Многоточия - Наталья Способина

Алексей Семёнович замолчал, глядя на него поверх сдвинутых на кончик носа очков.

— Знаю. Спасибо. Я пойду? А то мне на работу.

— Иди, Гриш, иди, — вздохнул учитель, и LastGreen почти бегом бросился в коридор.

Одевался он на ходу, на ходу же писал СМС менеджеру с предупреждением, что задерживается. Поесть он уже ожидаемо не успевал: времени хватило только на то, чтобы закинуть домой школьный рюкзак. Ладно, фиг с ним. По пути шоколадкой перекусит.

Лена написала, когда он выкатывал свой мопед из автомастерской, в которой работал Потап. Потапа сегодня, понятное дело, не было, но хозяин у мастерской был молодой и с пониманием отнесся к Сашкиной просьбе разрешить оставлять на ночь мопед. Район у них был не из тех, где можно спокойно бросать технику на улице.

«Привет. Как Аня?»

LastGreen почувствовал, что на лице сама собой появляется улыбка. Потап бы наверняка сказал, что она идиотская.

«Привет. Хорошо», — отбил он и забрался на мопед. Времени было в обрез, но он все равно подождал с минуту. Лена больше ничего не написала. Он сунул телефон в карман куртки и медленно застегнул молнию, прислушиваясь и готовясь уловить вибрацию входящего сообщения. Пропустил, конечно. На дороге было не до того.

Сегодня он был на доставке посылок. Посылки доставлять было приятнее, чем еду, потому что, когда ты задерживался с посылками, клиенты относились лояльней, чем когда ты привозил им с опозданием остывшие блюда. И опоздания ведь были по объективным причинам, потому что маршрут не учитывал вообще никаких помех: ни пробок, ни людей, ни расписание транспорта. Ну хорошо, последнее учитывал. Но все равно уложиться во временные рамки мог только какой-нибудь Флэш. LastGreen Флэшем не был, поэтому его частенько штрафовали.

Спустя пару часов рутинной работы LastGreen с удивлением поймал себя на том, что мысленно спорит с Алексеем Семёновичем, зачем-то доказывая тому, что не влюбился. Ерунда это все. Он с Леной просто общается. Каждую свободную минуту. И несвободную тоже. LastGreen дошел до того, что потянулся к телефону, стоя на светофоре. Хорошо, в последний момент себя одернул. Не было в их переписках чего-то важного и срочного.

Вообще, если прокрутить чат, несложно было заметить, что все их беседы строились по одному сценарию. Если первым писал он, то обычно начинал со слов «Аня передает привет». Если первой писала Лена, то она неизменно спрашивала, как дела у Ани. Потом они обсуждали фильмы, музыку, какие-то мемы. Но каждый раз ступенькой к началу общения была Аня. И вчерашние слова Потапа о том, что в их переписке тоже есть Аня, очень сильно сейчас выбивали из равновесия. Оказывается, там тот же сценарий. Все вертится якобы вокруг Ани, а на деле… Нет, в то, что Сашка не писал ей первым, LastGreen верил. Сашка бы не стал. Он ведь знал, кто он, а кто Лена. А вот другу разрешил поиграться. Благодетель хренов!

От этого разбирала злость вперемешку с обидой. Потому что все это действительно напоминало игру, в которой LastGreen каждый раз проигрывал самого себя. Потому что ни разу не написал Лене, что ему неудобно сейчас переписываться или разговаривать, что он тащится в холод или под дождем к черту на рога, чтобы доставить заказ в чью-то уютную или не очень квартиру, что каждый день встречается с десятками людей, улыбается им, шутит с ними или молча выслушивает претензии, что у него нет свободного времени — просто нет, — а то, которое есть, он тратит не на учебу или Аню, а на вот эти переписки урывками и поездки за город.

Может, уже пора признаться себе, что стоит завязать? Просто набраться смелости и обрубить это наконец раз и навсегда.

Доставив последний заказ, LastGreen вышел из подъезда и вдохнул сырой вечерний воздух. Телефон в кармане тренькнул входящим сообщением. Его сердце привычно дернулось. Но оказалось, что это не Лена, которая ушла делать домашку по биологии, а Вячеслав Борисович.

«Привет, Гриша! Про условия не беспокойся. От тебя нужны вменяемые баллы по ЕГЭ и физуха».

Сердце подлетело к горлу. LastGreen без сил опустился на скамейку у подъезда, хотя не имел привычки рассиживаться в незнакомых дворах. Это было чревато. Вот только СМС всколыхнула внутри столько всего. Ему прямым текстом сказали, что он гарантированно поступит: ему помогут, ему будет где жить, ему выдадут форму. Да, это будет жизнь по распорядку, где ты не принадлежишь себе, но это его шанс вырваться из того болота, в котором он безуспешно барахтается столько лет!

Вспомнилась их с Аней последняя поездка в дом Волковых. Аня играла в гостиной в приставку Лениного брата, которой он не просто разрешил попользоваться, а еще и купил для мелкой какую-то игру с единорожками и помог ей разобраться с тем, что нужно делать. LastGreen тогда сидел в кресле и пытался слиться с его спинкой от неловкости. Он сам и Аня казались ему жутко неуместными в этой лаконично обставленной гостиной, по которой то и дело разносился слишком громкий и восторженный Анин голос.

— Гриша, тебе чай или кофе? — спросила незаметно подошедшая Лена.

Ее брат обернулся и смерил их недовольным взглядом. LastGreen кожей чувствовал, что Диме он не нравится. Если бы ситуация была другой, если бы Дима не был Лениным братом, LastGreen’у было бы совершенно пофиг, но он находился в уязвимой позиции.

— Я ничего не хочу. Спасибо.

— А я хочу чай сладкий. С печеньем! — радостно сообщила мелкая, и LastGreen виновато посмотрел на Лену.

Та сделала страшные глаза, чтобы он не смел одергивать сестру, и ушла готовить чай. Уже из кухни раздалось ее звонкое:

— Дим, чай, кофе?

— Сок березовый с мякотью, — довольно резко ответил Дима.

— За ним сам на улицу сходишь. Топор в домике с инструментами, — прокричала Лена.

— В этом доме нет топора, — сообщил вошедший в гостиную Сергей и протянул руку LastGreen’у.

LastGreen встал и пожал протянутую руку, вежливо улыбаясь. С Лениными родственниками он вел себя так же, как с клиентами, которым доставлял заказы. Его задачей было понравиться или как минимум не вызвать недовольства. Хотя Дима его бесил своей вечной снисходительностью и необъяснимыми приступами великодушия. Вот как сейчас. Ну кто его просил так возиться с Анькой? И ведь сидит же рядом с ней на полу, терпеливо объясняет, на какую кнопку нажимать, и Анька его слушает, открыв рот.

— В этом доме нет даже то-по-ра, — по слогам закончил Дима, наклоняясь вправо за компанию со скачущей по экрану единорожкой.

Спустя некоторое время Лена появилась в гостиной, кивком головы велела