Обжигающее солнце (СИ) - "Taeriya"

— Ушёл вчера днём, и с этого времени прошло больше пятнадцати часов. Я, конечно, понимаю, тогда ты была не в настроении общаться, но, может, сегодня скажешь, почему так сильно напилась? Обещала ведь, что не будешь. — Ким не скрывал своих волнений, которые, как по мне, не были правдивыми.

— А чего тут ещё говорить? У меня причина на причине, чтобы напиться, даже искать не надо. — прогнать его из своей жизни будет очень трудно, и всё же смотреть на Джуна после такого предательства становилось всё больнее и больнее.

Пока он в ступоре стоял возле кухонной плиты со взглядом, что растерялся в сомнениях, я подошла к бару, взяла оттуда бутылку французского коньяка и сразу открыла его. Лучше потом подохнуть от похмелья, чем сейчас от болезненной любви.

— Санни, положи на место. — охранник Ким всё ещё пытался контролировать ситуацию.

— А вот и нет. Лучше уходи, у меня нет настроения слушаться или подчиняться. — как бы безразлично ответила я и, не дожидаясь возмущений, направилась в ванную, а по пути туда прямо из горла делала маленькие глотки крепкого спиртного.

Всё ещё не могу поверить, что меня использовали, и от этого ни сбежать, ни спрятаться. Намджун ранил меня, и я могла бы ранить в ответ. Но зачем? Пусть не благородными способами, и всё же он искал правды — виновника, который покалечил жизнь Дженмин. Охранник Ким, как и я, очень дорожил своей сестрой, но готов ли он предать её ради справедливости? Потому что я — да, собираюсь предать Муён, рассказав всем о том, что она сделала.

Из ванной в гостиную я вернулась спустя два часа, закутанная в большой банный халат. Из-за тошноты мне удалось сделать не больше пяти глотков коньяка, которые в итоге оказались в унитазе. В большом здании студии второго и первого этажей было слишком тихо, поэтому я решила, что Джун уже ушёл. Но войдя в спальню, поняла, что ошиблась. Он лежал на кровати, ожидая меня, да уж, мне от него не сбежать, как и от своих чувств.

— Кажется, я сказала, чтобы ты ушёл. — интересно, сколько раз мне нужно прогнать Намджуна, чтобы снова остаться одной, но при этом не затронуть настоящей причины моего решения?

— Разве? Я не слышал. — снова ведёт себя как папочка. — Пойдём, я пытался приготовить тебе завтрак, но ничего не вышло, поэтому заказал доставку еды на дом. — поднимаясь с кровати, продолжал парень.

— Я не голодная, просто хочу спать. — такой же отговоркой вчера мне удалось его выпроводить из дома, но сегодня не прокатило.

— Ещё не зима, да и ты не медведь, чтобы столько спать. Иди за мной, я накормлю тебя, а то выглядишь как живой труп, вон, синяки уже под глазами. — Намджун даже не думал уступать, он наглым образом схватил меня за руку и силой потянул на кухню. — У тебя есть полчаса, чтобы всё это съесть, не съешь, отвезу в больницу. — Ким знал, чем мог повлиять на меня.

Пришлось есть, хотя вначале шло не очень, но затем тошнота и головная боль ушли.

— Всё, больше не могу. — во время трапезы Намджун смотрел на меня так, словно я для него что-то значила. Удивляюсь его актёрским способностям, он даже Ёнын переигрывал.

— Вот поэтому ты такая маленькая. Кошка, и та больше съедает, а ведь молока пьёт гораздо меньше того количества алкоголя, что ты в себя заливаешь. — ещё недавно похожее ворчание Джуна согревало моё сердце, а сейчас его слова как соль на рану.

— Офигенное сравнение. Но если у тебя есть иной способ забыться, я слушаю. Нет? Тогда, может, и умничать не стоит? — конечно, я злилась, ну, а как иначе?

Встав из-за стола, я направилась в спальную, думая, что там мне удастся спрятаться от взгляда своего парня. Мне известно, что он использовал меня, и я принимала то, что наши с ним отношения всего лишь иллюзия, но унять свои чувства всё равно не могла.

— Постой. — Намджун догнал меня и прижал к стенке узкого коридора. — Что тебя на самом деле волнует? Я не слепой и вижу, как ты отталкиваешь меня, вместо того чтобы открыться. Санни, мне это не нравится. — стоя напротив и упираясь ладонями в стену рядом с моим лицом, он пытался выудить правду.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Я тоже не в восторге из-за происходящего, но смысл жаловаться? Ничего ведь не изменится. — эх, если бы только его чувства ко мне не были фальшивыми.

