Обжигающее солнце (СИ) - "Taeriya"

Не спеша Намджун освободил своё колено от головы Санни, а встав на корточки, он начал поднимать её с пола. Лёгкая, как пёрышко, невинная, словно маленький ребёнок, из-за чего Ким был готов всегда стоять на защите этой девушки. Но она до сих пор не ощущала себя с ним в безопасности, пусть парень понимал её лучше других. Срывы и истерика возникали у девушки, когда её в очередной раз ранили, в основном близкие люди. И всё же она не виновата в том, что никогда не была нужна своему отцу в роли дочери, но жить с этим приходилось.

Охранник Ким ещё не знал, удастся ли ему вытянуть любимую девушку из лап её двуличной семьи. Ещё недавно парень искал правды, а теперь его пугают последствия, что потянутся за ней, ведь Джуну есть кого терять. Младшая Гу, наверное, уже десятый сон просматривала, крепко уснув на груди охранника, пока он сам до глубокой ночи размышлял обо всём, что могло уничтожить их отношения. Парень долго и сосредоточенно всматривался в их общее фото, которое его девушка сделала на пляже, а затем распечатала его в салоне специально для любимого. Поэтому на следующий день Намджун проснулся достаточно поздно и тут же заметил исчезновение Санни.

Нет ни её вещей, ни машины, что была припаркована на открытой стоянке побережья, а телефон младшей Гу выключен. Ким понятия не имел, что могло случиться за эти несколько часов его сна, ведь должна быть причина для её побега без объяснений. В голову лезло только плохое, но Джун не зевал — быстро собрал свои вещи и вызвал такси до автобусной остановки, откуда за три часа добрался в Сеул. С дорожной сумкой в руке он поехал не к себе домой, а к той, что волновала его сердце. Уже находясь в студии, охранник Ким узнал от Юджина о том, что Санни приезжала в компанию отца и закатила там сцену.

«Она ведь не узнала раньше времени о моей причине появления в её жизни? Да нет. Откуда?» — в мыслях задавался вопросами парень, который сильно нервничал, в очередной раз набирая номер младшей Гу. Как вдруг ему послышался звук открывающейся двери из большого холла студии, и Ким сразу же направился туда, а увидев Санни, подошёл и обнял её.

— Малышка, что ты со мной делаешь? Знаешь, как я испугался, когда утром проснулся и обнаружил, что тебя нет? Почему сбежала? Я ведь места себе не находил. — говорил он всё как на духу.

— С чего вдруг я должна отчитываться перед тобой? — так холодно отвечала младшая Гу, и парень тут же почувствовала неладное.

— Что случилось? Я тебя чем-то обидел? — Намджун убрал свои руки со спины Санни и немного отстранился, чтобы взглянуть ей в глаза, ожидая ответа.

— Да нет, всё нормально, я просто устала и хочу спать. Можешь оставить меня одну? — она вела себя странно, словно заставляла себя говорить и делать то, чего на самом деле не хочет.

— Я говорил с управляющим Чхвэ, и он рассказал мне, что ты сегодня утром сорвала презентацию нового проекта своего отца. Может, объяснишь, зачем так сделала, как и то, почему бросила меня одного в Сокчо? — нервы парня были натянутыми, поэтому он не хотел сейчас идти домой в сомнениях.

— Как оказывается, моя свадьба с Сону пройдёт намного раньше ожидаемого, уже меньше трёх недель осталось. Такое сойдёт за оправдание того, что я сегодня сделала? — с грустным взглядом вмиг ответила Санни, ведь она уже решила защищать своего обидчика.

— Когда ты узнала? И почему вначале не обсудила это со мной? — Джун требовал откровений, на которые сам пойти не мог.

— Давай не сейчас. Я не хочу об этом ни думать, ни говорить. Мне надо прийти в себя, поэтому прошу, уходи. — младшая Гу ещё недавно как только ни уговаривала Кима проводить с ней побольше времени. А теперь что, прогоняет его, именно тогда, когда на душе кошки скребут?

— Думаю, будет лучше, если я останусь. Ты слишком поникшая, и меня это волнует. — он говорил искренне, но Санни больше не верила словам своего парня.

— Если ты не уйдёшь, уйду я. — её сердце и так разбито вдребезги, из-за чего на сегодня исчерпались все силы для притворства.

