоги Малкольму и мне. Помоги нам побороть зло, помоги нам в борьбе с Мореем.

Она вздрогнула. Морей был сыном Фаолы, если уж верить во все.

— И если я не слишком многого прошу, помоги мне сделать правильный выбор. Я хочу помочь Малкольму, и не причинить ему боль.

У нее была еще одна просьба.

— Немного суперсилы не помешало бы. — Она состроила гримасу. — Аминь.

Клэр пристально посмотрела на раку, которая стала расплываться у нее перед глазами, как и остальная часть часовни. Она пыталась дышать медленно и глубоко, чтобы успокоиться. Давление в часовне удушало.

А затем воздух засветился.

Клэр осознала, что рака больше не жжет ее руку, и ей стало легче. Она чувствовала, что Он слышал. Может, богиня тоже слышала.

— Стой!

Клэр замерла при звуке резкой команды, сказанной по-французски.

— Убери руку с гробницы.

Клэр медленно повернулась.

Высоченный горец смотрел прямо на нее. Мрачный и красивый, с глазами, горящими гневом богов, он источал власть и опасность. Его рука была на рукояти двуручного палаша. Клэр знала, что он не колеблясь воспользуется им.

— Отойди в сторону.

Клэр повиновалась.

— МакНил сказал, что я смогу провести несколько минут одна. Мне нужно было помолиться.

Его глаза расширились. Они были цвета весенней зелени, светлее, чем у МакНила.

— Ты — американка.