Подстроенный отбор, или Красивая сделка с Чудовищем - Надежда Олешкевич

подбородок и отвернула от себя его лицо, чтобы посмотрел на то, что я показывала.

— Прислушайтесь. Все эти звуки, они чудные, загадочные, особенные. И запахи. А еще…

Я решилась на дерзость. Чуть потянула мужчину назад, заставила отступить от ограждения, встала перед ним и обняла себя его руками.

— Почувствуйте, — сказала с улыбкой и откинула голову ему на плечо.

Прекрасный вид, дивный вечер, желанные объятия. Кажется, я стала зависима.

По коже бежали мурашки от осознания, на что решилась. А еще Эдвард не отступил, крепче обнял, к себе прижал, надавив ладонями на мой живот. И так хорошо стало.

Все, больше ничего не нужно. Вечно стоять так. Прикрыть глаза, впитать его тепло, почувствовать себя на седьмом небе от счастья.

— Так почему цветок, моя сделка? — негромко поинтересовался Эдвард, словно опасаясь нарушить эту идиллию.

— Мне показалось символично. И хотелось, чтобы у вас никогда не закончилось время, чтобы эта роза цвела вечно.

— Вы тоже воспринимаете меня чудовищем? — прозвучало с некой болью. Или мне показалось? Его вроде бы не волновало чужое мнение.

— Нет.

— Тогда зачем он? — задал вопрос по-другому.

Что тут сказать? Не выворачивать ведь наизнанку душу, слишком рано. Да и не нужно это ему. Еще посчитает навязчивой. Все-таки мужчины обычно делают первый шаг, а в нашем случае я все пыталась и пыталась идти на сближение.

— Я просто немного обиделась, — призналась ему, стараясь не пускать в себя утренние эмоции, потому что сейчас все очень хорошо. Зачем омрачать момент печальными воспоминаниями? — В сказке ведьма заколдовала принца и вручила ему цветок. Я вот тоже решила вам дать розу, но чтобы расколдовать, а то вы будто скованы чужими предубеждениями.

— М-м-м, Настя, — прошептал он у моей шеи. Коснулся ее носом. — Обиделась и решила сделать подарок?

Прошелся вверх, к виску, втянул воздух, наверное, вдыхая мой запах. Внутри все затрепетало. Я превратилась в натянутую струну, которая лопнет при любом неудачном слове.

— Я не понимаю твою логику. Я не понимаю тебя.

Да я сама себя не понимала!

Повернула голову. Хотела бы увидеть выражение его лица, хоть что-то для себя понять. Эдвард наклонился.

Сердце перестало биться. Все внутри замерло в страхе спугнуть его. Он ведь поцелует? Вот сейчас. Потому приближался…

Неподалеку раздался девичий смех. Я едва не застонала в голос, потому как младший Асмерин отвлекся. Это уже не смешно! Хоть ты сама его хватай и бери, что нужно.

Мужчина убрал от меня руки, отступил, явно не желая быть замеченным. Стало грустно. Снова обидно. Словно я прокаженная, и ко мне стыдно вообще прикасаться.

Дракон поднял ладонь, и на пальцах едва заискрилась магия. Моментально возле беседки появился Аран.

— Проведи Анастасию до ее покоев, — приказал Эдвард и первым ушел, даже не соизволил попрощаться.

Какой же он… сил моих нет! Такой, такой…

Я едва не закричала от злости. Вылетела из беседки, направилась к дворцу, вскоре оказалась в своей комнате и, раскинув руки, упала спиной на кровать.

Вроде бы была разгневана, но сразу нахлынули приятные воспоминания. Губы растянулись в улыбке. Ладони легли на живот, где до сих пор ощущалось пульсирующее тепло от прикосновений Эдварда.

Я прокручивала в голове сегодняшний день, не могла найти в себе силы, чтобы раздеться. Вздыхала в голос. Была окончательно и бесповоротно очарована.

Его совершенно особенным «Настя», прикосновениями, объятиями, заботой. Еще этим смехом, которым взорвался в лодке перед тем, как она опрокинулась. В мыслях порхали мотыльки. Я не могла ни о чем другом думать.

Что это? Я попала, да?

Уснула с блаженной улыбкой. Во сне увидела Эдварда. Сначала он опять выходил из воды, красовался своим накачанным телом, но потом все изменилось, и мы снова стояли в беседке. Целовались. Он бессовестно распускал руки. Рвал то самое красное, бальное платье на моей груди, но теперь не возникло страха. Лишь стремление идти до конца, почувствовать его страсть, желание. Полностью раствориться в этом мужчине.

Я проснулась с пылающими щеками. Долго смотрела в потолок, хихикала над пришедшими во сне образами.

К приходу Марьи пришла в себя и могла контролировать свое поведение, но тихие смешки еще вырывались.

А день такой чудный. Солнышко яркое, заливало комнату теплыми лучами. Еще вид из окна был на редкость восхитительным. Бабочки вон летали над цветами. Птицы щебетали. Садовник насвистывал незнакомую песенку.

Кажется, я счастлива.

Или влюблена?

Если последнее, то все плохо. Или хорошо, потому что мне все-таки довелось познать это чувство?

По дороге на завтрак едва не пела. Зашла в обеденный зал, увидела хмурое лицо Элиры и Райсаны, и пришлось немного приземлиться на землю.

— Что-то случилось? — села возле серебряной драконицы, но та не успела ничего сказать, потому как нашу компанию разбавили Рокси, шедшая под ручку с князем, и младший Асмерин.

Они заняли свои места за столом. Последним появился Роджер. Сдержанно поприветствовал всех, встал около своего стула, сжал пальцами спинку.

— Ваша светлость, прошу меня простить за столь дерзкое поведение.

Леонард не удивился, всем своим видом показал, что готов выслушать дракона.

— Я посмел влюбиться в одну из ваших невест и вчера даже уговорил ее на свидание со мной. Она ни в чем не виновата. Это все я!

— Элира, — повернулся к ней князь.

Она потупила взор. Я же едва не улыбнулась — так вот кто вчера испортил мое свидание!

— Простите меня, ваша светлость, — прошептала она, все сильнее зажимаясь, будто провинившийся ребенок.

Забавно, а ведь я тоже на свидании была. Да, все получилось спонтанно и поцелуя не дождалась, но ведь факт нарушения на лицо. Может, выгоним меня?

Посмотрела на Эдварда. Словила на себе его пристальный взгляд. А ведь я принарядилась. Надела нежнейшее розовое платье, цветок в волосы вплела — была под стать моему настроению. Возвышенно-романтичной!

— Ваша светлость, разрешите позвать ее замуж, — вдруг выдал Роджер, и Элира подняла большие от удивления глаза. — Я наблюдал за вами, полагаю, вы отдаете предпочтение другим участницам. Никоим образом не хотел оскорбить вас, — вдруг встал на колено и склонил голову. — Разрешите жениться. Я не встречал девушки лучше.

От умиления я едва не захлопала в ладоши. Но пришлось сделать серьезное выражение лица, потому как остальные ничего хорошего в происходящем не видели. Будто траур какой-то.

— Элира, вы согласны? — поинтересовался Леонард.

Взгляд серебряной драконицы заметался между проверяющим и князем. Было видно, насколько ей страшно. Дай волю, и убежала бы.

— Да, — выдавила и сжалась, ожидая гнева старшего Асмерина.

Но тот улыбнулся. Похлопал Роджера по плечу.

— Желаю побольше Света на вашем жизненном пути. Чего ждешь,