Гамбит - Татьяна Богатырева

Когда улыбчивая продавщица заворачивала махрово-голубую в кляксах прелесть, за спиной раздалось знакомое шипение.

– А расплачиваться-то у тебя есть чем, краса? Тебе ж только на мороженое в здешнем кафе и хватит, и то сомнительно.

Лиля обернулась через плечо, растерянно уставилась на гадкую улыбочку Инны Юрьевны: та выдерживала паузу. Лиля смяла в кулаке только что выбитый чек… все слова куда-то делись, осталась только обида: откуда тут взялась эта гадюка, зачем испортила все удовольствие от покупки, и что ей вообще надо? Как назло, как раз в этот момент в магазинчик заглянул Ильяс, улыбнулся ей из-за спины гадюки и показал два здоровенных пакета – один с логотипом «Золотой стрекозы», второй незнакомый. Наверное, себе что-то купил… ну не мог же он этот баул назвать «мелочами»?! И не нужно ей ничего, она же с ним не за дорогие шмотки, а потому что… потому что…

«Влюбилась?» – гадючьим тоном поинтересовался внутренний голос.

Стало вдруг стыдно, и холодно, и совсем непонятно, почему же вот так, вдруг, чуть не с первым встречным? Она же любит Эри, он же единственный, и плевать, что нарисованный…

А гадюка близоруко сощурила глаза на пижаму:

– Ни вкуса, ни стиля. Немудрено, что и мужики у тебя… – и брезгливо фыркнула.

Остро захотелось провалиться сквозь землю, а еще лучше – провалить туда Инну Юрьевну. Ну вот зачем она все портит? Так было легко и приятно не думать о высокой морали, а просто немножко радоваться жизни. А теперь хочется только одного: сбежать, спрятаться, и… вот был бы тут Эри, он бы ее защитил.

– Лиля, радость моя, – пророкотал Ильяс и, смерив удивленно обернувшуюся гадюку ласковым взглядом, шагнул к Лиле. – Это не твоя бабушка?

Гадюка глянула на Ильяса, потом на пакеты в его руках и поперхнулась. Как же, бабушкой обозвали, да еще и предположили, что она Лилина родственница. Страшное оскорбление. В другой ситуации Лиля, может, и обрадовалась бы, а сейчас почему-то стало ужасно неуютно.

– Это… – Она сглотнула и помотала головой. Потом покосилась на девушку за прилавком. – Извините.

Та сочувственно улыбнулась и протянула Лиле упакованную пижаму:

– Носите с удовольствием.

– Спасибо. Илья, пойдем, пожалуйста!

Забрав у Лили пакет, Ильяс обнял ее за плечи и склонился к ушку.

– Слава богу, я уж испугался, – шепнул достаточно громко, чтобы ошалевшая гадюка услышала.

Видимо, от шока Инна Юрьевна промолчала. Лиля тоже ничего не ответила, пытаясь понять, что с ней такое творится: одновременно кажется, что ее любят и защищают, и в то же время – что под необъяснимой нежностью и заботой Ильяса прячется что-то еще, далеко не такое светлое и чистое. Может быть, что на нее смотрят как на собственность? И вообще, бедная гадюка. Не хотелось бы Лиле самой попасть под этот асфальтовый каток.

Ильяс усмехнулся и повел Лилю прочь – не к выходу, а к лестнице на второй этаж, объясняя, что ей обязательно нужны новые джинсы, а их без примерки не купишь, зато потом они поедут домой или пойдут гулять – как ей хочется? Может, на пляж? Погода отличная!

Лиля сказала, что хочет домой. Может, все же действительно ей показалось там, в магазинчике? Ведь сейчас в нем нет ничего подозрительного… Подумаю об этом завтра, решила она.

Но завтра, и послезавтра, и весь следующий месяц думать было некогда, да и не хотелось – потому что, когда она думала, в мысли упорно лез Эри, и приходилось напоминать себе, что его нет, и, когда она пойдет на следующее погружение, никакого Эри там не будет, даже нарисованного. Так что она была даже благодарна Ильясу за то, что он почти не оставлял ей свободного времени, таскал с собой на съемки, а когда не работал, катал на мотоцикле по всяким интересным местам, водил на пляж или придумывал что-то еще. Поначалу он даже пытался убедить ее не ездить на Арбат, мол, зачем тебе эти гроши? За серию рекламных фотографий для автосалона – как он умудряется находить подобные заказы на час работы и черт знает какую кучу денег, Лиля не понимала, – ты получила гонорар, как за десять выходов с квартетом. И таких заказов – сколько хочешь, просто делать лень, это ж не искусство…

– А квартет – искусство, – отрезала Лиля.

На что Ильяс только пожал плечами и буркнул что-то на тему «чем бы дитя ни тешилось». Лиля тогда промолчала. Но выводы сделала. И поделилась ими с Настасьей – как раз Ильяс улетел в Мексику, снимать кактусы в сомбреро, а у Лили очень удачно не оказалось ни загранпаспорта, ни визы. Еще не хватало по заграницам с ним мотаться, словно содержанка какая. Правда, домой она все равно не поехала, жаль было бросать Тигра на домработницу.

– Ты бредишь, подруга, – фыркнула Настасья, когда Лиля попыталась объяснить, что же в этом принце на черном мотоцикле не так. – Такой мужчина! На руках тебя носит, капризы терпит, а ты? Редиска неблагодарная!

Лиля безнадежно махнула рукой. Ничего удивительного, что подружка не поняла: она и сама толком не понимала, что ей не нравится в Ильясе, а интуиция – это не аргумент. Впрочем, она догадывалась, что именно не так. Они слишком разные, даже для противоположностей, которые почему-то должны притягиваться: бесстыдно красивый мужчина, модный фотохудожник с чемоданом бабок – и нищая уличная музыкантша, мышь белесая. К тому же что-то в его отношении к Лиле есть неправильное, словно второе дно. И потому нечаянный праздник жизни долго не продлится. А раз не продлится, что толку заморачиваться и портить короткое удовольствие? Все равно в октябре будет основная миссия, а потом… на потом она не загадывала. Может быть, потом она вообще пошлет все к лешему и начнет новую жизнь.

А пока вдруг страшно захотелось поехать в игровой центр. Не играть в картонки и не тусить, а поговорить со Светочкой, психологом и помощницей Михаила. Почему-то показалось, что она все поймет и не будет обзывать редиской.

Светочка в самом деле поняла и редиской не обзывала. Заперла дверь, чтобы не ломились «всякие настырные», накормила чудесными пирожками, на сей раз с капустой и грибами, рассказала несколько смешных историй с последней большой ролевой игры, выслушала, вместе с Лилей вздохнула о том, что пятнадцать лет – очень много, и даже нарисованный Эри не будет так долго ждать…

– Хотя кто знает? – задумчиво улыбнулась она, подвигая к Лиле вторую тарелку с выпечкой. – Чудеса случаются, если очень верить. Сама посуди, ты же верила, что несмотря ни на что попадешь на миссию в полном погружении? И все у тебя получилось, пусть и не совсем так, как ты думала. Может быть, и Эри снова увидишь. Тейрон – не серое, скучное и прагматичное «здесь». Там чудеса, там леший бродит.