Многоточия - Наталья Способина

Там были чай для мелкой, вазочка с печеньем, вазочка с конфетами и три стакана с апельсиновым соком. Один из стаканов Лена поставила на пол рядом с Димой, второй отдала дяде, а третий почти впихнула в руки стоявшему столбом LastGreen’у.

— Пей. Он витаминный, — улыбнулась она, и LastGreen опустил взгляд, чтобы не пялиться так откровенно.

Лена была… обычной, наверное. Ну правда. Ничего особенного. Но чувство, появившееся в самую первую их встречу, когда она покраснела и убежала, никуда так и не делось. Ее хотелось оберегать, защищать, как прекрасный нежный цветок. Он ведь почти не шутил, когда сказал ей, что таких хрупких созданий нельзя перевозить на гиперзвуке.

И вот теперь, сидя в темном дворе и бездумно пялясь в давно погасший экран, LastGreen понимал, что ему нужно выбрать: все изменить или продолжать чувствовать себя гопотой с окраины, случайно залетевшей в роскошный особняк Волковых.

«Слушай, играйся в это, пока играется. Если совсем заиграешься, я свистну».

— По ходу, наигрался уже.

Что он мог ей предложить? Сколько еще он сможет вот так наступать себе на горло и молча улыбаться в ответ на неприязненные взгляды ее брата? Сколько в принципе сможет вот так мотаться к ней домой?

Телефон в руке зазвонил, вырывая его из невеселых мыслей. На экране высветилось фото Потапа, лицо которого было едва различимым из-за облака сигаретного дыма, выпущенного в объектив.

LastGreen нажал «ответить».

— Ты дома скоро будешь? — не дождавшись его «алло», спросил Сашка.

— Минут через сорок.

— Купи по дороге сироп от температуры. Анька заболела. Я ей после сада жаропонижающее дал, но там мало было. У нее опять под тридцать девять. Пузырь трубку не берет, а меня она от себя не отпускает.

— Долбаный садик, — простонал LastGreen. — Еду уже.

Садясь на мопед, он чувствовал себя отвратительным старшим братом. С Леной он нашел время попереписываться, а вот у Сашки за весь вечер даже не спросил, как там мелкая. Самым паршивым было то, что он и не хотел спрашивать. Он хотел хотя бы чуть-чуть не нести ответственность. Ну хотя бы капельку. И сейчас ехать домой не хотелось совершенно, хотя Аню было очень жалко. Но после знакомства с Леной в нем, кажется, что-то перемкнуло. Он будто вынырнул из своего болота и увидел, что бывает и другая жизнь. Не то чтобы раньше он об этом не задумывался. Просто никогда не сталкивался с этой жизнью так близко.

В аптеке у дома сиропа не оказалось, и пришлось ехать к метро. Сашка больше не звонил, но, судя по тому, что дважды успел прислать сообщение с вопросом «Где ты?», явно нервничал. LastGreen не мог его винить. Аня с температурой — та еще компания. Совершенно не капризная в обычной жизни, заболев, она превращалась просто в сумчатое животное. Ее постоянно нужно было обнимать, держать на руках. В туалет толком отойти не получалось. Как там Потап справлялся на костылях, сложно было даже представить.

Завозить мопед в автомастерскую LastGreen уже не стал. Время и так перевалило за полночь.

В квартире было тихо. Темный коридор пересекала полоска света из дальней комнаты. Пахло какао и супом. LastGreen разулся и пошел на едва слышный голос.

— И тогда фея сказала… — с выражением читал Потап.

LastGreen на цыпочках вошел в комнату и чуть не зацепился за костыль. Сашка лежал на детской кровати с книжкой в руках, а Анька, полыхающая красными щеками, спала у него на груди. Одеяло было сброшено на пол. Дышала мелкая тяжело и с присвистом.

— Чё там сказала фея? — шепотом спросил LastGreen.

— Фея сказала: «Чтоб тебя сожрал самый злобный дракон! Где тебя носило, прекрасный принц?»

LastGreen перешагнул через костыль и вытащил из Сашкиной руки «Спящую красавицу».

— Какая-то у тебя фиговая адаптация, — прошептал он, закрывая книжку и убирая ее на полку над кроватью. — Давно спит?

— Не-а. Температуру померь. Там градусник упал.

LastGreen поднял с пола электронный градусник и приложил мелкой ко лбу.

— Блин, тридцать девять и два.

— Давай будить и поить сиропом. — Сашка попытался выбраться из-под мелкой, но та захныкала и ухватила его за футболку.

— Может, так вольем, во сне? — малодушно предложил LastGreen.

— Да не. Там же целый шприц, — с сомнением прошептал Сашка.

— А чё у нее, кроме носа?

— Да ничего особо. Чуть-чуть кашляет. Я с сеструхой поговорил, она сказала, что сейчас вирус такой ходит. Температура, и все.

— И все, — пробормотал LastGreen. — Ща пойду руки помою, шприц наберу.

Ему хотелось добавить: «А ты пока разбуди», но подкладывать другу такую подлянку он не решился. Разбуженная Анька будет плакать, а это наверняка не первые ее слезы за сегодня, Сашке и так оставалось только посочувствовать.

LastGreen вымыл руки, вытряхнул из аптечного пакета баночку с сиропом и пошел исполнять братский долг.

Анька ожидаемо разревелась, а потом ее в придачу вырвало от температуры. Хорошо, что на пол, а не на маломобильного Потапа. Пока они носились вокруг с тряпками, сиропом и тазиком на случай новой рвоты, LastGreen был максимально далек мыслями от Лены Волковой.

Когда стало понятно, что сироп в Аньке прижился и наружу не просится, Потап ускакал на одной ноге в туалет: костыли они в суматохе запнули под кровать, и он не стал за ними лезть. LastGreen устроился с мелкой на коленях и принялся монотонно напевать ей на ухо какую-то смутно-знакомую мелодию. Аня доверчиво обнимала его за шею и молчала, только крупно вздрагивала, когда ее догоняло остаточными всхлипами.

Наконец она задышала глубже, и едва слышно прискакавший в комнату Потап кивнул, что она уснула. Уложив сестру в кровать, LastGreen накрыл ее тоненьким пледом, помог Сашке вытащить костыли, и они переместились на кухню.

В раковине стояла гора немытой посуды, которая осталась после Сашкиной готовки.

— Я суп сварил. Давай пожрем, а? А то я так нервничаю вечно, когда она болеет. Капец просто, — невпопад закончил он.

— Сань, ты прости, что тебе пришлось…

— Да харе уже. Обсудили же.

Сашка опустился на свое обычное место и широко зевнул.

— Врача будем завтра вызывать? — спросил он, пока LastGreen наливал еще теплый суп в две тарелки.

— Надо, наверное. Я тогда в школу не пойду.

— Да иди спокойно. Я-то все равно дома еще пару дней. Завтра обещал Сергею позвонить, рассказать, что да как с ногой. Он там решит, можно уже наступать или нет. Хотя я сегодня пару раз наступил — и ничего.

— Ты дурак, что ли? Хочешь заново все?

— Да я ж не специально! Короче, завтра я побуду с Анькой.