Легализация - Валерий Петрович Большаков

просьба отзвучала простодушно, как в малолетстве, но в Наташином взгляде блеснуло не только удивление – моя спутница и обрадовалась, и смутилась.

– Ну, хоть какой-то «романтизьм»… – мило проворчала она. – Пошли, проводишь… – и сбавила шаг.

Я ступал рядом, искоса поглядывая на это несносное длинноногое создание. Солнце било лучами навылет, и Кузя щурилась, смешно морща нос. Ее верхняя губа вздрагивала, подаваясь капризно и чуть обиженно.

– Наташ… А что ты такого насоветовала Томе? Она так застыдилась, помню…

Одноклассница рассмеялась весело и вольно.

– А Томка тебе разве не рассказывала?

Я помотал головой, и Кузя прифыркнула.

– Сказала, чтоб предложила тебе к ней переехать! Она же одна живет? Ну, вот… А вдвоем не страшно. И будет, кому спинку потереть… Мочалочкой! Хи-хи…

– Ох… – выдохнул я, чувствуя наплыв скованности. – Ну, ты как скажешь…

– А что? – пожала девушка плечами, унимая резвость мыслей. – Могу поспорить – ты еще ни разу не навещал ее! – угадав по моему лицу, что права, она спросила с пониманием: – Боишься?

– Боюсь, – сознался я.

– Правильно, – величественно кивнула Кузя. – В школе или в клубе сдерживаться несложно, а вот вдвоем… Да когда одни… – выдержав паузу, словно дав мне время проникнуться и содрогнуться, она спросила с большим интересом: – А если ты… вот сейчас… проводишь до самого дома – и я тебя приглашу подняться? Кстати, мама уехала к сестре в Мурманск, она только завтра вернется…

Смирить волнение мне удалось не сразу.

– Если я соглашусь… – медленно выговорил я. – Сбудется мое давнее желание. Но потом… Спросит меня Тома, было ли что-то между нами – и как себя вести? Выкручиваться же придется. А ей невозможно соврать!

– Да-а… – затянула Наташа. – Она у тебя не просто очень чистая, к ней вообще никакая грязь не липнет! – Стрелки ресниц напротив запорхали, словно раздувая карие огоньки. – А… если я тебя позову – и ты откажешься?

Мои губы изогнулись в кривой усмешке, отпуская честное и жесткое признание:

– Буду жалеть об этом до конца жизни!

Кузя остановилась, рассеянно погладила меня ладонью по груди, а затем поцеловала – ласково и очень нежно.

Тот же день, позже

Ленинград, улица Герцена

Чарльз Беквит очень обстоятельно готовился к поездке в СССР – он отрастил бородку и усы, заодно привыкая к круглым очкам в золоченной оправе. Поначалу полковник Беквит стеснялся их носить – это ж не какая-нибудь театральная имитация со стекляшками, а самые настоящие «велосипеды»!

Только куда ж деваться? Заварушка в Лаосе оставила полковнику на долгую память не только страшную рану (пуля крупного калибра прободала живот!), но и легкую дальнозоркость.

Зато всё натурально, без обмана, даже въедливые чекисты не придерутся. И документы самые что ни на есть подлинные – темно-синий паспорт с «двухспальным английским лёвою» удостоверял, что податель сего является законопослушным гражданином Великобритании Джорджем Бэнксом, интуристом, очарованным лиричной красотой Страны Советов.

Правда, «Атакующий Чарли» всю жизнь проходил либо в полевом комбезе, либо в парадном мундире, поэтому ему было чертовски некомфортно в сером костюме с Олд Бонд-стрит, да еще с этой проклятой удавкой – голубым галстуком из «Либерти». Но он терпел.

Всю «английскую» группу поселили в «Асторию», рядом с монументальной громадой, серой с золотом – Исаакиевским собором. Вчера «мистер Бэнкс» трудолюбиво отбыл экскурсию по Эрмитажу, а сегодня у него «выходной»…

…Беквит неспешно прогуливался вдоль Фонтанки, поглядывая вокруг, да наверх, где зависали облака – белёсые тучки как будто раздумывали, плыть ли им дальше или сплотиться в зыбкую хмарь.