— Постой, не надо. Я уйду, если так сильно тебе мешаю, но прошу, отвечай на мои звонки, скажи хоть слово в трубку, чтобы я мог быть спокойным. — определённо, с Санни происходило что-то неладное, и всё же Намджун решил не давить на неё. Он хотел, чтобы девушка по своей воле была честна с ним, как на протяжении этих двух дней в Сокчо.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Перед уходом Джун несколько секунд молчаливо смотрел на свою начальницу, а затем снова протянул руку к её голове, после чего нежно коснулся губами лба Санни. Как только входная дверь захлопнулась, из глаз девушки полились слёзы. Она продолжала стоять столбом, одна в большом холле студии, стены которого были увешаны картинами Муён.

Внутри всё сжималось до боли, даже дышать было трудно. Ах, если бы у младшей Гу был хоть один человек, с кем можно поговорить обо всём, но его нет, вот поэтому её чувства часто накрывают волной. В сей раз она утонула в море крепких напитков, после чего заснула на полу возле барной стойки на кухне, так и не допив вторую бутылку Бурбона.

В это время Джун уже был в больнице, ведь как только он прекратил названивать на номер своей девушки, ему смогла дозвониться мама. Женщина была очень взволнована и говорила в спешке, но Ким всё-таки прекрасно услышал главную фразу:

«Дженмин всё ещё с нами».

Как оказалось, аппараты, к которым подключена девушка, зафиксировали реакцию организма на какой-то внешний раздражитель. Это было впервые спустя столько времени и означало, что сознание пациентки не умерло, она ещё может справиться с комой. Но члены семьи Ким с трудом поверили в такую хорошую новость, ведь до этого они проводили разные стимуляции, а изменений всё никак не было. Тогда что или кто заставил организм Дженмин подать сигнал?

— Говорите, что это случилось после прихода посетителя? И кто же это был? — спрашивал Намджун у дежурной медсестры.

— Девушка. Она сказала, что является школьной подругой вашей сестры, имя — Пак Джена. — мало того, что любознательная, так ещё и память хорошая.

— Пак Джена, а вы уверены? — парень удивился, услышав это имя.

— Да, конечно, её звали именно так. — ещё раз подтвердила медсестра.

С чего вдруг бывшая девушка Сону приходила навестить Дженмин, с которой даже не знакома? У Намджуна нет ни одной версии. Хотя она знала очень много о смерти Муён, значит, могла быть посвящена и в другие секреты семьи Гу. И всё же, что такого сказала Джена, чтобы Дженмин наконец начала бороться за свою жизнь? Теперь не только Санни будет искать старшекурсницу Пак. Жаль, охраннику Киму эта девушка без надобности. Та, что действительно нужна, уже долгое время маячит перед глазами.

Всю свою жизнь я чувствовала себя лишней: для родителей, и для людей, что окружали меня, кроме старшей сестры. Но больше всего я не хотела стать лишней для человека, которому открою себя настоящую. Возможно, для Намджуна наши отношения только игра, цель, которую нужно достигнуть во чтобы то ни стало, но для меня он стал точкой опоры, дальним маяком, самым прочным предохранителем. Я по уши влюбилась в этого парня, и несмотря на его ложь, у меня не получилось возненавидеть то, что было между нами, пусть это всё — обман.

Нажраться в хлам было верным решением, а как ещё я могла притупить свою душевную боль? Проснувшись под утро на диване большой гостиной, до сих пор пьяная и с пустой бутылкой Бурбона в обнимку, я направилась не в душ, а за добавкой к барной стойке на кухне. Войдя туда, я увидела парня, с которым сейчас не имела желания общаться. Джун уже успел убраться в углу кухни и принялся за готовку завтрака. Где-то через пару секунд я вспомнила, что заснула точно не на диване, выходит, он меня перенёс.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Как спала, пьянчужка? Такая маленькая, а бухаешь как лошадь. И не стыдно тебе засыпать на полу? — с завёрнутыми по локоть рукавами белой рубашки, Намджун не очень-то умело справлялся возле плиты, и всё же уверено ругал меня по делу.

— Где хочу, там и сплю. И вообще, какого чёрта ты здесь, домой ведь ушёл? — в таком состоянии я говорила всё, что вздумается.