— Всё можно изменить, если ты действительно этого хочешь. Не волнуйся из-за предстоящей свадьбы, я сделаю всё, чтобы сорвать её. — Ким слабо верил в эту причину моего плохого настроения, но другие я не назвала, поэтому он решил уцепиться за неё.

— Да мне уже как-то плевать, за кого замуж идти.

Стоп. Я что, сказала это вслух? М-да, вот тебе и закончилась осторожность в словах, хотя так будет лучше для нас обоих. Осознав мной сказанное, Намджун убрал руки, а затем стал ровно, продолжая смотреть на меня взглядом, полным недопонимания. Было похоже на то, что он обиделся. Но с чего вдруг? Я же ведь ничего для него не значу, или всё-таки значу?

— Просто отлично. Надеюсь, твой будущий муж тебя не разочарует. — фыркнул охранник Ким, а затем развернулся и ушёл.

Прошло несколько секунд с того времени, как захлопнулась входная дверь, и вдруг на весь район раздался громкий звук автомобильной сигнализации. Выглянув в окно со своей спальни, я увидела, как Намджун в ярости пинал ногой по колесу чёрного Мерседеса, на котором приехал сам. Он умеет так злиться? Я-то думала, охранника Кима невозможно вывести из себя, да ещё и такой ерундой, как наши наигранные отношения. Или это очередной спектакль?

— Глупая, ты должна прекратить его любить. Пусть уходит по-хорошему, пока Ынсон позволяет это сделать.

Неделя спустя, район Инсадонг, дом семьи Гу, званый ужин…

— …а куда вы планируете поехать в свадебное путешествие? Может, Париж? Хотя сейчас там уже не так тепло, как было летом, нужно выбрать что-нибудь потеплее. Санни, милая, а где бы хотела побывать ты? — меня уже тошнило от этих разговоров, а мама Сону никак не умолкала.

— Мне всё равно, пусть Сону выбирает. — моё настроение — полный отстой, и нет сил прятать его от других.

— Мама, мы полетим в Лос-Анджелес. Там тепло, и Санни уже немного знакома с этим городом. — мой будущий муж всё время вмешивался, чтобы наш с его родителями разговор не заходил в тупик.

— Отлично, ещё одно изгнание, и всё в тот же Лос-Анджелес. Капец какой-то. — возможно, стоило смолчать, но увы, моё терпение заканчивалось.

— Прекрати. — тут же приказал Ынсон, и хорошее настроение всех присутствующих за большим столом вмиг испарилось.

— А что я такого сказала? Вскоре мы все станем одной семьёй, поэтому незачем скрывать от будущих родственников, по какой причине ты отправил меня в Америку. Скажешь сам, или мне это сделать?

Всю прошедшую неделю я была как на иголках. Ещё бы. Наши отношения с Намджуном доживали свои последние часы, которые я сделала невыносимыми для него и для себя. Каждый день ссоры из-за пустяков, мои истерики, его слишком естественные обиды — всё это вымотало меня, а тут ещё и эти со своими радужными планами касаемо свадьбы. Ну да, признаю, сорвалась.

— Милая, давай не будем обсуждать это сейчас, мы ведь собрались, чтобы поговорить о свадьбе. — Ёнын — это ещё один плохой стабилизатор моих взрывов.

— Конечно. Что может быть важнее? Извините, я неважно себя чувствую, пожалуй, пойду, прилягу. — хоть кричи, хоть тресни, всё равно ничего не изменится. Да ну их всех.

— Санни, постой. Не хочешь немного проветриться? Сегодня в клубе «Соп» будет вечеринка, может, мы могли бы, ты и я… — Сону догнал меня у самой лестницы, что вела на второй этаж, ведь не собирался заканчивать этот вечер вот так.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Почему бы и нет, только переоденусь.

Моё быстрое согласие удивило Сону, и я, честно говоря, не планировала сближаться с ним, но он может помочь мне кое с чем. Например, проверить чувства Намджуна, ведь его реакция на провокации немного не такая, какой должна быть у человека, пытающегося навредить мне. Вдобавок я докажу Ынсону, что нас с охранником Кимом больше ничего не связывает. Меньше всего я хочу, чтобы Джун пострадал. Я-то знаю, как папа умеет портить жизнь другим.