Полковник усмехнулся, вспоминая мрачные, закопченные утесы домов, сдавливавшие Стрэнд или Сэвил-Роу. Было, было что-то общее у столиц бывших великих империй, но Лондон, с его теснотой и угрюмым пафосом, частенько проигрывал Ленинграду.

Русские не терпели кривоколенных узостей, их душа требовала простора, удалого приволья, да во всю ширь, и город на Неве не скучивался изначально, выстраиваясь вдоль размашистых проспектов.

Щурясь, ловя плавучие блики с мятущихся волн канала, Беквит упорно сдвигал скучный долг на край сознания, занимая ум приятными пустяками.

Матрешками он уже отоварился, и пару крохотных баночек с черной икрой прикупил, а бег по достопримечательностям не в его стиле. Вот, завтра намечается культпоход в Петродворец – это обязательная программа…

Лениво пройдясь по Невскому, полковник вернулся в гостиницу – близилось время «файф-о-клока». Увы, в старой, доброй Англии традиция пятичасового чаепития отходила в прошлое – кому придет в голову разводить церемонии под конец рабочего дня? А пока одолеешь пробки и доберешься до дому, уже не до чая…

«Атакующий Чарли» поднялся в номер без опоздания – стрелки часов подбирались к пяти, а когда минутная наколола «12», в дверь постучали.

«Надо же, какая точность!» – подивился Беквит, и крикнул вслух:

– Log in, it’s open!

Створка приоткрылась вполовину, и порог живо переступил невысокий худощавый мужчина лет тридцати с узким лицом киношного злодея. Рыжина в его волосах выдавала ирландскую кровь, а цепкий взгляд – хищные повадки.

– Мистер Вудрофф? – прищурился полковник.

Весело ощерившись, гость протянул руку.

– Просто Фред!

– Просто Чак.

Беквит пожал крепкие сухие пальцы резидента, и хмыкнул:

– Неплохо! Вы явились без опоздания, Фред, хотя передвигаться по советскому мегаполису… – он покачал головой. – Мне кажется, это всё равно, что пройти не хилый квест[12]!

– Вам не показалось! – ухмыльнулся Вудрофф. – Мы выехали на своей машине, потом метнулись через проездной двор. Там я пересел на «Jiguli» агента из местных… – Он неопределенно повертел кистью. – Да и здесь, в отеле, у меня есть нужный человечек – предупредит, если что… Уф-ф!

Повалившись на жалобно скрипнувший диван, цэрэушник вытянул ноги и раскинул руки по мягкой спинке. Полковник присел в кресло напротив.

– В Лэнгли учли ваши пожелания, Фред, – деловито заговорил он. – Мне приказано выделить вам троих парней для усиления, вы уж не обижайте их, хе-хе…

– Троих? – оживился Вудрофф. – Оч-чень хорошо!

– Ну, я думаю! – благодушно хмыкнул Беквит. – Остальных приведу лично, суток за двое до эксфильтрации. Точную дату и место уточним тогда же – всё зависит от планов самого объекта…

При этих словах резидент болезненно сморщился.

– Ох, уж этот объект… – выговорил он, цедя лексемы сквозь зубы. – Все меня уверяют, что он именно тот, кого мы ищем и, вроде как, нашли. Иден-ти-фици-ровали. Да я и сам верил, что охота удалась! А сейчас… Не знаю, Чак! Похоже чем-то на трудную задачку из учебника. Только мы сперва подсмотрели ответ – и теперь подгоняем решение под него!

Полковник насмешливо фыркнул.

– Фред, бросьте эти интеллигентские замашки! Операцию затеял директор ЦРУ, с подачи Национального совета по разведке…

– Это всё Колби неймётся… –