Стирая границы - Симона Элкелес

Мне просто нужно сопротивляться ее притяжению. Нужно держаться на расстоянии, буквально и фигурально.

Когда мы проходим мимо боксерского ринга по пути в мою комнату, она останавливается.

– Думаю, это круто, что ты боксер, – говорит она.

– Большинство известных мне девушек ненавидят бокс, – говорю я ей. – Они думают, что это жестоко. Ты идешь на ринг и дерешься с другими парнями, потеешь и становишься грязным. Даже после душа, ведь ты не можешь смыть порезы и синяки.

– Кстати, – говорит она и накручивает прядь волос на палец, – думаю, мне нужно принять душ.

Я выгибаю бровь.

– Тебе нужно в душ?

– Да. А что? В чем проблема? Уже конец дня, и я чувствую себя грязной.

– Нет проблем. Идем, – говорю я и веду ее к одинокой ванной в спортзале. – Я постою на страже, чтобы убедиться, что никто тебя не побеспокоит. Хотя здесь только мы вдвоем, никто так поздно не тренируется. – Я не видел менеджера Очо уже несколько дней. – Но на всякий случай постою за дверью.

– Спасибо, – говорит она, проскальзывая мимо меня, и входит в душевую с фиолетовой сумочкой в руках.

Я стою, опираясь о дверной косяк. Будь я кем-то другим, я бы уже сделал первый шаг. Черт, может, раньше я и был таким парнем. Потом я слышу, как включается душ.

Мой разум не так благороден, как хотелось бы, потому что внезапно образы ее обнаженного тела, на которое льется вода из душа, заползают мне в голову. Я представляю, как она намыливает грудь, живот и спускается ниже. Если бы я был там с ней, я бы предложил…

Ох, черт.

Теперь мое тело полно желания и готово к действиям.

«Не будет никаких действий», – говорю я самому себе. Будут последствия.

Такие, как ожидания, которые я так и не оправдаю.

Как задачи, которые я так и не выполню.

Как чувства, от которых придется отказаться.

Это пытка.

Я издаю стон и бьюсь затылком о стену. Я на это не подписывался. Я боксер, и я здесь, в этой дыре в Мексике, чтобы тренироваться, а не для того чтобы фантазировать о какой-то красивой заносчивой девушке, которая использует мое чувство вины и заставляет меня ехать к ее больной бабушке.

– Все в порядке? – В моих ушах слышится сладкий женственный голос Далилы, внезапно источающий мед. Я сглатываю, когда она появляется в маленьком полотенце из спортзала. Полотенце! Она издевается? Она понимает, что я восемнадцатилетний парень?

Кончено, понимает. Она точно знает, что делает. Манипуляция, ясно же, как день, – вот что здесь происходит.

– Оденься, – говорю я равнодушным голосом, не желая потакать ей.

Иронично. Обычно это я хожу без рубашки, а она пытается убедить меня прикрыться. Как все поменялось. Но я не позволю ей выиграть. Нет. Моя воля твердая, как сталь. Я не мой эгоистичный ублюдок отец. Моя воля сильнее его.

Далила направляется в заднюю комнату в одном влажном крошечном полотенце, обмотанном вокруг тела, и с женской сумочкой на плече.

– Естественно, я оденусь, Райан, – говорит она сексуальным, флиртующим тоном. – Просто мне нужно высохнуть.

Принцесса играет со мной.

Возможно, я и получил чересчур много ударов по голове, но не настолько, чтобы не понять, когда мной манипулируют.

В своей комнате я показываю на спортивные маты на полу.

– Это не очень-то похоже на кровать, как в гостевой комнате твоих родителей.

Она смотрит на мою дерьмовую кровать, но никак не показывает, что ей противно.

– Все нормально.

В моей комнате темно, не считая квадрата света, льющегося из маленького окна, которое периодически дразнит меня легким ветерком. Внезапно я чувствую себя ненормальным придурком, который не может даже предложить достойную кровать. Какими бы ни были ее мотивы, девушка не заслужила спать на этом.

Она опускается на колени и достает небольшой сверток одежды из сумки.

– У меня нет одеяла, – вырывается у меня.

Она снова бросает на меня взгляд, прежде чем встать, и из-за этого движения полотенце сползает на несколько дюймов. Верхняя часть ее полного бюста теперь хорошо видна.

– Все нормально. Мне не нужно одеяло. Сможешь отвернуться, пока я надеваю пижаму?

Я стою как осел, пытаясь притвориться, что девушки надевают пижаму в моей комнате каждый день. Она проверяет меня, и я вот-вот провалюсь. Мое тело охватывает жар, а пот капает со лба, но только теперь уже не из-за мексиканской жары.

– Я сейчас вернусь, – говорю я ей. – Закрой дверь. Не открывай, если не будешь уверена, что это я.

Я направляюсь к двери, все время отворачиваясь, чтобы не увидеть, во что она переоделась.

– Куда ты идешь?

– Принять душ, – говорю я ворчливо. – Очень холодный душ.

Двадцать четвертая глава

Далила

Ладно, может, я зашла слишком далеко.

Я хотела заставить Райана понять, что у него есть чувства ко мне. Что его влечет ко мне и он не может это игнорировать. Я хочу пробить его стену, и если для этого мне нужно флиртовать и сводить его с ума, то почему бы не попробовать? Лишь ему я могу доверять, лишь на него полагаться, и это пугает меня.

Он отчаянно хочет избавиться от меня, но я не позволю этому произойти. Рядом с ним я не чувствую себя одинокой и изолированной. Мне его немного жаль. То, как он выскочил из комнаты несколько минут назад, явно показывало, что он не так устойчив ко мне, как хотел бы. Мой план работает.

Мне должно быть стыдно из-за того, что я взяла с собой короткую, практически прозрачную ночнушку. Когда я оделась, каждый дюйм кожи ощущал прикосновение ткани. Я вся наготове и с тревогой ожидаю, когда вернется Райан.

Я стою посреди комнаты, практикуя сексуальные позы. Я чувствую себя такой дурой, когда стою и жду его тут. Что, если сегодня ночью он не вернется? Уже