Демонология и охота на ведьм. Средневековые гримуары, шабаши и бесовские жонки - Марина Валентиновна Голубева

и т. д., а также описывает способы, по которым можно узнать ведьму. Впрочем, здесь король ничего нового не придумал. По его утверждению, кроме колдовских меток, которые обнаруживаются прокалыванием, и повышенной плавучести даже в связанном виде, ведьму отличает неспособность проливать слезы.

В теории ведовства, сформулированной Яковом I, есть несколько отличий от традиционных убеждений католических богословов. В частности, в его трактате вообще не уделяется внимание сексуальным контактам ведьм и дьявола, в том числе и преступлениям, связанным с этой сферой. Король мало внимания уделяет и коллективным сборищам ведьм и вообще не связывает ведовство с ересью.

Еще, на наш взгляд, важной особенностью являются причины, по которым люди заключают договор с дьяволом и начинают заниматься колдовством. В отличие от католических демонологов, делающих упор на противоестественные извращения и оскорбление веры, Яков Стюарт рассуждал более здраво и назвал три главные причины, порождающие интерес к колдовству: любопытство, жажда мести и алчность[211].

После опубликования в 1597 году «Демонологии» короля Якова I в Англии существенно возрос интерес к ведьмам и началось их преследование, хотя, конечно, по уровню массовости оно не могло сравниться ни с Францией, ни с Германией. В качестве примера можно привести события в графстве Абердиншир, где в том же 1597 году в результате выявления фактов злокозненного колдовства были осуждены и казнены 24 человека. Это, конечно, несопоставимо с процессами над ведьмами на континенте.

Осужденным в Абердине предъявили полный набор обвинений: от использования приворотных зелий до сквашивания молока, от плясок с дьяволом до лишения мужчин их достоинства. Одной из первых заключили под стражу старуху Джанет Уишерт, которая давно уже слыла ведьмой. Ее обвинили в том, что она навела порчу на Александра Томпсона, из-за чего тот заболел лихорадкой, а околдованный ведьмой Эндрю Вебстер вообще умер. Среди предъявленных этой женщине обвинений были и вызов бури с помощью разбрасывания горячих углей, и натравливание на людей черных котов, которые вызывали кошмары, и расчленение трупа повешенного.

Прежде чем Джанет казнили, она сообщила имена еще нескольких ведьм. Одна из них, чтобы сохранить жизнь, пообещала судьям назвать еще две тысячи колдуний, которые были вместе с ней на шабаше. Но, видимо, английские судьи были относительно здравомыслящими и отправили на казнь всего два с половиной десятка женщин.

Однако вспышки ведьмофобии продолжались, что побудило короля Якова I принять очередной антиведовской закон: «Акт против ворожбы, колдовства и сношений со злыми и грешными духами»[212]. Отличий от предыдущего акта королевы Елизаветы в нем почти не было, но наказания за колдовство стали более суровыми. Новый документ немного взбодрил местные власти и судей и привлек их внимание к жалобам жителей на проявление злокозненного чародейства.

Конечно, и в Англии были свои «народные герои», которым не давала покоя слава инквизиторов с материка, хотя, возможно, они просто были слишком азартными охотниками. Кроме короля, увлеченного демонологией, среди наиболее известных карателей стоит назвать Мэтью Хопкинса, который с гордостью называл себя главным охотником на ведьм. Благодаря его усилиям за четырнадцать месяцев в 1645–1646 годах были отправлены на казнь шестьдесят восемь человек. Причем Хопкинса нельзя назвать идейным борцом с колдовством: хотя его и считали фанатиком, он выполнял свою работу за плату и получал за каждую обнаруженную ведьму один фунт — деньги по тем временам немалые.

Работал Хопкинс со своим помощником Джоном Стерном в Эссексе и на территории Саффолка и, переходя от деревни к деревне, выявлял одну ведьму за другой. Для этого он использовал нанятых женщин, которые осматривали подозреваемых на наличие ведьминых меток и, как правило, находили их. Далее Хопкинс с напарником просто следили за подозрительными женщинами и всегда обнаруживали признаки колдовства. А судьям было достаточно сведений, собранных этим охотником. Независимых свидетелей к допросу чаще всего даже не привлекали.

За три месяца напарники отправили двести подозреваемых в тюрьму городка Бери-Сент-Эдмундс ожидать решения суда. Судьба отловленных жертв Хопкинса не интересовала, он продолжил свою охоту в Норфолке и Хантингдоншире, в Кембридже, а также в городе Или и в Бакингемшире[213].

Своей активностью Хопкинс приобрел громкую славу «гнуснейшего из гнусных паразитов, грязного собрата Иуды и Каина»[214]. Именно так его назвал католический исследователь оккультизма Монтегю Саммерс, которого никак нельзя заподозрить в симпатии к ведьмам. В итоге Хопкинс стал жертвой собственного азарта: власти нескольких районов, где он ловил ведьм, усомнились в его честности, а узнав, что он смог на своих доносах заработать почти тысячу фунтов, отправили его в отставку летом 1646 года. Через год охотник скоропостижно умер от какой-то болезни, на тот момент ему было меньше тридцати лет.

Охота на ведьм в Англии шла с XV по XVIII век, и девяносто процентов казненных были женщинами. В целом можно отметить, что к ведьмам в Англии относились с большим здравомыслием, что во многом объясняется отсутствием инквизиции с ее предвзятостью.

Глава 4. Финал охоты на ведьм

Одержимость преследованием ведьм и колдунов начала стихать только к концу XVII века скорее под влиянием усталости общества от бесконечных казней, нежели вследствие развития научного мировоззрения или ослабления веры в дьявола. Но в это же время неожиданно яркие события в охоте на ведьм произошли на другом континенте.

Ведьмы Северной Америки

В XVII веке увлечение охотой на ведьм, преодолев океан, докатилось до Нового Света. Однако на Североамериканском континенте накал страстей не достиг такого уровня, как в Европе. Причин этому было несколько. Во-первых, в отличие от стран Западной Европы, в Новой Англии отсутствовали языческие предпосылки ведовства. Тут, конечно, были индейские шаманы и элементы вуду среди африканских невольников, но их было больше во французских колониях и Луизиане. Во-вторых, в Новом Свете отсутствовали католическая церковь и инквизиция — главные разжигатели ненависти к ведьмам. А в-третьих, и предыстория охоты на ведьм в виде борьбы с дьявольской ересью здесь тоже отсутствовала.

Поэтому случаи антиведовских судилищ были редки и немногочисленны, за исключением Салема, о котором мы еще поговорим подробнее. Процессы, связанные с ведовством, проходили преимущественно в северных провинциях (в Новой Англии), заселенных выходцами с Британских островов, тогда как в южных землях общество меньше интересовалось ведьмами. Всего в Новом Свете были привлечены к судам по обвинению в ведовстве 234 человека, из них 34 — казнены. Это капля в море по сравнению с европейской вакханалией.

Но в дьявола и ведьм здесь все же верили, да и на самом деле нередко встречались женщины, открыто занимавшиеся ворожбой, приворотами и разным колдовством. Причем эти классические, по сути, ведьмы гордились тем страхом, который они вызывали у соседей, и извлекали из своего положения максимум