Война как искусство. Беседы с мастером: как применить стратегии в реальной жизни - Сунь-цзы

шведами и называется «Арн: тамплиер», там две части. И просто внутри этого произведения «Арн: тамплиер» есть та же самая сцена обороны Иерусалима и что там происходит. И поэтому, когда один из этих балбесов: «С нами крест! Пойдем разобьем этих сарацинов!» Давайте, мы понеслись вперед, он говорит: «Куда вы пойдете? Вам три дня идти по пустыне, там нет ни одного источника воды. Вы пока дойдете, вы все немощные будете, вас разобьют вдребезги». – «С нами крест, с нами Бог! Он нам поможет!» – в общем, разбили все войско королевское. Саладин понимает, что Иерусалим остался беззащитным, и он начинает нападать на Иерусалим. Он сразу поднимает все войска и маршем идет на Иерусалим. Крестоносец – кунгфуист, он понимает, что происходит, он видимо читал Сунь-цзы. Он говорит: «Мы будем оборонять город». Ему говорят: «Это нереально, их там двухтысячная армия». Он возражает: «Но моя задача – спасти людей». Значит, пока эти на марше, защитники пристреливают оружие, готовят масло, тюки, которые воспламеняются, и прочее, и прочее, то есть готовятся к осадной битве. Я сейчас два фильма миксую. В конце концов там осталось малое количество народа. Основную армию разбили, остались женщины, рабы. И он говорит: «Каждый, кто будет защищать город, просто встаньте на колени, я посвящаю вас в рыцари. Можете брать оружие и защищать. Вы свободные люди». Их там до 1000 человек, а этих 200 тысяч. Но то, как они организовали оборону: ушли за стены, защитились, то, как они не торопились контратаковать, потому что они везде расставили камешки, которые дистанцию показывают, чтобы любая стрельба была эффективной. И в результате они защищаются таким образом, что Саладин понимает, что он потеряет больше половины армии. Понятно, что он может захватить город. Тогда у них начинаются переговоры, рыцарь предлагает: «Выпусти мой народ из города, я тогда сдам тебе Иерусалим без боя». Они договорились и разошлись. Никто не нападал, никто не убивал. Все жители собрались, вышли из города, а сарацины зашли в город.

Это напоминает то, что у нас есть. Если нас мало, то мы готовимся к нападению других. Или единственное, как ты можешь сохранить себя и те ценности, которые ты охраняешь, – это оборона. Точно не нападать. Об этом речь и идет. А тот, кого много, он заставляет других переходить к обороне.

В.Б.: Да, он движется в атаку, потому что у него есть ресурсы.

А.С.: Да. Он может кружить, он может то, се, пятое-десятое. При наличии времени я бы советовал посмотреть оба фильма. Чистое кунг-фу, дух фантастический. Потому что Арн из фильма с детства учится, у него есть учитель, ему оружие передают, тайное знание. Я думаю, что исторические моменты здесь учтены, а все остальное— это уже художественное произведение.

В.Б.: Дальше он раскрывает: «Если знаешь место сражения и день сражения, то сможешь сохранить возможность сражаться на 1000 ли», – видимо от места сражения, я тоже, кстати, не понял. И китайцы это странно трактуют, помню, мне не понравилось даже как там у китайцев. То есть это что-то дает тебе, знание места и времени, дает какой-то контроль. Но какой контроль он тут хочет передать?

А.С.: Ты произнес ключевые слова, которые я хотел сказать, снова меня опередил. Как учит мой шифу, что боевые искусства, Илицюань, если мы говорим про Илицюань, – это все о пространстве и времени. И вместе с тем он говорит, что нужно выбирать правильное место для битвы, даже глава такая есть в его книге. Вот и получается, если мы знаем, как мы будем нападать и когда мы будем нападать, то мы можем эту ситуацию контролировать. Вот как-то так. Потому что если знаешь место сражения, но не точное место, а может быть, там вот это «где»? То есть то, где ты аккумулировал силы…

В.Б.: То же самое, что и раньше. «Где и когда», по сути.

А.С.: Да-да, «где и когда». А вот 1000 ли здесь, возможно, какой-то эпитет.

В.Б.: Имеется в виду, что ты можешь удержать этот контроль.

А.С.: Да. Если у тебя есть пространство и время, тогда у тебя есть контроль. Вспомни, как мы говорим про Илицюань. Илицюань, он учит нас двум вещам: методам генерирования силы и способам контроля противника. Вот он здесь как раз и говорит, что если ты сгенерировал силу, то ты сможешь контролировать противника из самой дальней точки. Ты будешь видеть и знать, что происходит.

В.Б.: То есть место и время – это генерация.

А.С.: Конечно. Как тоже мой шифу говорил, почему в боксе руки держат здесь? (Подносит к лицу.) Потому что в боксе генерируют удар отсюда и сюда же возвращают, чтобы опять ударить. Это в том числе и защита. Но защита второстепенна, многие в боксе открыты и с опущенными руками, некоторые даже за спину их закладывают. Но сам по себе удар строится от тела. А в Илицюань, допустим, ты можешь контролировать первой секцией [ладонью, запястьем]. Здесь встретил, и отсюда же ударил. Методы генерирования силы, они дают тебе способы контроля противника. Поэтому в боксе, например, больше уклоняются, ныряют и маневрируют на ногах, челночат. А в Илицюань идут сразу в контакт, чтобы получить точку контакта и через нее контролировать. Поэтому – это пространство и время, и тогда такой контроль.

В.Б.: То есть то, как мы генерируем – определяет наш контроль.

А.С.: Да, конечно. Если у нас есть баллистические ракеты, которые могут еще раз 18 облететь земной шар и залететь с любой стороны, это мы сгенерировали такую силу. Попробуйте сделайте. Если у нас есть «Посейдоны», мы сгенерировали такую силу. Но если у нас есть только автоматы, то, скорее всего, нашими действиями будет терроризм. Скорее всего, наши действия будут таковы. Но если у меня есть контроль маневровый, контроль самой дальней, средней и ближней точки пространства перед собой… Если во всех этих точках я могу генерировать силу защиты и нападения, тогда мне не нужно работать с дистанцией, как, например, работают ребята-боксеры. У них вопрос сокращения дистанции и нанесения удара. Нет, я иду сразу на прилипание, контроль и контратаку. И то же самое здесь. Если у тебя есть танки, это один способ ведения боевых действий, если у тебя есть самолеты, это расширяет твой арсенал.

В.Б.: Вот, да, ключевое слово. По сути, мы говорим, что арсенал определяет методы контроля. Только хотел сказать, но теперь вы меня опередили.

А.С.: Да-да. Здесь все-таки, видишь, значение более мудрое и философское, потому что он